Баллада о Лорелее (СИ)
«А тебя совершенно не волнует, что в результате торн попадет на улицы земных городов?» — внезапно рассердилась Катерина. — «Что сотни мальчишек и девчонок будут предаваться сладостным мечтаниям в облаках воплощающего любые желания сигаретного дыма вместо того чтобы становиться инженерами, учителями, художниками… Неуклонно погружаясь в пучину безволия и апатии и полностью разрушая свою не до конца устоявшуюся психику. Да ты и сам все прекрасно знаешь, не так ли? И что же? Будем утешать себя мыслью о том, что ничего не могли сделать?»
«Ну, допустим, волнует,» — угрюмо ответил Рон. — «И что дальше? Все равно помешать команде Каттнера мы не в состоянии. К тому же… Ну сколько там этого торна? В масштабах Земли — тьфу, мелочь, не достойная внимания. Сама же знаешь, что закончится он моментально, а восполнить запас невозможно. Ну и пусть все идет своим чередом.»
«Ты так спокойно говоришь об этом,» — сверкнула глазами Катерина. — «Вспомни, давно ли мы сами избавились от этой проклятой зависимости? И навсегда ли?.. Что молчишь? Неужели ни разу не возникало совершенно неуправляемое желание вновь зажечь сигарету и погрузиться в мир таких реальных иллюзий?.. Где все подчиняется лишь одному твоему желанию, где без труда можно стать красивым и могучим, любить и быть любимым. А? И не надо мне ни твоих, Рон, ни твоих, Джош, заверений в том, что нет, мол, не возникало, даже и в мыслях такого не держали. Не поверю. Потому что по себе знаю — возникало, и не раз, и не два. И это несмотря на то, что мой срок воздержания куда больше вашего.»
Рон опустил голову и глядел куда-то в сторону, а Джошуа вообще замер в сугробе, стараясь не подавать признаков жизни. И это виноватое молчание лишь подтверждало правоту слов Катерины. Она, наконец, озвучила то, о чем все они предпочитали лишний раз не упоминать, но о чем каждый из них не забывал никогда.
Зависимость от торна никуда не делась, и не играло никакой роли то, что была она чисто психологической, а не на уровне физиологии. Будь это так, метаморфы разделались бы с ней в два счета. Однако, справиться с собственной психикой оказалось практически невозможно. Вкусив торн единожды, ты оставался его рабом навсегда.
«Мне жаль этих неизвестных нам мальчишек и девчонок,» — тихо сказала Катерина. — «Воспоминания о торне будут мучить их до конца жизни. А если нашей обожаемой компании „Celestial Food“ все же удастся пересадить папоротник на чужую почву, тогда и вовсе все полетит к черту… Вы не задавались таким вопросом? Что если содержимое контейнеров — ключ к решению этой безумной затеи? В случае успеха поток отравы станет воистину неиссякаем, и тогда уж точно в жизни этих несчастных не останется ничего, кроме сладкого дурмана с легким запахом ванили… Если, конечно, мы не сумеем этому помешать. Здесь и сейчас.»
«Но как?!» — воскликнул Рон. — «Как помешать?! Ты что, предлагаешь расправиться с Каттнером и его командой?! Ну, знаешь…»
«Я этого не сказала.»
«Но наверняка подумала.»
Он остановился напротив Катерины и уставился на нее свирепым взглядом. Та не выдержала и отвела глаза в сторону.
«Я против убийства,» — подал голос Джошуа. — «Не думал, что мы с вами когда-нибудь будем обсуждать нечто подобное.»
«Вы думаете, мне это нравится?» — спросила Катерина. — «Я тоже не думала… Тогда предложите какой-то иной вариант. И побыстрее. Времени у нас ровно до их возвращения. Главное — груз корабля не должен попасть на Землю. Ни при каких обстоятельствах.»
Наступило долгое молчание.
«Можно, например, угнать звездолет,» — сказал, наконец, Рон. — После того, как они его полностью загрузят. Это нетрудно.«
«Да?» — отозвалась Катерина. — «И как ты себе это представляешь?»
«Ну, скажем, можно использовать форму крылатого демона. А что? Пробраться на корабль и продемонстрировать парочку бестий во всей красе. Думаю, они там все в штаны наделают. Особенно, если учесть эффект неожиданности. А уж увести корабль — работа как раз по моей специальности.»
«Прекрасно,» — сказал Джошуа. — «А экипаж? Что ты намерен сделать с экипажем? Выкинуть на лед и забыть? Это то же убийство, только растянутое во времени. И даже более жестокое, чем просто свернуть им шеи.»
«Ну, я не знаю…» — смутился Рон. — «Можно доставить их к нам в убежище.»
«Это почти то же самое,» — вмешалась Катерина. — «В нашем подземелье они попросту обречены на мучительную смерть от голода. Сами знаете, никаких запасов еды, пригодной для человека, в убежище нет и никогда не было, а превратить команду „Ириды“ в метаморфов тоже абсолютно невозможно. Просто по причине отсутствия необходимых ингредиентов. Даже не учитывая то обстоятельство, что я никогда этого делать не стану. Но если хоть на миг поверить в реальность подобной процедуры, — все равно это не выход. Они, в силу своего характера, никогда не смирятся со столь чудовищным надругательством над своей человеческой природой, а более всего с положением пленников, не имеющих ровно никаких шансов покинуть наш скованный ледяными оковами мир. И наверняка попробуют взять ситуацию под контроль. А значит, столкновение между ними и нами представляется попросту неизбежным. Вот и подумайте, нужна нам здесь, на Лорелее, война метаморфов?»
«Согласен,» — смущенно сказал Рон, глядя себе под ноги. — «Вариант с угоном отпадает. А жаль. Это было бы красиво.»
«Есть еще одна, не менее красивая возможность,» — произнес Джошуа. — «Отобрать у них груз, разоружить, а самих отпустить на все четыре стороны.»
«Это уже кое-что,» — задумчиво сказала Катерина. — «Я бы даже согласилась с подобным планом, если бы не одно но.»
Джошуа смотрел на нее внимательным взглядом, требуя разъяснений, и даже Рон поднял голову.
«Заказчики наверняка потребуют от Каттнера и его команды отчет о причинах провала столь тщательно спланированной операции. И мне совсем не нравится то обстоятельство, что информация о нас неизбежно попадет в руки владельцев „Celestial Food“ и им подобных типов. Для них это может оказаться куда важнее потерянного груза. А для нас скорее всего обернется полной катастрофой.»
«Да, наверное, ты права,» — сказал Джошуа. — «Об этом я не подумал.»
«Так что же получается?» — Рон замер, переводя взгляд с Катерины на Джошуа и обратно. — «Задача не имеет приемлемого решения?»
«Думайте, метаморфы, думайте,» — ответила Катерина. — «У нас еще есть время, хоть и немного. Если ничего не придумаем, будем действовать по плану Джоша.»
Некоторое время все молчали, отчаянно пытаясь найти решение головоломки, в одинаковой степени удовлетворительное как для команды Каттнера, так и для команды Катерины. Никаких новых вариантов совершенно не просматривалось. Исход получался либо в пользу экипажа «Ириды», либо в пользу метаморфов, но никак не одновременно. Наконец, Рон, чертыхнувшись от бессилия, развернулся и полез на гребень снежного вала, чтобы осмотреть горизонт.
«Все,» — помолчав, сказал он, — «время вышло. По-моему, они возвращаются.»
Джошуа и Катерина быстро вскарабкались по склону и осторожно выглянули наружу. Приближавшаяся со стороны города снежная туча показалась им непомерно огромной. Как правило антиграв поднимал за собой облако куда меньших размеров. Ледяные львы в недоумении переглянулись.
Все разрешилось, едва машина приблизилась настолько, что стали заметны малейшие детали предпринятой Каттнером транспортной операции.
«Да-а-а,» — восхищенно протянул Рон. — «Я даже представить себе не мог… Как ты сказала?» — Он повернулся к Катерине. — «Ну, эти… на Волге?»
«Бурлаки,» — машинально ответила Катерина. — «Вот уж действительно…»
«Н-да,» — сказал Джошуа. — «Судя по всему, это тот самый Каттнер. Изобретательный человек… А кто такие… э-э-э… бурлаки?»
Катерина не ответила.
Антиграв перемещался крайне медленно, стелясь над самой поверхностью, и на буксире прямо по ровному белоснежному полю тащил за собой гигантскую веревочную сеть, обычно используемую для удержания груза внутри отсека корабля, а теперь битком набитую уже знакомыми Рону и Катерине картонными коробками. Словно рыболовное судно с тралом, наполненным свежепойманной рыбой. Сверкающая в лучах Большой Лоры пыль летела во все стороны, вздымаемая не только гравитационной подушкой, но в немалой степени волочившимся за машиной широким и плотным мелкоячеистым хвостом. Снежный покров на равнине между местом посадки корабля и городом оказался настолько ровным и гладким, что никак не мог нарушить целостность казавшейся такой ломкой и хрупкой упаковки. Чем в полной мере и воспользовался находчивый капитан «Ириды».