Баллада о Лорелее (СИ)
— Так вы, значит, еще даже не целовались? — Лерка разглядывала меня с каким-то новым интересом, словно и не учились мы с ней в одном классе и не знали друг друга как облупленных.
— А как насчет того, чтобы заполучить его в свою постель? Тебе же хотелось бы узнать, какой он любовник? Сознайся, подруга, наверняка ведь думала об этом? Ну хотя бы раз… Хм, вижу, что думала, не отпирайся. Так я могу это устроить. Запросто.
— Да ты что? Как можно! — в полной панике я замахала на Лерку руками. — Даже не думай!
— Тише, тише, не волнуйся ты так. Никто ничего не узнает. Даже он.
— Как это? Ничего не понимаю… Ты что, загримируешь меня, что ли?
— Под русалку, — хихикнула Женька. — Но без хвоста.
— Есть одно средство. Называется торн. Выкуриваешь сигаретку, и все радости секса с любимым человеком к твоим услугам. При этом сам он ни о чем даже подозревать не будет. Очень удобно. Выбираешь объект вожделения, и вперед. Ну как, согласна?
Лерка пошарила в своей сумочке и извлекла на свет небольшую картонную коробочку. Откинув крышку, она вытащила одну из сигарет и протянула мне.
— Не робей, подруга. Надо же когда-нибудь начинать.
— Это что? Дурь? — теперь я смотрела на Лерку почти со страхом. Женька тоже странно притихла и поглядывала на нас из своего кресла огромными округлившимися глазами. Похоже, спиртное выветрилось у нее из головы в одну секунду. — Убери немедленно. Никакие наркотики мне не нужны.
— Сама ты… дурь, — ответила Лерка. — Вовсе это не наркотик. Абсолютно безопасно, никакой физической зависимости, гарантирую. Сама пробовала, и не раз. Рассматривай это… ну как исполнитель желаний, что ли.
— Ага. А расплачиваться чем придется за подобное удовольствие?
— Ничем. Я угощаю.
— Да я вовсе не об этом.
— Знаешь что, — Лерке, кажется, уже надоело меня уговаривать. — Не хочешь, не надо. Мое дело предложить. Знала бы ты, что теряешь.
Она сунула сигареты обратно в сумочку и потянулась к бутылке.
— Ну что, вздрогнем что ли?
— Постой, — я облизнула пересохшие губы. — Так говоришь, абсолютно безопасно?
— Катька, не смей, — еле слышно прошептала Женька.
— Но я хочу попробовать. Да не волнуйся ты за меня, с одного раза точно ничего не будет. Так ведь?
— Ну вот, другой разговор, — Лерка снова протянула мне сигарету. — Не только с одного, но и с пятого, и с десятого… вообще ни с какого. Даже головной боли не заработаешь. Говорю же — безопасно.
Я взяла сигарету и повертела ее в пальцах.
— Ладно, говори, что нужно делать.
— Для начала ложись куда-нибудь поудобней… в постель, например, или вот на диван, — засуетилась Лерка. — Главное, чтобы не упасть. Вот так, давай сюда… так… так… зашибись. После пары затяжек сознание начнет уплывать, но ты не бойся, так и должно быть. И в этот момент нужно представить себе все, что мечтаешь увидеть и что мечтаешь испытать. Например секс с твоим обожаемым Колей. Можно без подробностей. А дальше расслабься и наслаждайся по полной. Поверь, все сбудется, и ты сама не сможешь отличить иллюзию от реальности. Ну что, поехали?
— Поехали.
— Потом расскажешь, как все прошло, — Лерка хихикнула и покосилась на Женьку. — В подробностях. Интересно же…
Она щелкнула зажигалкой, и по комнате сразу распространился чуть сладковатый запах с привкусом ванили.
Я глубоко затянулась и тут же закашлялась с непривычки. Лица подруг начали расплываться и отдаляться, пока, наконец, окончательно не исчезли в туманной голубоватой дымке, затопившей, казалось, всю вселенную. Я затянулась еще раз и попыталась воспроизвести в голове ситуацию, о которой давно и безуспешно мечтала…
На первый урок я едва не опоздала. Лерка с Женькой ушли на рассвете, чтобы успеть переодеться. В самом то деле, не в наших же нарядах заявляться в школу! Думаю, педагогический совет такого просто не вынесет.
Что происходило на уроке, я плохо помню, потому что в голове снова и снова прокручивались события сегодняшней ночи. Украдкой я бросала взгляды в сторону Коли Соловьева и каждый раз невольно краснела и поспешно отворачивалась. О, господи! Неужели мы действительно провели ночь в одной постели и делали то, чего взрослые делать в нашем возрасте категорически не рекомендуют? Да нет, ведь все это не наяву, а словно бы понарошку. Однако, мне самой в это не верилось, все ощущения и эмоции подтверждали реальность произошедшего. Казалось странным, что Коля даже не подозревает о том, чем мы всего лишь несколько часов назад занимались в моей постели.
На перемене ко мне подошли Женька и Лерка.
— Ну, ты как, подруга, оклемалась? — спросила Лерка.
— Не верю, что я делала это.
— Если я верно поняла слово «это», то можешь не сомневаться — делала. А в реальности или нет — да какая разница, если отличить невозможно. Повторить хочешь?
— Да.
— Я бы тоже не возражала, — добавила Женька. Видимо, то обстоятельство, что со мной явно ничего страшного не случилось, а скорее, даже наоборот, окончательно ее успокоило и придало смелости. — Можно?
Лерка засмеялась.
— Все можно. Только, во-первых, никому ни слова. В таких делах полиция, сами знаете… буквально землю роет. Могут и посадить. А во-вторых… За удовольствия надо платить. Майкл, конечно, может достать еще, но это будет стоить денег.
— Хорошо, — сказала я. — Деньги будут, дядя Леша меня в этом вопросе почти не ограничивает. И на Женькину долю тоже возьми, я заплачу. А то так и не узнает, в чем женское счастье.
— Почему это не узнаю, — обиделась Женька. — Только вам, что ли, можно…
— Так ты же сама говорила, что у тебя никого нет, — удивилась Лерка. — С кем же ты будешь… э-э-э… общаться?
— А тебе-то какая разница. Вот с ним, — Женька кивнула в сторону одноклассника. — Или вот с ним, — кивок в сторону учителя истории, перекладывавшего на подоконнике какие-то бумаги.
Лерка расхохоталась.
— А у тебя губа не дура, — сказала она. — Учитель — это круто. Ладно, договорились. Несите деньги.
* * *— Ты, наверное, считаешь меня развратной дурой?
Алекс пожал плечами.
— Не мне тебя судить.
— Неужели ты не помнишь себя в пятнадцать лет, когда все мысли заняты только одним: как бы затащить предмет своего обожания в постель? Или я не права?
— Возможно. Даже, скорее всего, так и есть. Вот только не все ради удовлетворения своей страсти прибегают к наркотикам.
— Говорю же — была дурой.
Алекс промолчал.
Катерина грустно усмехнулась и сказала:
— Осталось рассказать совсем немного. Как ты, вероятно, догадываешься, курить торн я стала чуть ли не ежедневно. И даже не отдавала себе отчета в том, что уже не могу отказаться от него при всем желании. Да и мыслей таких попросту не возникало. Зачем отказываться? Ведь это так приятно.
Мои иллюзорные ночи с Колей становились все более смелыми и разнообразными. Я уже не краснела, встречаясь с ним взглядом. Напротив, теперь с моей стороны это стало чем-то вроде игры. Мол, вот же глупый, даже не подозреваешь о том, что могло быть твоим. А знаешь, в какой позе мы делали это сегодня? А как насчет секса втроем? Хочешь, пригласим Женьку? Или Лерку? Ну, или кого-нибудь на твой выбор. А давай нашу учительницу по литературе! А что, в свои двадцать восемь Аннушка еще очень и очень даже ничего.
Так продолжалось без малого два года. Я почти забросила учебу, появились тройки, которые раньше и за отметки-то не считала. Учиться стало попросту неинтересно.
А потом случилось неизбежное. Меня застукал дядя Леша, как назло вернувшийся с работы раньше времени. Ситуацию он оценил сразу и безошибочно. Не было ни криков, ни какого-либо особенного выяснения отношений. Ничего. Просто через два дня мы сели в рейсовый звездолет и отправились на Землю. Уж не знаю, как он решил вопрос со своей работой. Думаю, это было куда как не просто. Тем не менее, ни одного упрека я так и не услышала.
К счастью, на Земле нет торна, поэтому волей-неволей пришлось возвращаться в реальность. Я закончила школу, поступила в художественное училище, а потом встретила Рона… Какая же все-таки ирония судьбы, что после стольких лет я снова оказалась здесь, на Лорелее. И снова столкнулась с той же проблемой…