Баллада о Лорелее (СИ)

А с другой стороны, Алекс совершенно не представлял, для чего ему могло бы понадобиться это знание. Никакого практического применения в сложившихся обстоятельствах оно явно найти не могло. Разве что потешить собственное любопытство.
Видимо, какая-то тень сомнения все-таки отразилась на его лице, и Каттнер, несомненно, сумел ее уловить. Потому что усмехнулся, взял в руки шлем и выключил ставший ненужным фонарь, а затем мягко подтолкнул Алекса к выходу из отсека.
— Пойдем, пойдем, — сказал он. — У нас еще целая куча дел. Там и поговорим.
Выбравшись в жилую половину убежища, он сразу же ухватил руками ближайший скафандр и потащил его прямо к развороченному, абсолютно безжизненному пульту. Алекс погасил бесполезный фонарь на другом скафандре и молча принялся помогать. Он больше не надеялся на то, что Каттнер вернется к интересующей его теме.
Однако, ошибся.
С трудом протиснувшись между креслом и пультом, Каттнер, кряхтя, присел на корточки и принялся вытаскивать одну электронную плату за другой, внимательно осматривая каждую и водружая обратно на положенное ей место.
А затем заговорил.
— Хочу рассказать занятную байку, которую в порыве откровения поведал мне один из бывших сотрудников «Celestial Food». Дело, помнится, происходило в баре, и, надо признать, набрались мы тогда весьма и весьма изрядно. А в таком состоянии, сам понимаешь, зачастую просто неудержимо тянет огорошить собутыльника какой-нибудь совершенно невероятной историей. Вот и на этот раз…
Алекс слушал вполуха, особенно поначалу… ну, мало ли кто что болтает под действием алкогольных паров, ведь нельзя же всему верить. Однако, уже через пару минут рассказ его заинтересовал, а еще через пару минут он вдруг понял, что выдумать такое попросту невозможно.
— По словам моего собеседника… — продолжал Каттнер, — назовем его, скажем, Джоном… несколько лет назад, как раз перед самым началом планетарной катастрофы, он работал на Лорелее в одной из секретных лабораторий компании. Обычным лаборантом, не имеющим к научной деятельности совершенно никакого отношения. Типа прими-подай-помой-проследи чтобы не убежало… Лаборатория была многопрофильной, хотя большая часть высоколобых интеллектуалов занималась самым обычным разведением рассады. На разных почвах, при разном освещении… ну, и тому подобные огородные премудрости. Надо сказать, с нулевым результатом. Никак не желал пресловутый папоротник — источник торна — произрастать где-то помимо Долины Тысячи радуг, каковое обстоятельство просто неимоверно раздражало руководство компании, давно уже мечтавшее распространить свою деятельность за пределы Лорелеи.
Но не это самое интересное. В конце концов, какое мне дело до того, что кучка окончательно сбрендивших от жажды наживы негодяев мечтает вывести свой людоедский бизнес на межзвездный уровень? Пускай их волчьи аппетиты укорачивают те, кому это положено по роду деятельности. Я о другом.
Меньшая часть интеллектуальной элиты лаборатории занималась изучением механизма действия торна и его влияния на человеческий организм. Для чего к работам привлекались добровольцы, как правило, из числа обслуживающего персонала. Вроде тех же лаборантов. Соглашались многие, поскольку плата за риск была воистину фантастической. Джон тоже мечтал о том, чтобы заработать, и в конце концов, его пригласили для проведения очередного эксперимента. Вкололи что-то внутривенно и затем долго пытались выявить возможные последствия как с помощью самой современной аппаратуры, так и путем отбора многочисленных анализов. Судя по всему, никаких существенных отклонений от нормы не обнаружили и отпустили с миром.
А вот одному из коллег Джона повезло значительно меньше. В точности неизвестно, что же именно сотворили с очередным подопытным высоколобые вивисекторы, однако тот, прямо на глазах у всех, неожиданно трансформировался в кошмарное крылатое чудовище, немедленно принявшееся крушить все, до чего могло дотянуться. И первыми жертвами, конечно же, стали сами незадачливые экспериментаторы. Разгром лаборатории и гибель большей части сотрудников удалось предотвратить лишь вмешательством охраны, буквально спалившей дьявольскую бестию лазерами.
 
Каттнер замолчал, невидящим взглядом уставившись на очередной извлеченный из пульта блок.
Алекс смотрел на него в полном ошеломлении. Поверить в рассказ какого-то полупьяного Джона было никак невозможно. Но, зная Каттнера и его солидную репутацию, не поверить было невозможно тем более.
— Не верю, — тем не менее, сказал он. — Ни единому слову твоего бывшего собутыльника. Слишком фантастично, чтобы быть правдой.
Каттнер оторвался от созерцания печатной платы в своей руке и медленно, словно бы с трудом, перевел взгляд на Алекса.
— Можешь верить или не верить — дело твое, — тихо, но весомо сказал он. — Я и сам себе иногда не верю. Однако, другого, более вменяемого объяснения причины вмешательства военных в ситуацию вокруг «Celestial Food» у меня нет. Сам посуди… разве может любое военное ведомство — хоть наше, хоть восточного блока, — пройти мимо пусть даже крайне призрачной возможности превратить обычного рядового бойца в настоящее порождение дьявола?
На подобный аргумент ответить Алексу было решительно нечем. Действительно, не может… Утверждать обратное стало бы верхом глупости.
— Но если верить подобным россказням… — Алекс пожал плечами. — Как? Как могла какая-то заурядная сигаретная компания… Полный бред.
— Обычная случайность, каких полно в нашем мире. Сделали открытие, не ведая что творят… Жизнь любого из нас состоит из таких вот случайностей. Случайно спас экипаж потерпевшего аварию шаттла… случайно вместо награды получил позорную отставку… случайно стал пиратом… случайно выжил, упав на Венеру… Интересно, это последняя случайность в моей жизни или судьба припасла что-то еще? Я бы не отказался от еще одной, но только счастливой, случайности.
— Я тоже, — машинально пробормотал Алекс. Немного помолчал и добавил:
— Крылатый монстр из обычного человека?.. Тебе не кажется, что этот самый Джон тебя попросту разыграл, и жуткий кровожадный мутант — не более чем пьяная байка, почерпнутая из дешевого комикса?
— Не думаю, — задумчивосказал Каттнер. — Для чего ему этот розыгрыш? И потом… мне показалось, что к концу рассказа Джон явно успел пожалеть о своих откровениях. Выглядел испуганным, все время оглядывался… даже протрезвел, по-моему. Обычные байки так не рассказывают. Тут ведь главное — как следует напугать собеседника, заставить поверить во всякую чушь, чтобы затем во всеуслышание посмеяться над его легковерием. А не пугаться самому… Поэтому я склонен полагать, что нечто необычное действительно имело место. Причем настолько необычное, что сумело сподвигнуть наших военных на крайние меры.
— Все равно не верю, — упрямо заявил Алекс. — Чтобы случайным образом наткнуться на открытие, способное перевернуть весь мир?.. Полная чушь. Тем более, какие-то несчастные наркодельцы, озабоченные исключительно культивированием источника своих баснословных барышей… вдруг взяли — и нашли способ превращения человека в монстра. — Алекс презрительно фыркнул. — Ты правда в такое веришь?.. Н-да, я был о тебе лучшего мнения. Ну сам посуди, возможно ли такое в принципе? Сказки, навеянные дурацкими комиксами и усиленно насаждаемые нашей убогой киноиндустрией… Да, не спорю, в боевиках и ужастиках возможно все. Однако, реальная жизнь очень сильно отличается от придуманной… Насколько мне известно, Земля даже близко не располагает подобными технологиями и, скорее всего, никогда располагать ими не будет. Превращение прекрасной принцессы в болотную жабу и обратно обречено остаться всего лишь сказочкой для простаков. Преимущественно малолетних.
— Никогда не говори никогда, — возразил Каттнер, пристраивая на место очередную плату. — И потом… кто здесь говорит о земных технологиях? Ты можешь поручиться за то, что нам известно о Лорелее абсолютно все?
— Ну… не все, конечно, но очень многое. Однако, вполне достаточно для того, чтобы отбросить заведомо бредовые гипотезы.