Писательница для оборотня (СИ)

— Хорошо, но Леночку оставим, из твоих выберем восемь! — настояла тётя, крича мне вслед.
— Ага, — согласилась я, выуживая свою шапку из ящика и неожиданно вздрогнула от звонка домофона.
Я так увлеклась выбором имён для девочек, что совсем забыла о том, что мы ждём чьей-то реакции на наш сварочный ответ. 
Вздохнув несколько раз, я включила экран и звук.
— Пузикова! Открой сейчас же! — коверкая мою фамилию, кричал у ворот, злющий Максим. 
— Я сейчас выйду, — ответила я и отключила звук. 
Теперь можно было только наблюдать, как Максим злится перед закрытыми воротами, как он лупит по ним, явно требуя его впустить.
《Ой, это он! Он!》— говорила я волчице, суетясь в прихожей в поисках обуви.
— Кто там? — спросила тётя, пришедшая сюда же на звонок домофона.
— Это Максим! Это от него были олени! — радостно выпалила я. 
《Я же говорила тебе, что он не бросит своих волчат,》— гордясь, произнесла моя звериная половинка, что возымело обратный эффект.
— Да? Чего же ты его не впустишь? — поинтересовалась тётя, с недоумением.
— Вот ещё! Нет, — отрезала я, суя наконец-то ноги в ярко-жёлтые резиновые сапоги. Это была первая обувь, которую я смогла найти и быстро надеть.
《Почему?!》— возмутилась волчица.
— Но почему, Таня? — удивилась тётушка.
— А зачем ему? Он, судя по всему, и не собирался носа казать до самых родов, вот пусть и дальше скрывается! — заявила я, говоря собственной обидой.
— Ты же сама хотела, чтобы он вернулся до рождения девочек, чего же теперь? 
— Так я то хотела, чтобы он сам вернулся, а не потому, что я отказалась от его оленьих подачек. И ты выметайся, я тебя с собой не беру! — объявила я, выпуская волчицу. 
Моя звериная половина была недовольна таким положением, только и возразить мне не посмела. Накинув плащ, я вышла из дома и захлопнув дверь, уверенной походкой направилась к воротам.
— Таня, какого чёрта?! Впусти меня! — заорал Макс, как только я появилась в поле его зрения. 
— Нет, — отказала я, подходя ближе.
《Впусти нас,》— впервые до меня донёсся голос волка Макса. 
《Тебя милости просим,》— мысленно усмехнулась я, на что Макс, слыша беседу с его волком, взбесился. 
Он ударил вновь по воротам, а после вцепился в стальные прутья, сунув лицо между. Просвет был небольшим и голова его, конечно, не прошла, только от глаза до глаза влезла наглая морда. 
— Таня, я же о вас хочу позаботиться, вам нужно хорошо питаться. Зачем ты калитку заварила? И открой эти чёртовы ворота!
— Да? Что-то таких слов не звучало в нашу с тобой последнюю встречу. Ненавижу и хочу позаботиться, кардинально разные понятия, — мурлыкала я, наигранно разглядывая ноготок, хотя внутри меня всё кипело.
Хотелось отомстить, гордо развернуться и уйти, да так, чтобы Макс побывал в моей шкуре наверняка. Только вместе с этим желанием был и страх. Я не могла знать наверняка, что Макса хоть сколько-то это заденет.
— Прекрати делать вид, что тебе всё равно! — потребовал Макс, отступив с очередным ударом по воротам.
— Эй, прекрати портить моё имущество! — потребовала я, подходя ближе.
Я поняла, что Макс хочет сделать, только было уже поздно. Его одежда затрещала по швам и через считаные секунды за воротами на четыре лапы приземлился злющий волк. 
— Идиот! Ты нарушаешь закон! Это больше не собственность твоей семьи! — закричала я, не зная, что делать. 
《Ты моя семья!》— заявил Максим, когда его волк, отступив метров двадцать от ворот, разбежался и перемахнул через преграду, приземлившись прямо в клумбу.
《Где волчица?》— спросил меня волк, подходя ближе.
— Как залепила бы тебе пощёчину, но по волчьей морде не стану! Убирайся Макс! Иначе... — я задумалась, взглянув на камеру. — Иначе я сдам тебя, как нарушителя закона. 
На мою угрозу волк тряхнул головой и 
《Ты этого не сделаешь, я чувствую твою любовь,》— мысленно усмехнулся Макс.
Я взревела от злости и быстро зашагала в дом, чудом успела проскочить в дверь и закрыться до того, как в проём сунулся бы волчий мокрый нос. 
 
《Выпусти меня!》— потребовала волчица, когда с той стороны скрёбся волк.
— Нет! 
На мой отказ волчица громко завыла, а в моём животе начался настоящий ураган. Девочки пинали меня со всех сторон, словно требовали того же самого и я сдалась.
— Выйдешь через дверь на задний двор, — устало произнесла я, скидывая сапоги.
Вроде бы и показала Аристову кузькину мать, а удовлетворения никакого не получила, только обиду. Такой наглости и самоуверенности от Макса можно было ожидать, только я всё же надеялась на что-то вроде просьбы простить, вставания на колени. 
《Спасибо,》— моя звериная половина медленно пошла к двери ведущей на задний двор и я последовала за ней.
Оборотень так и скрёбся в главный вход с просьбами его впустить. Волчица быстро юркнула на улицу, когда я ей открыла. Она со всех лап понеслась вокруг дома навстречу своей пары, только обращённый Макс ей без меня был несоразмерен. В их встрече с волком он оказался третьим лишним. 
Возвращаясь в гостиную, я услышала тётин вскрик. Как могла быстро зашагала туда и застала забавную картину. 
Тётя, залившись красной краской, вроде бы и прикрывала глаза, только одним глазком всё же подглядывала за голым Максом. Он обратился человеком и выпустил своего волка к моей волчице, а сам скакал перед окнами, пытаясь попасть в дом. Я подошла ближе и выглянула в окно. Наши взгляды встретились и Макс снова заорал. 
— Таня! Открой дверь! Мне нужна одежда! — просил он, прикрывая своё хозяйство рукой. 
— Пожертвуй ему тот жуткий костюм, который выглядит, как ваза, набитая сиренью, — попросила я тётушку, она к этому моменту уже бессовестно разглядывала Макса и даже не была такой красной.
— Ни за что! — отказалась она и я пошла наверх. 
— Проваливай! — велела я Максу, скинув на него простынь с окна второго этажа. 
— Тань, Пузикова, давай поговорим, — попросил он, глядя на меня снизу вверх так жалобно, что я готова была сдаться.
— Раньше надо было разговаривать, иди дальше прячься! — из последних сил фыркнула я, захлопнув окно. 
Максим действительно убрался, но не весь. Оставил своего волка, чему я не противилась. Приятно было видеть счастливыми этих пушистых. Хоть кто-то из нас имел возможность не тратить время на обиды. 
23
Глава 23
Прошла ещё неделя и Макс не объявился. Чем больше я наблюдала за парой наших с Максом волков, тем сильней росла моя тревога. Максим был уязвим разлучившись со своей звериной половиной, и меня это не устраивало. Только и как это исправить я не знала, ведь связи с Максом у меня так и не появилось. Попытка выведать его контакт через того оленевода не принесла результата, абонент был вне зоны доступа.  
— Нужно съездить в город, тебе что-то надо? — спросила я у тёти, зайдя на кухню.  
— Чего раньше-то не сказала, подожди меня и давай вместе поедем, — попросила она.  
— Нет, я хочу одна поехать, присмотри за волком Макса, — попросила я, уже объединившись со своей волчицей.  
— Ну хорошо, — без удовольствия согласилась тётя. — Купи муки и молока, блинов напеку.  
— Ммм. Звучит аппетитно, — промурлыкала я, выдавив из себя улыбку.  
Так тяжело было изображать довольство жизнью, когда на душе скребли кошки. Хорошо, что тётушка ничего не заметила, и я вышла из дома без проблем. Сев за руль, поняла, что мне опять тесновато и пришлось снова регулировать сидение.  
— Это не дети, а какие-то булки, растут как на дрожжах! — возмутилась я вслух.  
«О, не переживай, без оленей от которых ты отказалась, они скоро станут слабыми и тощими,» — с укором фыркнула волчица, обижаясь на меня за то, что я лишила её регулярного довольствия.  
Последнего поросёнка они с волком задрали на днях и с тех пор питались исключительно покупным охлаждённым мясом, да и я не обращалась.  
— Решу один вопрос и обязательно раздобуду для нас сытную зверушку, — пообещала я, выезжая на дорогу.