(Не) мой начальник (СИ)

Хорошенькая девушка в накрахмаленном халатике и кокетливой шапочке с красным крестом вбежала в комнату с тревожным лицом. Но, увидев сидящую меня, разулыбалась.
— Добрый день! Я вижу, вам уже лучше?
Она положила руку мне на лоб, а потом послушала пульс, положив пальцы на запястье.
— Не волнуйтесь. Все хорошо. Скоро придет врач и осмотрит вас. — щебетала она.
— Где я?
— Вы в больнице «Медсторм». Лучшие зарубежные препараты для двигательно-опорного аппарата!
Она с такой задорной улыбкой проскандировала этот дурацкий слоган, что я тоже невольно улыбнулась.
— Я не знаю, чем я буду вам платить. — на всякий случай стоило признаться сразу, а то выкатят потом счет на немереные тысячи, придется продавать квартиру, детей и почки. Я же не знаю, что здесь происходило и что им наобещали, пока меня не было.
— О. не волнуйтесь. Все уже оплачено вашим мужчиной. Замечательный человек. Так о вас заботился, будто вы вот-вот развалитесь. А на самом деле с вами было все не настолько плохо. Пара трещин в ребрах и синяки некрасивые.
Она хихикнула.
— Только никому не говорите, что я так сказала! Нам нельзя обсуждать личную жизнь пациентов и их самочувствие. — испугалась она.
— Ничего, я никому не скажу.
Она куда-то убежала, а я осталась думать о произошедшем. Интересно, кто из мужчин такой заботливый? Думаю, они оба уже изменили свое отношение к ситуации на мою пользу. Вскоре пришел врач в сопровождении интересной тележки. На тележке был размещен какой-то аппарат, с помощью которого меня измерили с ног до головы, образно говоря.
Чудесное устройство с иностранным названием измерило мне пульс, сердечный ритм, основные показатели организма, на месте сделало анализ крови и я боюсь представить, что еще.
— Ну что же. Вы себя чувствуете просто прекрасно для таких травм. Думаю, что я могу уже разрешить посещения. Тем более, что некоторые штурмуют больницу уже не первый час. Но, пока вы в бессознательном состоянии, я был обязан обеспечить вам максимальный покой. И не важно, кто платит за мои услуги.
Через несколько минут после его ухода в коридоре, до этого идеально тихом, начал нарастать шум. Наконец уже возле самой двери я расслышала азартный диалог. Женский голос уговаривал:
— Я не могу пустить вас в палату с цветами. Отдайте, пожалуйста.
— Я уже сказал, что не отдам! — на повышенных тонах отвечал мужской. Кто именно говорил, разобрать у меня не получалось. Судя по накалу страстей, диалог уже пошел не по первому кругу.
— Я не пущу, иначе меня уволят!
— Вы не имеете права мне запрещать!
— Давайте мы сделаем так: вы отдадите мне букет, я покажу его с порога. А когда ей станет лучше, если врач разрешит, то мы поставим букет в комнате.
Очевидно, проблема наконец разрешилась, потому что дверь открылась и на пороге появился сияющий Виктор. За его спиной стояла знакомая мне медсестра с букетом.
— Я принес тебе цветы! — широким жестом показал он.
— Замечательный букет. — согласилась медсестра. — Я пока поставлю его в комнате отдыха. Вы сможете полюбоваться на него в любой момент, как только врач позволит вам вставать.
Я кивнула, и она ушла. Букет был действительно замечательным, огромным, из разных цветов. Я подозреваю, что он мог быть даже авторским. По крайней мере, стразики на лепестках и множество декоративных деталей на это четко намекали.
— Катя! — бросился ко мне Виктор, как только за ней закрылась дверь. — Как я был слеп! Как я мог тебе не поверить! Как глупо!
Он встал на колени рядом с кроватью и нежно взял меня за руки.
— Ты такая нежная, добрая, искренняя! Как я мог так заблуждаться! Я тебя так сильно обидел! Наверное, ты никогда меня не простишь!
Он начал покрывать мои руки горячими поцелуями. Мое лицо стало горячим. Щеки явно покраснели. Я как-то не была готова к такому повороту событий. Он пылко продолжал свое дело. Я попыталась забрать ладони, но резко двигаться позволить себе не могла, так что он, наверное, даже и не заметил моей попытки.
Его крепкие мужские ладони уверенно держали мои пальчики, которые в таком сравнении выглядели практически миниатюрными. Даже общий вид этого божественно красивого мужчины, стоящего передо мной на коленях и вымаливающего прощение, заставлял сердце замирать.
 
— Ты просто богиня! Я никак не могу забыть тебя! Ты великолепна!! Божественна…
Виктор замер, глядя мне в глаза. Я никак не могла отвести взгляд, сердце начало стучать чаще. Он нежно поглаживал мои руки, поедая меня взглядом. Ему не мешали ни мои множественные синяки, ни растрепанный внешний вид. Он смотрел на меня так, будто я самая прекрасная женщина в мире, единственная и неповторимая.
— Катя, дорогая, любимая! Давай сбежим вместе? Только ты и я! На край мира!
Глава 34
— А как же твоя жена??? — мягко переспросила я, все-таки убирая руки. Он смотрел на меня с такой надеждой, что мне стало не по себе. Да, это все очень приятно — красивый мужчина, который с такими чувствами смотрит на тебя, будоражит чувства. Будто ты стала героиней любовного романа, другой женщиной, сильной и смелой.
Но я хорошо помнила поведение Виктора раньше. Его изменения настроения, его нападки на меня… Что-то здесь не чисто. Да даже если бы его намерения были чисты и непорочны, что значит — давай сбежим только вдвоем? У него жена, у меня двое детей.
Куда все это добро девать? В утиль сдать? Так лично я не согласна. Мы все втроем идем одним комплектом, как мочалки по акции. И пусть все остальные засунут себе свое мнение. Судя по моему настроению и агрессии, сказывались травмы.
— Она умная женщина! Она все поймет! Тем более, ей давно нет до меня дела. Она даже не заметит моего отсутствия, вот увидишь!
— Не заметит отсутствия мужа? — скептически поинтересовалась я. Виктор наконец заметил у меня отсутствие энтузиазма и бешенной радости по поводу его уникального в своем роде предложения. Поэтому поднялся с пола, аккуратно отряхнул колени и присел на край кровати.
Я почувствовала, как в мою лодыжку уперлась мужская попа, и это почему-то мне не понравилось. Пришлось отодвинуть ногу, но Виктор этого даже не заметил. Он был полностью поглощен собственными мыслями и переживаниями. Я не успела сориентироваться, как он снова вцепился в мои ладони. Да что за манера, ей-Богу!
— Это самая большая трагедия моей жизни! — начал он, проникновенно заглядывая мне в глаза. — Моя жизнь была загублена моей первой любовью… Это больно, очень больно!
Он говорил очень пафосно, выделяя окончания предложений. Он сжимал время от времени мои ладони, подчеркивая самые важные моменты. Я сидела и жалела, что не могу просто уйти. Это выглядело для меня очень странно, но Виктор так проникновенно смотрел…
— Мы поженились очень давно… Мне было всего двадцать пять… Я влюбился, как зеленый мальчишка. До соплей и серенад под окном. Она оказалась высокомерной стервочкой с богатыми родителями, которой дело было только до себя. Но я этого не видел. Она была холодна, но я очень понравился ее родителям. Вместе мы ее дожали и устроили этот брак.
Он замолк, продолжая держать мои ладони. Чтобы заполнить мучительную для меня паузу, я поддержала разговор:
— Да?
— Да! — страстно ответил Виктор, пододвигаясь поближе. — Она не хотела строить семью, не собиралась проводить со мной время. Это было ужасно! Я так страдал! Так страдал!!! Вскоре мы начали жить раздельно… Мое сердце было разбито! И только ты сможешь его исцелить! Я это чувствую!
От такой дешевой театральщины глаза на лоб лезли. Он выглядел, как актер провинциального театра самодеятельности, в котором сварщик после тяжелой смены пытается передать всю тонкость чувств обманутого Отелло или горечь безнадежно влюбленного Ромео. Но получается именно это, поскольку пару рюмочек горячат кровь.
 
И даже дорогой костюм и идеальная, лощеная внешность не спасали ситуацию. Возможно, все было и не так плохо, и множество девушек воспринимали это за чистую монету, но я чувствовала это кастрюльное золото чувств. Да и для коммерческого директора крупного предприятия поведение было как минимум странным.