(Не) мой начальник (СИ)

— Я сделала??? — изумилась я. — Елена напала на меня, пока я мирно работала на своем участке, а потом побежала жаловаться. Кстати, хочу заметить, когда она ушла, никаких таких травм у нее не было. Я пострадала гораздо больше.
— Что-то не видно, чтобы ты пострадала больше! — фыркнул Виктор.
— Да, вы выглядите гораздо лучше, чем Елена. — поддержал его Виталий, который между тем все больше приглядывался к раненной.
— Это потому, — любезно объяснила я, что я после драки побежала приводить себя в порядок. Я была вся залита кровью. Кстати, я без разрешения взяла форму на складе, потому что моя была вся в крови. Надеюсь, я смогу это компенсировать компании. Я хотела скрыть это происшествие, чтобы не подставлять Лену. Мало что ей выстрелило в голову.
— Какая подлость! — слабо простонала «раненная».
— Покажите свои руки! — Виктор подскочил ко мне и дернул за руку. Последнее, что я помню — резкую боль в боку. Потом я провалилась в беспамятство.
Глава 31
В себя я пришла от резкого жжения на щеке и громких голосов.
— Да что ты мне рассказываешь! Ты не видишь, что Лена выглядит гораздо хуже! Все и так ясно! Катя просто приревновала, вот и напала на девочку!
— Да сам подумай! Ты же видишь, что никак не сходится. Здесь что-то не чисто. Не могла Катя такие прямо ранения ей сделать. Давай хоть разберемся!
— Виталь, ну ты что не видишь, что происходит? Она просто начала Лену преследовать, чтобы быть ближе ко мне! Не хватило ей одного вечера. Я видел, как она на меня смотрит! И бедная девушка пострадала. Мне стыдно просто!
— Стыдно — дело десятое. Я больше боюсь, что Елена напишет заявление. Мы же тогда из проверок не вылезем, работать будет не возможно. А еще каждому дай, чтобы не цеплялись. А если она потребует компенсацию за травму на рабочем месте?
— Помолчите. — резко оборвал его незнакомый голос. От моего лица забрали какую-то тряпку и по коже прошлись пальцы, короткими деловыми движениями. — Все будет хорошо, сильных ранений не видно. Ребра я перевязал. Там явно как минимум трещина. Нужно в больницу, сделать рентген. Со второй девушкой ситуация примерно такая же. Нужно в больницу на обследование. Там может быть сотрясение мозга.
— Спасибо.
Я открыла глаза и увидела, как провожают к двери мужчину в белом халате. Я лежала на диване в кабинете Виталия. Виктор вышел вместе с врачом, так что мы остались наедине.
— Что случилось?
— О, ты пришла в себя. — Виталий неловко повернулся ко мне, очевидно стесняясь сложившейся ситуации. — Ты упала в обморок.
— Это я понимаю. — я взялась рукой за голову, которая болела все сильнее.
— Мы вызвали врача. Он перевязал тебе ребра… Ты даже не сказала, что у тебя не только царапины. — он поморщился.
— А меня никто не спрашивал. — отрезала я. — Меня с порога начали обвинять невесть в чем.
Я оглядела себя. Халат был расстегнут, а ребра плотно перемотаны белым бинтом. Это даже немного мешало дышать. Но грудь прикрыта бинтами не была, так что обзор открывался неплохой, пусть на одной из них и было синее распухшее пятно. Я попыталась действующей рукой застегнуть халат, но получалось откровенно плохо.
Виталий присел на краешек дивана и молча начал мне помогать. Его движения были нежными и бережными, он не позволил себе ничего лишнего. Но во всем этом было что-то настолько эротичное, что я опустила руку и смотрела на него во все глаза. Просто забота мужчины о женщине, молчаливая поддержка.
Хотя я вообще не могу сейчас быть уверена, что он на моей стороне. Эта драка явно пошатнула мою репутацию в его глазах. Обидно, что я даже не виновата в случившемся. Но как это доказать?
— Виталий, послушай… те, — я немного запуталась, не зная, как теперь можно к нему обращаться, но все же продолжила свою мысль, — а разве нельзя по камерам посмотреть, что на самом деле произошло.
— Можно, — спокойно ответил он, — только мне никто так и не рассказал подробностей происшествия. Елена успела только сказать, что ты на нее напала и избила, а потом ее лицо так опухло, что она больше не смогла говорить.
 
Отлично, мы все еще на ты. А вот все остальное не отлично.
— Тогда я расскажу, как все было. Лена пришла в мою зону уборки, чтобы свести со мной счеты. Она уверена, что это я взяла контракт и хочу разорить фирму. Я была в каморке с хозяйственными мелочами, когда она просто перекрыла мне выход. Я защищалась, у меня не было другого выбора. Думаю, это все можно посмотреть по камерам.
— Я не думаю, что в каморке есть камера. Они стоят слишком дорого для этого. Мы устанавливали их только на складах и в коридорах, чтобы охрана могла отслеживать перемещения. Иначе пришлось бы поставить сотни камер и десятки людей для наблюдения. Таких трат я не могу себе позволить.
Он нахмурился, о чем то задумавшись. Я попыталась подвинуться выше, чтобы оказаться в сидячем положении, но только застонала от боли. Виталий просто поддержал меня, помог усесться поудобнее.
— Но камеры в коридорах мы сейчас посмотрим. По крайней мере, станет понятно, кто из вас говорит правду.
Виталий подошел к столу и по телефону выдал необходимые указания.
— Придется немного подождать. — он вернулся и снова присел возле меня. — Тебе очень больно? Врач сказал прикладывать холодный компресс. Сделать?
Он снова сорвался с места и пошел к своему холодильничку за бутылкой воды. Я смотрела, как он мечется по кабинету, явно взволнованный, и удивлялась про себя. Нет, со стороны он казался спокойным и уравновешенным, но вот так ходить туда-сюда вроде бы не в его привычках. Хотя я мало о нем знаю.
Телефон запиликал.
— Отлично, мне сбросили нужные файлы на почту. Сейчас посмотрим.
Он повернул монитор компьютера ко мне, чтобы мы могли вместе видеть происходящее. Я жадно впилась глазами в черно-белое изображение. Вот я зашла в подсобку, вот следом за мной появилась Елена. Она немного постояла на пороге и вошла внутрь.
Следующий отрывок уже показал, как быстро выбежала моя противница, а потом вышла я. Оказалось, что все мои перемещения в туалет и на складе были отлично зафиксированы. Хорошо, что я сама призналась, может, наказание за воровство будет не таким суровым. Но Виталий на этот факт вообще не обратил никакого внимания.
— Когда она выходит, то лица не видно. Она получилась боком к камере, а потом сзади. Ничего доказать не возможно.
— Очень жаль. И что с этим делать?
— Не знаю. Я склоняюсь на твою сторону, но все свидетельствует против тебя. Ты должна это понимать. Если мы докажем, что в драке виновата именно ты, ты вылетишь отсюда с волчьим билетом, имей ввиду.
Он строго посмотрел на меня, но я не испугалась почему-то. Я не виновата. А если они не смогут разобраться, то пусть. Мне даже жалко не будет. Ни работы, ни расставания с этими людьми. Хотя Виталий уже начал мне нравиться… Он спокойный, надежный и честный.
Хотя начало нашего знакомства не было очень приятным, но он мне нравится все равно.
— Есть единственный выход. Мы сделаем очную ставку между тобой и Еленой. Опухоль должна была сойти уже, поговорим все вместе.
— А почему ты с этим возишься? — не выдержала я. — Ты ведь можешь просто уволить нас обеих и избавиться от проблем.
— Не могу. — отрезал он. — Люди, которые работают у меня, всегда могут рассчитывать на мою защиту и поддержку. Я беру их на работу и в рабочее время я полностью за них отвечаю. Любые преступники и недобросовестные работники должны изначально понимать, что здесь будут разбираться до конца, так что даже лезть сюда не стоит. Это избавляет меня от многих проблем.
 
Такой подход я понимаю. Профилактика болезни лучше лечения. Ну что же, очная ставка так очная ставка.
Глава 32
В кабинет Виктора мы ползли некоторое время, поскольку я двигаться нормально не могла. Интересно, что коридор был безлюдным. То ли всех разогнали, то ли наблюдение велось скрытно. Все-таки такие события в начальничьем крыле нечасто происходят. Особенно, чтобы так возились с уборщицами.