(Не) мой начальник (СИ)
Но мои аргументы ушли в пустоту.
— Ах ты мразь! Место уборщицы ей уже не подходит! В секретарши Виктору метишь? Чтобы трахаться в любое время? Сука похотливая!
Лена вообще озверела, согнула пальцы и полезла в драку. Грудь ходила ходуном, руками она махала вообще беспорядочно. Я отступила на шаг, дала ей подойти и перехватила руки за запястья. Пока мне удалось ее удержать, но она явно была не слабее меня. Такое положение не могло долго сохраняться.
Поэтому я воспользовалась тем, что выше соперницы, и навалилась на нее весом всего тела. Лена оказалась прижата спиной к стеллажам с хозяйственными предметами, а я нависала над ней. Руками дергать у нее уже не получалось так сильно, но она нашла выход — наклонилась вперед и тупо укусила меня за грудь сквозь халат.
— Сука! — я отскочила, держась на пострадавшее место. Пусть и сквозь халат, но больно было очень сильно. А она уже наступала на меня, не давая схватить себя. Ее движения стали резче и четче, будто она сосредоточилась на задаче. Теперь это перестало быть игрой на публику, а стало натуральным нападением.
— Лена, успокойся. — я выставила руки вперед. — Что ты так взъелась? Я ни на что не претендую. Меня устраивает мое место, мне больше ничего не надо. Я тебе никак не угрожаю.
— Никак не угрожаешь? — натурально взревела она. Я пожалела, что хозблок довольно далеко от основных рабочих мест, а каморка эта и вовсе в каком-то закутке. Нас просто никто не услышит, если не зайдет за какой-то надобностью.
— Да ты охренела, Катя! Ты думаешь, я не вижу, что происходит? Как только ты здесь появилась, началась полная хрень! Зря ты не убежала, пока была возможность! — она пригнулась, делая вполне профессиональный обманный маневр, и подобралась ко мне сбоку. От резкой боли я заскулила и перестала себя сдерживать.
В конце концов, это натуральное нападение, я имею право на самозащиту. Поэтому первым делом я с размаху заехала ей по морде. К собственному удивлению, я и правда попала. Она просто не ожидала такого от до сих пор стоящей и беспомощно лепечущей жертвы. Теоретической жертвы.
Лена немного отлетела назад, но быстро опять бросилась вперед, оставив на моей щеке длинную царапину или даже несколько. Я почувствовала, как по шее течет кровь. Драка понемногу заходила в тупик, потому что мы могли только махать руками, стараясь достать соперницу.
Когда Лена вцепилась мне в волосы, я решила немного расширить картину, и пнула ее в подколенную чашечку. Куда пинать, я хорошо знала. Она взвыла и упала на колени. Отпустить мои волосы она, конечно, не подумала, поэтому я повалилась сверху. Позиция получилась крайне неудобной, но я извернулась и схватила ее за шею.
Прием нечестный, но другого выхода я не видела. Тем более, мы в чем-то оказались равны — она держала меня за волосы так, что не дернешься.
— Что! Ты! От! Меня! Хочешь?!!! — выплюнула я ей в лицо. Она внезапно успокоилась. Ну да, чужие руки на шее способствуют этому. Так сказать, возьмите себя в руки, иначе за вас это сделают другие.
— Ты думаешь, никто не видит, что происходит? Все все видят! И я тоже! Ты шастаешь по кабинетам начальников, трахаешься со всеми и тут вдруг пропал контракт! Ты понимаешь, что без него все развалится? Тысячи людей потеряют отличную работу, на которую не так легко устроиться! Я тебя придушу, тварь! Это все из-за тебя!
— Это не из-за меня, Лен, я тебе клянусь. — сказала я, глядя ей прямо в глаза, а потом отпустила ее и откатилась в сторону. Она тяжело поднялась с пола и уковыляла, напоследок одарив меня многообещающим взглядом. Я осталась сидеть на полу каморки. Надо было заканчивать уборку, так что надо привести себя в порядок.
Глава 29
Все тело жутко болело. Я все-таки не привыкла к таким боям без правил. Бок саднил, с грудью вообще не понятно, что делалось. Лицо, по ощущениям, полностью залито кровью. Я провела ладонью по щеке — пальцы окрасились яркой кровью. Кожа отзывалась на прикосновение жгучей болью.
Нужно подниматься, пока меня не заметили. Будет трудно объяснить, что я здесь делаю в рабочее время в таком виде. Я осторожно выглянула в коридор, но он был пуст. В принципе, это не удивительно. Сюда заходили довольно часто, но вот постоянно здесь находилась только я или моя сменщица.
Нашими задачами было следить за исправностью насосов, обогревателей, мыть и чистить хранилища продуктов для столовой, протирать пыль на обернутых в пленку запасах мебели и погрузочных карах. Недалеко находился гараж и склад, но они уже были не в моей зоне ответственности.
Сюда заходили только за нужными инструментами, продуктами или канцелярскими товарами. Заходили довольно часто, но на входе в это крыло их встречал кабинет завхоза, любезной женщины с выправкой потомственного военного. Каждая скрепка имела свое место, была под учетом и должна была быть хорошо протерта.
Но до обитаемого кабинета отсюда довольно далеко. Зато нужное помещение близко. Мне повезло уже в том, что туалет для работников был прямо рядом с каморкой. Я не знаю, куда делась Елена, но мне получилось быстро закрыться там и не спеша привести себя в порядок.
Первым делом я сняла халат и водолазку, и осмотрела себя в зеркале. Итог оказался неутешительным. Как такое скрывать, не представляю. Лицо покрыто подсыхающими потеками крови, которые опускаются за шиворот и ниже. Кровь не прекращала сочиться, создавая новые и новые дорожки, стекая в бюстгальтер и пропитывая его.
Выглядело так, будто меня подрали бешеные собаки, так что я в очередной раз ласково назвала Елену сукой. Я реально испугалась, потому что так можно и кровью истечь. Наверно, задели какой-то сосуд. Я быстро промыла щеку и грудь, набирая воду ладонями из раковины. Моя одежда пришла в полную негодность, потому что кровавая вода залила теперь и рабочие штаны.
Зато под грязью нашлась относительно целая щека, с двумя глубокими царапинами и несколькими помельче. Кровить после промывки стало гораздо меньше, но в общем ситуация лучше не стало.
На груди нашлось быстро расплывающееся синее пятно, а ребра с другого бока очень болели. Там тоже был синяк, который быстро начал наливаться каким-то фиолетовым оттенком. Похоже, там какая-то травма, потому что очень хотелось скрутиться в эту сторону.
Царапины я промыла несколько раз водой, и жжение начало понемногу затихать. Но лучше все равно не стало. Халат и водолазка валялись окровавленные, рабочие штаны были покрыты кровавыми разводами и полностью мокрые, лифчик залит водой и кровью, прямо пятнами.
Одежда вообще никуда не годится, как я могу выйти вообще отсюда??? И хожу я тоже не очень ровно. Как показаться людям на глаза, я не представляю. Даже если не брать в расчет одежду, то две царапины от виска к уголку губ меня тоже не украшают, а они еще и легонько кровоточат. Я натянула водолазку, как наименее пострадавший предмет, и начала думать.
Спустя некоторое время меня осенило — да я просто сижу на нужном мне сокровище! На складе явно есть запас формы для уборщиц, ведь всякое может случиться, а показать начальству и клиентам грязную уборщицу — это верх цинизма.
Осталось пробраться на склад и выбрать нужное. Потом постираю и верну. Никто ничего и не заметит. Или сама подойду к завхозу, покаюсь в преступлении, как-то этот вопрос решим. Все-таки я оказалась в безвыходной ситуации. Но что-то мне подсказывает, что лучше это все держать в тайне.
Вылазка на склад прошла, на удивление, спокойно. С моим везением я могла ожидать именно в этот момент нашествия грузчиков или экскурсию по складу, но обошлось. Я свернула грязный халат в комок и пробежала до склада. В результате регулярного мытья полов я уже знала, где хранится униформа, так что осталось только быстренько пробежаться обратно до туалета.
Там я разделась до трусов и хорошо помылась, насколько это возможно при наличии одного только умывальника. Грязную одежду пришлось плотно упаковать. Я немного поколебалась насчет лифчика, но он был настолько грязным и мокрым, что выхода не было. Пришлось его снять и завернуть в общую кучу.