Экстерминатор. Том 3 (СИ)

— Предупреждал. Какие?
— Наш родной Мир, место, где мы встретились с Астексом и где он умер. И… цель, зачем он прилетел. И детали, от чего он умер…
— Старая Терра, — с каменной физиономией выдал Трерил, полюбовался моей, да и отряда, перекошенными физиономиями. — Парень, Астекс — Лело. Это не просто слова. Он НЕ МОГ так просто и быстро умереть — а он разлагался на глазах, видно, — поморщился он. — Значит, планета с чудовищными бактериальными и вирусными агентами. Родная планета тебя и твоей… свиты.
— Семьи.
— Пусть так, малой семьи. Вы там жили, скорее всего — родились. Судя по «конфликту» — несколько действующих популяций. Старая Терра — единственное место, которое теоретически может подойти под эти параметры. И где Аст мог пытаться найти хоть что-то интересное. И? — с интересом уставился он на меня. — Нашёл? Хотя можешь не говорить, племянник, — вдруг обмяк он в кресле. — Окончательный ответ ты дал своим лицом — знать я не знал, просто наиболее логично. Так, к даймону! Вопрос: его убийцы, те которые «сбили» и та, которая пробила доспех — мертвы?
— Первые сгорели, — честно ответил я, потому что идигенские ракеты выжигали «по площадям». — Вторая — мертва. Она и на меня покушалась…
— Похрен. Главное сделано, руку к этому ты приложил, как и надлежит Лело… Или нет?
— Нанёс ущерб тем, из-за кого сложилась ситуация, довольно тяжёлый. Уничтожить их… слишком много моих земляков умрёт.
— Это всегда так, Николай… Ладно, будем считать — что мстить некому. И вопросы про прародину я… имею. Но ты не хочешь говорить. А мне тяжело, так что проще забыть, — махнул он рукой. — Ладно, родственничек, давай разбираться с НАШЕЙ семьёй. Ты уж прости, но твоих… из малой семьи, — иронично окинул он отряд взглядом, — я родичами не считаю. Для меня они твоя свита. Или кто-то носит племянника?
— Нет.
— Тогда точно свита. Спрашивай.
Разговор занял несколько часов, перерос в совместный обед. На вопросы ребят Трерил, хоть и демонстративно морщился и зыркал на меня (в стиле «приструни свиту») — всё же отвечал.
Выходила такая картина: есть семейство, которое по факту — организация. Вопрос родственности там действительно вторичен, Трерил воспринимал меня, впервые виденного в жизни — племянником, родичем:
— Пока своим неподобающим поведением не докажешь обратного, нанесёшь вред Лело, потому что они Лело. Во всех остальных случаях ты — родич, пусть необразованный или ошибающийся.
Протекторат над тремя десятками планет, по сути — «выносное производство», научно-исследовательский центр и армия. Трерил говорил про «опекаемых-защищаемых» со снисходительностью, но как по мне — обитатели планет с тем же правом могли называть Лело «обслуживающим персоналом» и наёмниками.
Впрочем, это дело десятое. Что было нужно даже не Трерилу, а семейству: моё присутствие в зоне контроля семейства в момент проведения плебисцитов на вакантную должность главы семейства, ну и голос свой отдать, само собой. Остальное — исключительно по желанию. Могу поделиться информацией, технологиями или ещё чем-то. Могу не делиться. А само семейство и их научно-производственные мощности могут предоставить нам много всего… а могут не предоставить. В общем — довольно сносная картина.
При этом, вопрос смерти родителей и не только заставил меня напрячься. И не только меня: дело в том, что в регионе Лело творилась… мистика и чертовщина. В течение полугода умирает глава семейства и практически все, кто мог бы претендовать на должность главы. Причём КАК — высокоразвитое, с кучей технологий, благожелательное друг к другу и много всякого такого семейство… не понимает. Глава взорвался вместе с трансорбитальным челноком. Этот челнок мало того, что проходил бесконечные техосмотры, так ещё был из квазиживого металла, самодиагностирующийся. Мало того, чтобы произошёл взрыв — надо было, чтобы большая часть исправно работающих механизмов НАМЕРЕННО, игнорируя аварийные сигналы, выводили реактор челнока на критический режим. Следов которого, этого самого критического режима, пристальное и многомесячное расследование, чёрные ящики челнок и прочее — просто не подразумевали.
 
И, тем не менее, взрыв был, глава умер. Десятки смертей идиотских до безумия, вроде как «бытовых». И, наконец, гибель семьи Трерила и Астекса (отец один, жён четыре штуки, с понятием «союз для детопроизводства» у Лело выходило, не было табу, и тут скорее странно, что всего один мужчина). Эта гибель была такова, что Трерил с полным основанием называл его убийством. Пять человек, во время совместного обеда, за минуту, умерли от сильнейшего анафилактического шока. Распухшие ткани и иммунный ответ убили их раньше, чем совершенная медицина Лело смогла спасти. Так вот, аллергия была на… воду, аш два о! У всех пятерых, проявилась единоментно и свела всех в могилу. И никаких признаков поражений, веществ, вирусов — тела разобрали чуть ли не по атомам, выискивая следы. Причём аллергическую реакцию вызывала не только вода извне, но и вода самих этих тел.
То есть, организмы отца и матерей Трерила в одну секунду решили, что вода — смертельна, и угробили сами себя, борясь с «жуткой угрозой».
— Это невозможно без внешнего вмешательства, — подытожил Трерил. — Ни я, ни родственники не нашли причины, вызвавшей эту реакцию, но даже единичный случай подобного имеет меньше процента вероятности. А уж все пять… — махнул он рукой.
— Мне голосовать за тебя? — уточнил я, не став ничего добавлять — и так понятно, что убили.
— Я не выдвигал кандидатуру и не уверен, что хочу это делать. И «нет», тебе голосовать, как считаешь нужным, Николай. Важен сам факт участия, потому что неучастие — предательство семьи, особенно в текущий момент.
— Ясно. Мне нужно… две минуты, пообщаться с Отрядом.
— Понимаю. Пройдусь по Энериде, всё же корабль… навевает воспоминания.
Поднялся и спокойно утопал из кают-компании.
— Мозг, не мешай, но пристально наблюдай.
— Исполняю, капитан Керг.
— И, отряд, что будем делать? Я нахожу несколько… весомых причин, для того чтобы отправится к Лело.
— Разумно, — подал голос Андрюха, незаметно закатившийся за диван и вещавший оттуда. — Мозг обладает крайне урезанным пулом возможностей и технологий, что сам признаёт. И терять Энериду или враждовать с Лело — глупо. Так что если что — я «за». И спать…
— Народ, вытащите эскулапа из-за дивана, пусть в кресле экстропирует, — под смех отряда выдал я ценное указание. — Но в целом — кто-то против полёта?
В целом — народ был не против. Скорее наоборот: было интересно.
— Стоит учесть «мистику», — вдруг выдала Ирка.
— В том плане, что возможно, у Лело «развлекается» колдун?
— Именно. Очень на это похоже!
— Ну, вообще, да, — признал я. — Но ты предлагаешь отказаться?
— Нет, конечно! — возмутилась Ирка. — Но учесть это надо, и действовать, чем бы мы в этом пространстве Лело ни занимались, поосторожнее!
— Но к детям я не готова! — личным каналом скинула Колючка. — Хотя… подумаю.
— Угу, — ответил я.
Тут, несмотря на то, что Ирка — свой парень, видимо, сыграло типично женское «сама придумала, сама обиделась». Ну, в данном случае не обиделась, конечно, просто после слов Трерила Колючка, очевидно, вела мысленный диалог, с мысленным мной. А мне достался «вердикт», и хорошо, что мы «мысленно не поругались» — а то ещё мириться бы пришлось.
В общем, когда через пару минут Трерил зашёл в кают-компанию, я выдал сходу:
— Мы готовы навестить тебя, дядюшка. И поучаствовать в жизни семьи.
— Отлично и разумно, Николай. Мой корабль я размещу в трюме Энериды: он быстрее, но прилетать нам нужно вместе, а свой «отряд»…
— Я не оставлю. Размещай, Трерил.
— Тебя что-то держит в этом скоплении? Довольно забавное место, неизвестное семье, — в сторону сказал он.
— Нет, к твоему прилёту мы собирались покидать это место.
— Тогда — готовься к перелёту. И занятиям: мне надо преподать тебе кучу вещей, не «общей» информации. Николай.