Случайная любовь

  
Мэрил Хэнкс
 
СЛУЧАЙНАЯ ЛЮБОВЬ
   
Пролог
 
 …И тогда кровь дракона разбрызгалась по камням, впиталась в землю, отравила источники, а после стали рождаться на земле чудовища. Их не сразу отличишь от людей. Потому что не каждому дано увидеть сердцевину человека.
А у этих сердцевина черная. Кого-то источила злоба, кого-то зависть, кто-то сверх меры любил золото, кто-то — кровь…
С виду все они были нормальными, да только это все неправда. Черная кровь, гнилая.
Драгенс фанге.
Рабы дракона.
Конченые люди.
Все зло на земле идет от них.
Старые люди говорят, что однажды взойдут на леднике Драгентрирд белые цветы, вроде как колокольчики, только маленькие, и пойдет от них звон по всему свету. Тогда и конец придет силе дракона.
Только дождемся ли?
  
1
 
— И вообще, если все обстоит так, как вы говорите, то я уверен, мисс Деверо, мы с вами поладим. Обязательно поладим. Наш бизнес…
Мистер Ворчестер разразился речью, смысл которой сводился к тому, что помощь молодым специалистам является неотъемлемой частью политики «Ньюлайн Компани» и его, мистера Ворчестера, личным хобби.
Лиза его почти не слушала, потому что в ушах у нее играла бравурная музыка, смахивающая одновременно на туш и легкомысленную полечку. Она кивала в такт словам мистера Ворчестера, а на алых губах расцветала счастливая улыбка. Темно-синие глаза сияли, каштановые волосы обрамляли миловидное личико, и мистер Ворчестер с приятным изумлением понял, что ему очень нравится смотреть на мисс Деверо. Не красавица, нет, вовсе не красавица, но когда улыбается — чертовски мила.
— Итак, мисс Деверо, до понедельника. Начнем наш, так сказать, совместный проект со следующей недели.
Мистер Ворчестер хотел отпустить ее милостивым кивком, но передумал и проводил до двери, где и обменялся с девушкой сердечным рукопожатием.
Лиза вышла из кабинета и с большим трудом подавила острое желание подпрыгнуть, завизжать и расцеловать суровую секретаршу мистера Ворчестера. Принята на работу! Вот она, светлая полоса!
Она вышла на улицу и зажмурилась от счастья. Сентябрьское солнце щедро поливало Торонто последним золотом своих лучей, раскрашивая многочисленные машины в невообразимые цвета. Лиза тихо рассмеялась, открыла глаза и поймала удивленный и восхищенный взгляд какого-то парня, проходившего мимо. Девушка улыбнулась и подмигнула ему, а потом направилась к своей машине.
Месяцы тревог, неопределенности и волнений остались в прошлом. Теперь Лиза Деверо стояла на пороге новой, прекрасной и удивительной жизни. Скоро она простится с верным старым «жучком», сиротливо ожидающим ее на стоянке между роскошным «линкольном» и надменным «ягуаром». Скоро все будет иначе. И Брюс больше не будет хмуриться. Бросит курить по пачке в день, перестанет сидеть на кухне все ночи напролет, встряхнется и станет прежним Брюсом Деверо, ее старшим и любимым братом.
Собственно, Брюсу и принадлежал их маленький, малюсенький, можно сказать, семейный бизнес. Брюс был генератором общей идеи, Лиза — его верным помощником. Разработка и внедрение новых социологических программ — вот как это называлось по-умному, а на деле было неким сводом правил, постоянно обновляющихся и меняющихся, основанных на психологии (Брюс) и социологии (Лиза), и направленных на то, чтобы помочь любому персоналу любой компании как можно успешнее и быстрее находить общий язык с клиентом.
Дела почти пошли, но именно в этот момент экономика Канады почему-то решила совершить пару кульбитов, прежде чем вернуться в свое привычное устойчивое состояние. Именно эта пара кульбитов оказалась роковой для семьи Деверо. Маленький офис в одночасье стал неимоверно дорогим, налоги — огромными, клиенты потеряли интерес к маленькой семейной фирме, озаботившись судьбой более крупных компаний.
Лиза восприняла крах довольно спокойно, но Брюс был потрясен. Что ж, сегодня он вздохнет спокойно…
 
«Жучок» с достоинством чихнул и выплыл со стоянки. До дома отсюда было минут десять, несмотря на пробки. Семья Деверо обитала в старом квартале Торонто.
Дом выплыл из-за поворота, как всегда, неожиданно. Даже на этой старой, заросшей лохматыми ясенями улице он смотрелся удивительно. Пряничныйдомик из сказки. «Скрюченный домишко» из считалки. Сюда с удовольствием прилетал бы по вечерам Питер Пэн, а Алиса вполне могла бы именно здесь найти свое Зазеркалье.
Дом с башенками, кружевным балкончиком, покосившимися печными трубами, разноцветными окнами второго этажа, дом, увитый плющоми виноградом, дом, на чердаке которого жилив мире и согласии голуби и летучие мыши, дом, дорогу к черному ходу которого знали все бездомные собаки и кошки.
Дом, в котором жили Лиза Деверо, ее старший брат Брюс, младшая сестра Сэнди и ее муж Майкл.
Сэнди наверняка дома, собирает вещи и укладывает чемоданы. Они с Майклом уезжают в Квебек, вернее, в Абитиби, небольшой городок неподалеку от Квебека. Майкл, молодой выпускник медицинского факультета, принял предложение поработать доктором в этой, не в обиду будет сказано, глуши.
Они с Сэнди уедут вечером, так что впереди их ждет потрясающий уикенд на природе, после чего молодая чета приступит к работе. Для Сэнди в больнице тоже нашлось место, правда, сестренка относилась к этому куда более прохладно, чем ее молодой муж. Майкл был на седьмом небе. Практикующий доктор в лесной глуши — что может быть более захватывающим, если тебе двадцать пять и ты влюблен в свою профессию и в свою жену? Да к тому же достаточно умен, чтобы не реагировать на легкие и вполне позволительные капризы этой самой жены?
Лиза снова улыбнулась своим мыслям, припарковала машину, вылезла из ее тесных объятий наружу и блаженно потянулась. Родная улица, как и всегда, навевала на нее приятные и грустные воспоминания.
Официально улица была Тридцать Шестой Авеню, но все звали ее по старинке, Ясной. Может, из-за ясеней, а может, потому, что здесь никогда не чувствовался обычный для Торонто смог. Опять-таки, благодаря ясеням.
Дом номер двадцать три по Ясной улице принадлежал родителям Лизы, Брюса и Сэнди, а до этого — бабушке и дедушке, а до них — прабабушке и прадедушке и их многочисленным братьям и сестрам. Деверо жили в Торонто с незапамятных времен.
Лиза нежно провела рукой по сияющей табличке. «Пол и Аманда Деверо. Адвокатская контора». Эта табличка раньше висела на входной двери, а теперь Брюс и Сэнди прикрутили ее с обратной стороны калитки. На память.
Потому что пять лет назад Пол и Аманда Деверо, адвокаты, папа и мама, разбились насмерть в автокатастрофе и их жизнь окончательно превратилась в сказку.
Они жили долго и счастливо и умерли в один день.
Сэнди тогда было тринадцать, самый сложный возраст, и Лиза, двадцатилетняя студентка факультета социологии, без колебаний оставила учебу на последнем курсе университета, чтобы стать хозяйкой дома. Брюс, будучи старше ее на два года, страшно кричал и даже топал ногами, утверждая, что вполне способен прокормить семью, но Лиза была непреклонна.
Она ни разу не пожалела о сделанном. Брюс тоже быстро понял, какие преимущества имеются в таком положении, а Сэнди… что ж, Сэнди приняла эту жертву как должное.
Лиза усмехнулась, отпирая дверь. Странно, музыки не слышно. Значит, Сэнди все-таки нет дома.
Она быстро переоделась в футболку и джинсы и отправилась на кухню — самое любимое место обитания всей семьи. Большая, светлая, просторная, отделанная душистой сосной, кухня хранила тепло всего дома.
Лиза брякнула старинный чайник на плиту и занялась ревизией холодильника. Конечно, у них был и электрический чайник, но разве мог он сравниться с сияющим чудом, доставшимся от бабушки Хелен?
Сегодня собиралась прийти Натали, секретарша и невеста Брюса, так что ужин будет по-настоящему семейным. Вино надо поставить на холод. А свинину разморозить.