Аристократ на отдыхе. Том 4 (СИ)

— А он уже успел вам пожаловаться? — удивился я.
Не ожидал от Ванютина такой смелости.
— Нет, — покачал головой Тишин. — Точнее, да.
— Объясните, — улыбнулся я.
— Он звонил мне сегодня. Спрашивал разрешения похоронить своих людей — это само по себе необычно для Ванютина. — Тишин остро посмотрел на меня. — А еще он просил ни в коем случае не спрашивать вас ни о каких деньгах. Практически, умолял. И знаете, Никита Васильевич, он был в панике.
— А вы взяли и спросили, — ухмыльнулся я.
— Только потому, что вы сам пришли ко мне с этими деньгами, — строго сказал Тишин. — Я правильно понимаю, что деньги вы забрали в качестве компенсации за то, что Ванютин вывозил ресурсы из ваших аномалий?
— Правильно, — кивнул я.
— Скажите, а расписку вы взяли?
— Зачем?
— А если Ванютин пойдет в суд? — строго спросил Тишин. — И скажет, что вы просто-напросто ограбили его поместье?
— Думаете, рискнет? — ухмыльнулся я.
— Не думаю, — покачал головой Тишин. — Но его могут заставить.
— Кто?
— Кто-нибудь достаточно сильный, чтобы надавить на Ванютина. И достаточно жестокий, чтобы пожертвовать им, но нанести вред вам.
— Пожалуй, вы правы, Павел Лаврентьевич, — подумав, согласился я. — Завтра же заеду к Ванютину и возьму с него расписку.
— Не надо, — поморщился Тишин. — Я уже видел, в каком он состоянии после встречи с вами. Что вы с ним сделали?
— Бросил в него гирей, — честно сказал я.
Тишин покачал головой.
— Вы просто мастер убойных аргументов.
— Браво! — улыбнулся я. — Остроумно. Но почему вы не хотите, чтобы я заехал к Ванютину? Сами же советуете взять с него расписку.
— Он уже был у меня, — ответил Тишин. — Вот, держите!
Он достал из ящика стола лист бумаги и протянул мне. Это была расписка. Ванютин писал, что передал мне деньги добровольно в счет уплаты долга, и не имеет к мне никаких претензий.
В качестве свидетеля расписался сам Тишин.
— Спасибо, Павел Лаврентьевич, — улыбнулся я.
— Не потеряйте, — строго сказал Тишин. — Однажды этот документ сбережет вам много сил и времени.
— А что вы хотите взамен? — спросил я, не спеша брать бумагу.
— Тишины и покоя, — раздраженно прорычал Тишин. — Никита Васильевич, я хочу, чтобы в уезде было тихо. Чтобы здесь никого не убивали, не швыряли гирями и не подавали в суд. Извините. Я знаю, что вашей вины тут нет. Это мне надо было лучше следить за соблюдением границ и не позволять наглеть всяким…
Тишин запнулся, подбирая подходящее слово.
— Всяким баронам Соболевым, — подсказал я.
— Вы и с ним успели столкнуться? — сжал губы Тишин.
— Еще нет, — улыбнулся я.
— Никита Васильевич! Я вас прошу, нет, я вас умоляю — давайте съездим к Соболеву вместе! Обсудим ситуацию как цивилизованные люди.
— Да я не против, — пожал я плечами. — Когда вы к нему собираетесь?
— Я хотел спросить вас об этом, — не понял меня Тишин.
— Так я не собираюсь ехать к барону, — простодушно сказал я. — Разве что он сам ко мне выберется. А у меня, знаете ли, много дел в усадьбе. Ремонт затеял.
— Да, я слышал, — кивнул Тишин.
И внимательно взглянул на меня.
— Значит, вы уверены, что останетесь здесь.
— Я уверен, что дом моей семьи не уйдет в чужие руки, — твердо сказал я. — И земли тоже.
Тут секретарша принесла мне кофе и налоговую ведомость.
— Какую сумму вносить, Павел Лаврентьевич? — спросила она Тишина.
Тишин взглянул на меня.
— У вас есть еще месяц, Никита Васильевич. Вы уверены, что не хотите потратить эти деньги на ремонт усадьбы?
— Уверен, — улыбнулся я. — Забирайте. Я себе еще достану.
Когда секретарша унесла ведомость, я сказал:
— Павел Лаврентьевич, послезавтра мне понадобится вывезти ресурсы из одной моей аномалии Льда. Вы сможете прислать машины?
— Да, как и договаривались, — кивнул Тишин.
— А сколько он сейчас стоит у имперского скупщика? — поинтересовался я.
Тишин назвал цену, и я приятно удивился. Пожалуй, хорошо, что я не стал убивать грабителей сегодня — завтра они помогут мне закрыть приличную часть долга.
 
— Сколько у вас льда? — спросил Павел Лаврентьевич.
Я пожал плечами.
— Пока не знаю. Завтра я вам позвоню и скажу точно. Спасибо за кофе!
* * *
До прибытия поезда из Столицы еще оставался час. Поэтому я решил пообедать в ресторанчике. Ресторан находился на остром и высоком мысу в месте, где две реки сливались в одну. Раньше здесь стояла крепость, а теперь раскинулся городской парк с каруселями. Вдоль берега был отсыпан пляж, а на нем пестрели разноцветные зонты.
Я заказал холодный борщ и мясо, запеченное с овощами. Стакан холодного клюквенного морса я предпочел вину.
И устроился на прохладной веранде, наблюдая за медленным течением реки.
Удобное время, чтобы поговорить с демоном Смерти. рот у меня был занят едой, но для переговоров с демоном он и не требовался.
— Убийца, что ты думаешь о моей идее переселить кобольдов с Валаама в местную аномалию Земли? — спросил я. — Сможешь проложить ход из одной аномалии в другую?
— Не знаю, Никита! — задумчиво ответил демон Смерти. — Я никогда не пробовал. Но если у других наивысших демонов получается проникать в чужие аномалии, то должно получиться и у меня.
— Вот и я так думаю, — кивнул я, пробуя холодный борщ.
То, что надо — ледяной, сладкий, с заметной уксусной кислинкой!
— Но ты можешь поступить проще, — предложил Убийца. — Научи кобольдов ходить в Тени, как Циклопа. А потом проведи их сюда.
Коварные демоны!
— А ты отлично соображаешь, Убийца! — похвалил я демона Смерти. — Этот вариант оставим как запасной. Слишком их много, этих кобольдов! Замучаюсь обучать каждого. Да и придется накладывать на них магическое плетение. Но если по-другому не получится — реализуем твое предложение.
Вот только настоятеля Валаамского монастыря не надо знакомить с моей идеей. А то он сильно расстроится.
Я доел борщ и придвинул к себе мясо. Оно оказалось изумительно нежным, и в меру сдобрено специями.
Пожалуй, надо выбираться в этот ресторанчик хотя бы раз в неделю!
  
Глава 13
 
Поезд из Столицы прибыл точно по расписанию.
Длинная вереница зеленых вагонов медленно подкатила к перрону, сверкая пыльными стеклами. Паровоз дал громкий гудок, от которого заложило уши, зашипел и окутал белым облаком водяного пара. Несколько ошалевших водных элементалей вместе с паром вырвались на свободу и растаяли в летнем небе.
Арсений и Аркадий выбрались из вагона последними. Каждый тащил пару огромных чемоданов — парни отнеслись к моему предложению серьезно. Вид у них был порядком растерянный — как у каждого человека, жизнь которого круто и неожиданно меняется прямо сейчас.
Наверное, я выглядел так же, когда впервые выбрался в этот мир из аномалии Смерти и увидел в небе огромный серебристый дирижабль.
— Здравствуйте, ваша милость!
Арсений глядел на меня, не решаясь поставить чемоданы на землю. Ждал указаний.
— Идем, парни! — улыбнулся я.
Показал им пикап, который оставил на привокзальной площади.
— Бросайте чемоданы в кузов. И расслабьтесь — теперь вы дома.
— Спасибо, Никита Васильевич! — нерешительно улыбнулся Аркадий.
— Красиво, — протянул Арсений, обводя взглядом домики Холмска и городской парк.
Парни пока присматривались ко мне, и к новому месту, куда их забросила судьба.
— А где Потап? — на полном серьезе оглянулся Аркадий.
Он и в самом деле рассчитывал, что я возьму медведя с собой в город.
— Ждет дома, — улыбнулся я. — Уже все глаза проглядел.
— Как его лапа? — поинтересовался лекарь.
— Зажила.
— Не хромает? Я привез с собой мазь, будем мазать место перелома, чтобы не было ревматизма.
— Вы когда ели? — перебил я этого энтузиаста аптечного дела.