Das Model (СИ)

 - Так что, мы берем этот костюм или посмотришь что-то ещё? – участливо спросил Саша.
 - Да, ты прав, смотрится, вроде, ничего, берем.
 - Вот и хорошо!
 Хорошо-то хорошо… Да нихуя хорошего.
 Часть 17 
 Апрель выдался богатым на события. Начиная с того, что один из учителей как-то узнал о моей ориентации, и в нем заговорил гомофоб. Брезгливые взгляды, заниженные оценки, чудом появляющиеся в журнале «н-ки». Лезть во всё это не очень хотелось, но пришлось. Предмет был одним из профильных, я претендовал на медаль… В общем, история была крайне нелицеприятная, даже вспоминать не хочется эти разборки у директора, когда он, отчитывая преподавателя, буквально выдавливал из себя слова о том, что я такой же ученик, как и все, и оценивать меня нужно по знаниям, а не по личным качествам.
 Маму вся эта ситуация здорово разозлила. Она даже всерьез подумывала о заявлении в суд, но, слава Богу, Владимир ее отговорил. Мы ведь живем в России, здесь мало кого заботят права геев. К тому же, восемнадцать мне должно исполниться только через полтора месяца, и если бы всплыло то, что я проживаю с совершеннолетним мужчиной…
 С Сашей было непросто. Я всё больше и больше увязал в этих отношениях, как в вязком киселе. Иногда у меня напрочь исчезало ощущение, что мне семнадцать, потому что я чувствовал себя глубоко замужней теткой сорока лет. Саша глубоко запустил в меня свои корни, старался контролировать каждый мой шаг. А я будто бы потерял себя прежнего, беспрекословно выполняя все, что от меня хотят.
 Разве бы я прежний стал терпеть такое отношение к себе? Да я бы послал его нахуй ещё после того, как он предложил мне надеть костюмчик медсестры, потому что я не штатная блядь. И уж точно бы я не стал терпеть этот контроль. Я же свободолюбивое существо, я же не терплю рамок! Не терпел… Будто бы зачах, потускнел, раньше яркий и искрящийся, теперь статичный и серый, смешно сказать – стал меньше сниматься для рекламы, потому что запрещает Саша. Запрещает… А ведь раньше никто и ничто мне не мог запретить…
 Женька только качал головой. Он пытался со мной поговорить о сложившейся ситуации, но я не стал слушать. Хоть что-то во мне осталось прежнее... Женя за прошедшее время будто вырос и повзрослел. Конечно, дерьмовый характер никуда не делся, и он остался все тем же пиздюком, который мог одной фразой вывести из себя, но появилась в нем какая-то серьезность, вдумчивость. У него появилась девушка, одна из моделей агентства. Оказалось, что несмотря на свою внешность, Женька с девушками знакомиться не умел и боялся, так что ей пришлось взять все в свои руки и чуть ли не самой себя ему предложить. Вообще-то, она мне жутко не нравилась. Утешал тот факт, что Жене тоже не особо, и встречался он с ней только потому, что «ну, у меня же есть физиологические потребности. А она ничо такая!».
 Я сидел, отдыхая после фотосессии. Саша на неделю уехал в Германию по каким-то там делам, и у меня была возможность вздохнуть спокойно. Самому смешно, что теперь возможность спокойно дышать я имею только во время отсутствия Саши… А я ведь даже не люблю его толком, тогда почему так? Почему отпустить не могу? Почему не могу из всего этого выбраться? Дерьмо…
 - Эмиль, ты сегодня хоть что-нибудь ел, бледный как смерть и скоро просвечивать начнешь? – в голосе Тимура неподдельная забота. Не придуманная и ненавязчивая, не фальшивая.
 
 - Конечно. Просто устал.
 - Ты уже пару месяцев, как устал. Смешно сказать, но я даже уже скучаю по твоему: «Иди в задницу, Тимур!». Ну куда ты делся, а? Куда спрятался?
 - Давай не будем начинать этот разговор?
 - А давай будем? Ты чахнешь, Миль. Ты сам не свой. Послал бы ты уже этого Александра куда подальше, а? Тяжело жить с идеалом, а жить с тем, кто этим идеалом только притворяется, ещё тяжелее. Тебе ведь семнадцать только, какие твои годы? Неужели ты думаешь, что больше в жизни тебе ничего не светит, кроме этой лощеной сволочи?
 - Помнится, он тебе нравился.
 - До того, как ты превратился в, уж прости, унылую какашку. Он тебя под себя подгреб и чахнет над тобой, как Кощей над златом.
 - Знаешь что, Тимур?
 - Что?
 - Иди ты в задницу!
 - Вот это мой мальчик!
 ***
 После работы я пошел домой к родителям. В последнее время у меня не так уж часто была такая возможность, и я всё больше общался с мамой только по телефону.
 - Эмиль, я так рада что ты пришел! Садись, сейчас поставлю чайник. Голоден, сварить овсянки? Или овощной супчик, а? – засуетилась мама.
 - Нет, не надо ничего. Мам, я поговорить хотел. Кстати, а Владимир где?
 - А в ночь сегодня, подменился с коллегой. О чем поговорить, у тебя что-то случилось?
 - Ма, а тебе Саша нравится? – не стал юлить я.
 - Ну… главное, чтобы он тебе нравился. Он неплохой парень…
 - Но и не хороший, да?
 - Как тебе сказать, сынок… У меня двоякое впечатление. С одной стороны, он положительный такой, учтивый. С другой – он как будто энергетический вампир. Слишком подавляет. Подстраивает под себя. Слишком скучный.
 - Мам?
 - Что?
 - А можно я домой вернусь?
 - О Господи, ну конечно! Ну что за ерунду ты себе выдумал, это же твой дом, и он всегда им будет, где бы ты ни был! Я буду очень рада, если ты вернешься. Мне очень тебя не хватало…
 У меня на глаза навернулись слезы. Я не плакал с третьего класса и сейчас не собирался. Поэтому просто прижался к маме и стоял так пять минут. Ощущал себя я странно, будто пьяный.
 ***