Das Model (СИ)
Школьных друзей у меня не было. Честно говоря, вряд ли я вообще вспомню имена хоть половины моих одноклассников. Оно и понятно, ни один из них не представляет интереса. Я привык общаться с равными себе, а одетые на китайской барахолке одноклассники, вечно лохматые, с нестриженными ногтями и не стиранными класса эдак с пятого носками (по крайне мере, шлейф аромата из ботинок говорил именно об этом) за тридцать рублей вряд ли могли претендовать на роль моих друзей. К тому же, их интеллектуальный уровень был соизмерим со страусиным. У них же по жизни только пара-тройка примитивных интересов: как вкусно пожрать, как не схлопотать пару, как узнать, кто с кем трахается, и как бы им самим потрахаться тоже. Среди них несколько выделялся, правда, один субъект, который привлек моё внимание своей красотой. Я не ценитель искусства, но ей-богу, с него можно было лепить статуи Богов. Ему бы, конечно, гардеробчик сменить… Но дружить с ним я, естественно, тоже не стал бы. Выбирать себе в друзья кого-то потенциально красивее себя – несусветная глупость.
Девчонок-одноклассниц я воспринимал как единое, шушукающе-блестяще-намакияженное существо и всячески пытался избегать его общества. Только потеряй бдительность – и тебя тут же засыплют вопросами о мире моде и всего общупают, восхищенно выдыхая:
- Это настоящий Армани?
Вообще, отношение в школе ко мне неоднозначное. С одной стороны, выгляжу я, в понимании большинства, эпатажно и по-гейски, с другой стороны, я - довольно известная личность, а ещё, несмотря на свою субтильность, могу больно дать в глаз. Для того, чтобы от меня отвязались, мне потребовалось доказать, что я, во-первых, не полезу за словом в карман, а во-вторых, сносно владею боевыми искусствами. Но я знал, что меня все равно обсуждали. Я бы удивился, не будь этого.
***
Шесть уроков пролетают как один, когда вы сидите за последней партой и у вас есть последний айфон. Естественно, я активный пользователь социальных сетей, а занимаемое мною в данный момент положение обязывает помнить о знаменательных событиях из жизни моих звездных знакомых. Поэтому каждый день мне приходится поздравлять кого-то с новой квартирой-машиной-сиськами-мужем-ребенком. Кстати, всё никак не могу понять, почему при всё возрастающей моде на «натуральную» красоту богатые дяденьки всё равно женятся на пергидрольных блондинках с отсутствием вкуса, губами-варениками и силиконом в самых неожиданных местах.
После уроков спешу на тренировку. О, спорт – ты мир! А также красивый живот, подтянутая задница и общий тонус всего организма. На самом деле, я больше занимаюсь фитнесом и гимнастикой, ибо мой образ на подиуме не предполагает у меня наличие мышечной массы и кубиков на прессе. Никакой брутальности, только пластичность и кошачья грация.
Через час после тренировки – обед в ресторане. Ничего жареного, соленого и сладкого. Придерживаться здорового образа жизни, включая здоровое питание, не так уж и сложно, на самом деле. Особенно, если ты видишь результат в зеркале – сияющая здоровьем кожа, блестящие густые волосы, крепкие зубы… Так что – да. При таком раскладе можно прожить и без биг-мака.
После обеда – в агентство. И сразу – суета, суматоха, беготня и почти удушающий запах кофе, который сотрудники хлещут в непотребных количествах. И тонким шлейфом запах сигаретного дыма – работа нервная, каждый успокаивается, как может.
Меня, как всегда, сразу берут в оборот. Бесконечно здороваюсь с какими-то людьми, подставляю щеку для мимолетных поцелуев и благосклонно принимаю комплименты о прекрасном внешнем виде.
- Других не держим, - это из комнаты выплыл Тимур. Я был его охотничьим трофеем, и он очень мной гордился.
Дальше, как по накатанной дорожке: фотосессия для магазина дизайнерской одежды, интервью для молодежного журнала, участие в рекламной кампании ювелирных украшений…
Домой я заползаю почти в полночь и совершенно никакущий. Мама, как всегда, всплескивает руками, ворчит, что я слишком много для своего возраста работаю и что без шапки мне выдует все мозги.
Я слушаю вполуха, улыбаюсь, привычно целую в теплую щеку и почти на автопилоте добираюсь до комнаты.
А завтра всё сначала.
Глава 2.
- Эмиль, я приготовила тебе овся… о Боги, что это с тобой?
Ч-ч-черт! Всё-таки заметно, несмотря на слой тонака…
- Прыщ, - сквозь зубы процедил я. – Неужели не видно?
Мама потупила взгляд и молча поставила на стол тарелку с овсянкой. Я, тяжело вздохнув, принялся за еду.
Моя кожа ни разу меня не подводила. Макияж, грим – никаких последствий. Правильное питание и уход – ничего не предвещало беды. И с какой радости я, проснувшись утром, обнаружил ровнехонько посреди лба огромный красный прыщ – совершенно непонятно! Пережив первую фазу шока, я попытался его выдавить, но добился лишь того, что он стал выглядеть ещё непригляднее. И я стал ещё непригляднее. Я СТАЛ НЕПРИГЛЯДНЕЕ! Сука, и как я в таком виде в агентстве-то появлюсь?! С этой мишенью для снайпера?! С этим отличительным знаком замужней индийской женщины?!
Владимир старательно пытался не косить в мою сторону и безуспешно пытался маскировать смех за кашлем. Петросян, блять.
- Ладно, - я отодвинул от себя почти нетронутую кашу. – Я ушел.
- Не поел же совсем!
- Я не голоден.
Куртка с капюшоном спасла меня от позора на улице и в общественном транспорте, который я, естественно, ненавидел, но ничего поделать с этим не мог. В семнадцать за руль ещё нельзя, а поклонника или поклонницы, согласных выполнять роль водителя, пока ещё не нашлось. Претенденты, конечно, были. На красивого, ухоженного, стильного мальчика, не лишенного мозгов, ведутся многие, но я уже давно решил, что выбрать нужно самый лучший вариант. Объективно не совсем страшного и располагающего достаточной суммой денег, чтобы удовлетворить мои скромные, а местами и не очень, интересы. Ничего плохого в том, чтоб найти себе спонсора, я не видел. Ну во-первых, не я первый, а во-вторых, шлюха – это тот человек, который продает за деньги свое тело. Я же согласен предоставить свое тело вкупе со всем остальным во временное пользование, вроде как в аренду, и только тому, кого выберу сам. Заморочек по поводу пола избранника у меня не было. Ей-богу, да ещё дедушка Фрейд в своем тысяча восемьсот замшелом году сказал, что все люди бисексуальны от природы, и причин сомневаться в этом я не вижу.