Паучий дар
Чуть позже за дверью раздался приглушенный разговор.
– Да, – прошептал кто-то. – Это она.
Больше к ней никто не заглядывал, и еду приносить перестали. Когда Неттл вспомнила об этом, у нее кровь похолодела в жилах. Получается, ее узнали? Рано или поздно это должно было случиться. В конце концов, Дженди Пин видела Неттл. И Шэй Эммет мог ее вспомнить. Скоро все будут знать, кто она. Подруга Расплетателя. Враг Освободителей. Ей снова начнут задавать вопросы, только куда более настойчиво. И если ее спросят о Келлене и Галле, а она откажется отвечать, что тогда случится?
Здесь я тоже чужая. Неттл обхватила себя за плечи: ее внезапно пробрал озноб. Для всех я враг.
Стук в дверь заставил ее подпрыгнуть.
– Ты одета? – спросил женский голос. – Мистер Эммет хочет с тобой поговорить.
Ее сердце гулко забилось, но смысла оттягивать неизбежное не было.
– Минутку! – крикнула она, выбираясь из гамака.
* * *Сунув ноги в чужие туфли и натянув на себя льняное платье, слишком длинное для нее, Неттл вышла из каюты. Непривычно было носить одежду из тканого полотна – еще одно напоминание, что она больше не спутница Келлена.
Стоя на палубе баржи, Неттл щурилась от яркого утреннего солнца и смотрела на Освободителей. Ее изумленный взгляд скользил по кораблям, которые прижимались корпусами друг к другу. Всего в пыльно-сером камышовом лесу было штук двадцать судов, а может, и больше. На первый взгляд могло показаться, что Марь уже прибрала корабли к рукам и затянула их зеленью. Но Неттл быстро сообразила, что это лишь тщательная маскировка. На крыши барж были аккуратно уложены пластины мха. Палубы пестрели пятнами землистого цвета. А «лианы», обвивавшие мачты, были сделаны из черных веревок с нашитыми на них листьями из зеленой ткани.
– Сюда, – велела темноволосая женщина, стоявшая рядом с Неттл.
Люди на кораблях курили трубки, завтракали, чинили паруса, читали и ощипывали дичь. По большей части это были взрослые, хотя Неттл заметила несколько подростков немногим старше нее самой. Переходя с корабля на корабль по перекинутым над водой доскам и подвесным мостам, она чувствовала, как шевелятся волосы на затылке.
Вроде бы ничего особенного не бросалось в глаза. Разве что странное выражение лица, предваряющее улыбку. Или рассеянный взгляд, словно человек прислушивался к голосу, который не желал замолкать. То были знаки – едва уловимые, словно темное пятнышко, намекающее, что под кожей засела длинная заноза. И даже теперь Неттл не могла подавить дрожь.
Проклинатели. Все они проклинатели. Но ведь и я тоже.
* * *Корабль Шэя Эммета был больше всех остальных – настоящее морское судно с пустыми орудийными портами и спиленными до основания мачтами.
– Он в рубке, – коротко бросила провожатая.
Неттл перешла по трапу на нижнюю палубу, чувствуя, как дрожат от волнения руки и ноги. Сухие ветки и охапки камышей скрывали рубку от посторонних глаз. Дверь была приотворена. В рубке, устремив задумчивый взгляд в пространство, стоял мужчина. Свет едва просачивался сквозь грязные окна, росший снаружи папоротник отбрасывал тигристо-полосатую тень на его лицо и запачканную лишайником одежду. На миг Неттл почудилось, что перед ней существо из иного мира в своих собственных джунглях.
Но мгновение спустя Шэй Эммет обернулся и улыбнулся ей. Это была непринужденная, уверенная улыбка человека, который чувствовал себя как дома. У Неттл невольно создалось впечатление, что она заглянула в личный кабинет, а не в рубку на потрепанном корабле кучки беглецов. Шэй Эммет смотрел на нее большими умными глазами. От него исходила мягкая сила. Под его взглядом Неттл казалось, будто ее взвешивают на весах – спокойно и совершенно беззлобно. Точно так же она чувствовала себя во время их первой встречи чуть больше года назад.
– И снова здравствуй, Неттл, – сказал Эммет.
– Вы меня помните. – Неттл не смогла унять дрожь в голосе.
– Разумеется, я тебя помню, – ответил он на удивление ласково. – И не нужно так испуганно на меня глядеть! Неужели ты решила, что мы утопим тебя в болоте, когда выясним, кто ты такая?
– Что-то в этом роде, – прошептала Неттл. Сердце у нее отчаянно колотилось.
– Мы Освободители, – сказал Эммет. – Мы обещаем защиту любому проклинателю независимо от того, что он или она сделали в прошлом. Ты одна из нас, Неттл. И ты наконец нашла к нам дорогу.
Одна из нас.
До Неттл с трудом доходил смысл его слов. Конечно, разведчики Освободителей поняли, что она проклинательница, это было очевидно. Но она не осмеливалась надеяться даже на то, что ее оставят в живых, не говоря уже о том, что примут в свои ряды. Она и сейчас не позволяла себе надеяться. Это явно было западней, ловушкой. Перед глазами у Неттл все поплыло, ей стало трудно дышать.
Эммет обошел Неттл, и что-то толкнуло ее сзади под колени. Обернувшись, Неттл увидела, что Эммет принес плетеное кресло.
– Выглядишь, будто сейчас в обморок упадешь, – сказал он.
«Он мнит себя джентльменом» – так говорила об Эммете Леона Тарл. Неттл вспомнила ее слова, когда упала в кресло. Эммет сел на стул перед ней и окинул ее обеспокоенным взглядом.
– Как я мог тебя забыть? Такая юная и хрупкая и в то же время полная решимости взвалить всю ответственность на себя. Я помог тебе тогда. И буду рад помочь сейчас. Знаю, ты долго пряталась на виду у всех, окруженная людьми, которые отвернулись бы, пойми они, что у тебя на душе. – Он сочувственно улыбнулся. – Поверь, я знаю, как тебе было одиноко. Но отныне ты в безопасности. Носить проклятие – не преступление, и мы поможем тебе его контролировать. Ты больше не одна.
Словно теплый ветер ударил Неттл в грудь. Она и сама не понимала, как важно ей было услышать от кого-нибудь эти слова.
– Хотел бы я дать тебе время, чтобы ты освоилась, – продолжал Эммет, и взгляд его оставался все таким же ясным и серьезным. – Но мне срочно нужна твоя помощь. Мы должны найти твоего друга Келлена. Он ведь пришел в Марь вместе с тобой?
Сердце Неттл болезненно сжалось.
Так вот в чем дело. Разливается соловьем, потому что хочет поймать Келлена.
Неттл никому не говорила, что путешествовала вместе с Келленом и Галлом: не хотела подвергать их опасности. Молчание затягивалось, с каждой секундой наливаясь ожиданием. Пока Эммет ничего плохого ей не сделал, но надолго ли хватит его доброты, если она откажется отвечать? Неттл обхватила себя за плечи и постаралась успокоиться.
– Мистер Эммет, – сказала она, – я пришла сюда, чтобы предупредить вас. Я не хотела, чтобы ваша кровь была на моих руках. Но и в другой крови я их запачкать не хочу. Келлен – мой друг. Я не предам его. Я просто не могу.
– Неттл, у меня и в мыслях не было навредить Келлену! – изумленно воззрился на нее Шэй Эммет.
– Ну а Келлен так не думает! – ответила Неттл. – К тому же вы в самом деле отправили за нами вооруженных людей и Танцующую звезду.
Она будто заново переживала последнюю ссору с Келленом, вот только теперь выступала на его стороне.
– Нам казалось, что похищение – единственный способ разлучить вас с домашним убийцей Леоны Тарл. А нам очень нужно было с вами поговорить, – объяснил Эммет. Лоб его сморщился от отвращения при упоминании болотного всадника. – Я всегда надеялся, что мы сможем привлечь вас двоих на свою сторону. У меня не было сомнений, что рано или поздно вы закончите в цепях Канцелярии. Люди боятся силы, которую не могут понять.
– Тогда почему один из вас проклял Келлена? – выпалила Неттл.
По лицу Эммета пробежала тень раздражения.
– У одного из моих друзей на него зуб, – нахмурившись, признался он. – Сейчас она сожалеет о том, что не сдержалась. Если мы доставим Келлена сюда, она обязательно поговорит с ним и поможет ему расплести проклятие. Проклятия – жестокое оружие, но, по крайней мере, они обратимы – или станут обратимы, если Келлен к нам присоединится. Когда Канцелярия согласится на наши условия и предоставит нам гарантии свободы, мы попросим его расплести все проклятия, которые наложили за время долгой войны с властями. Вот почему мы хотим, чтобы Келлен был с нами!