Паучий дар
– Вас прокляли? – Келлен уставился на крылатое существо.
– Да, – ответила Леона, и ее голос едва заметно дрогнул. – И я очень надеюсь, что вы сможете мне помочь.
– Как же вы говорите? – не удержалась от вопроса Неттл. Когда она сама была в обличье цапли, ее разум сжался до размеров булавочной головки, и даже слабые воспоминания о прежней жизни упорно ускользали. – И как сохранили способность ясно мыслить?
– Поверь мне, это непросто, – с чувством произнесла камея. – К тому же я не знаю, сколько смогу продолжать в том же духе. Счастье, что у меня есть эта камея. Ее изготовил по моему заказу мастер с одной из Белых лодок, чтобы я оставалась на связи с Галлом. Я управляю ею силой мысли, поэтому до сих пор могу с вами общаться. Но сохранять ясность ума становится… все сложнее.
– Вы знаете, кто вас проклял и почему? – спросил Келлен. Неттл почувствовала, что его настроение изменилось. Он шел сюда, движимый обидой, но встретил проклятую женщину, которая висела вверх ногами на картинной раме.
– Боюсь, только в общих чертах, – ответила Леона. – Галл, ты же рассказал им об Освободителях?
– Кое-что, – кивнула Неттл.
– Речь идет о группе преступников, которые собирают проклинателей, – без обиняков начала Леона, – чтобы использовать их в качестве оружия. Во всяком случае, я так думаю. Все, кто пытался что-нибудь о них разузнать, либо исчезали, либо становились жертвой проклятия. Я шла по следу Освободителей год, тайком собирая улики и срывая их операции. Должно быть, они выяснили, кто под них копает, и подослали ко мне одного из своих ручных проклинателей.
– Но проклятия так не работают! – воскликнул Келлен. – Нельзя просто выбрать цель и выстрелить по ней проклятием, как из ружья!
– Ну конечно, – едко произнесла Леона. – Значит, я всего лишь вообразила себя летучей мышью. Полежу немного – и все пройдет.
– Не нужно… – начал Келлен, но Леона его перебила:
– Знаю. Простите, у меня выдался тяжелый день. – Летучая мышь расправила крылья и снова сложила. – Не сомневаюсь, что вы правы, и обычно проклятия так не работают. Но поверьте, эти заговорщики научились бить ими прицельно своих врагов. И… посмотрите на меня!
– Если это все, что нам известно, я не смогу расплести проклятие, – покачал головой Келлен. – Мне нужно понять, что происходило в голове проклинателя.
– Что ж, – слабым голосом отозвалась Леона. – Прискорбно. Я надеялась, что ты окажешься нашим тузом в рукаве. Что с твоей помощью мы выручим тех, кто стал жертвой Освободителей. А я не могу сейчас позволить себе оставаться в стороне: их агенты ставят под угрозу все мои операции…
Рот женщины на камее приоткрылся, лицо скривилось. Потом она издала стрекочущий звук, за которым последовало что-то похожее на чириканье. Летучая мышь заметалась под потолком, едва не врезаясь в стены.
– Инспектор! – встревоженно прорычал Галл. – Инспектор, вы меня слышите?
Камея торопливо защелкала, а потом мышь зацепилась за карниз и повисла, трепеща крыльями, – темное пятно на фоне светлых штор. Кажется, она что-то ела.
– Прошу прощения, – смущенно произнесла камея. – Мотылек. Он… так соблазнительно порхал, что я потеряла над собой контроль… – Ее смешок был похож скорее на рыдание. – Боюсь, сегодняшний вечер не сулит нам ничего хорошего.
* * *Леона все время отвлекалась и потому не могла долго говорить, так что Галл взял слово и ввел Неттл и Келлена в курс дела.
Рано утром инспектор через камею вызвала болотного всадника к себе домой, чтобы он помешал слугам, преисполненным самых благих намерений, выгнать хозяйку в окно. После этого Галл только и делал, что решал проблемы.
– Поскольку Леона вышла из игры, агенты Освободителей зря времени не теряли, – мрачно проговорил он. – Ее секретную базу разграбили. Три союзника из Департамента дружеских отношений, которым она доверяла больше всего, исчезли. От них осталась только одежда – ее нашли прямо на стульях в кабинете, словно сами они испарились. И я едва успел помешать вынести из офиса документы инспектора: их собирались отправить «на обработку от бумажных фей». Подозреваю, что Освободители хотели выяснить, какие улики против них ей удалось найти.
– Но если она нашла доказательства преступлений, то почему бы нам не передать их какому-нибудь ответственному лицу? – спросил Келлен.
Неттл обратила внимание на то, что он сказал «нам». Судя по всему, теперь его «мы» включало в себя Леону и Галла.
– Все ответственные лица – сотрудники Канцелярии, – вмешалась камея. – А мы не знаем, кому из коллег можно доверять!
– Мы также не знаем, кто руководит Освободителями, – уточнил Галл. – Именно это пыталась выяснить инспектор Тарл. Мы полагаем, что за заговорщиками стоит один из высших чинов Департамента дружеских отношений, но не можем сказать, кто именно. И нам бы не хотелось, чтобы результаты расследования попали не в те руки.
– А если я выступлю в качестве свидетеля, все поймут, что я – летучая мышь, – добавила Леона. – Тогда кого-нибудь другого попросят возглавить мой отдел. Насколько я знаю, агенты Освободителей только этого и ждут.
Снизу послышался панический крик, шум возни, а потом грохот шагов на лестнице. Галл подскочил к двери и чуть выдохнул, только когда в комнату вбежал один из слуг Леоны.
– Инспектор! – Старик обращался к камее, глаза его стеклянно сверкали от страха. – Эта штука его сожрала! Костяная штука сожрала Гердена!
– Осторожнее, дубина! – Галл захлопнул дверь, которую слуга оставил распахнутой настежь. – Окна и двери должны быть закрыты! Мы же не хотим, чтобы инспектор улетела!
– Успокойся и расскажи, что случилось! – потребовала Леона.
– Костяная клетка, – задыхаясь, начал слуга. – Герден доставал ее из сумки, чтобы переложить в укрепленный железом ящик для сохранности, и вдруг исчез!
– Идиоты! – прорычал Галл. – Я же сказал вам ничего не трогать! – Сам он со всеми предосторожностями убрал клетку в сумку при помощи хлыста.
Болотный всадник выскочил из комнаты, старый слуга побежал за ним. Келлен с Неттл тоже решили не отставать, не забыв, впрочем, закрыть за собой дверь, чтобы уберечь хозяйку дома от побега.
* * *Кожаная сумка с костяной клеткой стояла на кухонном столе. Галл и несколько слуг сгрудились вокруг нее. Прямоугольная клетка была сделана из бледно-желтых костей, склеенных чем-то наподобие смолы и стянутых нитями, которые по виду напоминали то ли темную проволоку, то ли сухожилия. По бокам клетки безвольно болтались грязные, растрепанные птичьи крылья.
– Опишите ее! – нетерпеливо потребовала Леона-камея.
Поскольку летучая мышь осталась в спальне наверху, инспектор не могла сама увидеть клетку.
– Омерзительная штуковина, – сказал Келлен, наклоняясь опасно близко, чтобы рассмотреть клетку получше.
Неттл тоже уставилась на нее. Перекладины были сделаны из тонких косточек, которые сужались кверху в подобие длинных обесцвеченных когтей…
– Это пальцы, – сказала она вслух. – Кости пальцев. А вот эти взяты из кисти.
– А это что? – спросил Келлен, кивая на груду одежды, которая валялась на одном из стульев.
– Вещи Гердена, – ответил перепуганный старик. – Упали на пол, когда он исчез.
– О. – Глаза Келлена понимающе сверкнули. – Так вот что случилось с друзьями Леоны. Их одежду нашли на рабочем месте, в отличие от них самих. Значит, фальшивый Книгоноша напал на них с клеткой, а уже потом принялся за нас.
– Мы должны выяснить, что это за существо, – сказала Леона. – Галл, есть идеи?
– Ни одной, – ответил болотный всадник. – Оно пахло плесенью и дымом. И ей этот запах не понравился.
Неттл не сразу поняла, о ком он говорит. Сама она в мыслях называла болотную лошадь не иначе как «оно». Пока остальные спорили и строили догадки, Неттл присмотрелась к косточкам повнимательнее. И старые сказки в ее голове сложились в теорию. «Я знаю, что это», – вдруг подумала она. Из-под опущенных ресниц Неттл оглядела кухню. Все высказывали предположения, но пока еще никто не попал в цель.