Левиафан (СИ)

    - Непременно, агашши... - улыбнулся и выпустил её из рук, провожая взглядом в сторону ванной комнаты, а потом снова смотря на лицо женщины, которая копировала меня почти в точности. 
    "Видимо боль и агония создаёт своих тварей по одному и тому же подобию, как клонов или близнецов..." 
    - Ну, здравствуйте, Нуна*(старшая сестра). Рад знакомству, - сощурился и нажав на блокировку сотового, разорвал соединение, и лицо женщины исчезло с экрана, сменившись отражением моего. 
    С черной почти матовой поверхности на меня смотрел холоднокровный убийца с тёмным взглядом, который стал подобен церберу, охранявшему путь к искуплению своих грехов. 
    С таким же взглядом я осмотрел высокое здание в бизнес центре Элея в Даунтауне, когда захлопнул дверцы колымаги Куколки, и присвистнув надел солнцезащитные очки. Огромная высотка принадлежала одной из гильдий адвокатов и собственно в ней и находился офис одного из конгрессменов палаты парламента. Того самого бывшего жениха жены друга моего Хёна. От каши в голове, даже мне стало дурно, однако я пошел следом за Моникой, которая преобразилась опять в Куколку со значком и стволом за пазухой. Вот только в этот раз я знал и помнил каждый сантиметр под черной тканью её футболки. 
    - Поспокойнее! Ты выглядишь слишком устрашающе, Куколка, - я толкнул перед ней стеклянную дверь, и скривился от того, что даже её поверхность была горячей, - У них кондиционеры не работают? 
    - Поспокойнее. Похож на ноющую дочь здешней знаменитости или начинающую актрису, провалившую кастинг, - парировала Куколка, а я только хохотнул и осмотрел огромный вестибюль, в котором стояли два стеклянных капсульных лифта на верхние этажи. 
    - Нам нужен конгрессмен Маилз? - Моника раскрыла свое удостоверение перед носом консьержа, который побледнел тут же и переглянулся с девушкой на ресепшене, кивнув. 
    Я внимательно осмотрел эту парочку. Пережёвывая жвачку во рту, а потом надувая шарик, поднял очки и подмигнул крошке у стойки. Бедняжка так испугалась, словно я один из копов, а потом быстро опустила взгляд и схватилась за трубку на стойке, что-то быстро стенографируя очевидно секретарю того самого Дженсена Маилза. 
    Как только она кивнула в ответ своему напарнику, а Моника почти дошла до точки кипения из-за молчания перепуганного полудурка, это свершилось, и мужик  произнес хоть что-то. 
    - Мэм! Прошу в лифт. Сэр! - он улыбнулся и мне, указывая дорогу, на что я расплылся в злорадной ухмылке, и произнес: 
    - Я не коп, красавчик! Можешь расслабиться и выдохнуть. Сходить в сортир... Прочистить желудок, - хмыкнул, на что бедняга побледнел ещё хуже, однако впихнул нас в кабину и опять еле улыбнувшись, просто сбежал. 
    - Мне не нравится то, как нас встретили, Куколка, - я смотрел на табло смены этажей, пока Моника следила за картиной за стеклом лифта. 
    - Нас ждали. И очевидно конгрессмен Маилз прямо сейчас видит нас и слышит. Так что можешь улыбнуться и передать привет в камеру. 
    - Чинча?! *(Серьезно?) - я состроил из себя полного дегенерата, и продолжая чавкать жвачкой во рту, стал оборачиваться по сторонам, - Куда? 
    - Тангир! - Моника оборвала моё ребячество холодным тоном, а лифт остановился раскрывая выход из кабины. 
    - Вва-а... Су-у-гэ-э-э... *(Ничего себе. Круто!) - выдохнул опять как дебил, однако как только мы попали в вестибюль приёмной, а я заметил двух жлобов из охраны и полное отсутствие хоть каких-либо работников, сразу остановил Куколку и вышел вперёд. 
 
    - Тангир! - она хотела пресечь мои действия, однако я срать хотел на её слова, после нападения в часовне пастора Абрахамса, потому сам открыл дверь в кабинет конгрессмена первым, искоса наблюдая за его охраной, которая цепко провожала нас взглядом. 
    - Я знал, что рано или поздно вы придете ко мне, агент Эйс, - от стола в центре помещения, широкие окна которого выходили на такие же высотки, прозвучал мужской бас, а потом кресло повернулось и мужчина поднялся, осматривая меня, а потом и Монику. 
    - Уберите своего пса! Пусть выйдет подышать свежим воздухом! - скривился Дженсен, и я понимал его отношение прекрасно, однако не собирался спускать оскорбления. 
    - Я тебе не пёс, аджосси. И если ты не начнёшь проявлять уважение, вылетишь проветриться со своего сорокового этажа прямо через окно, - осмотрел американца, подметив какая ненависть была в его взгляде, потому и произнес: 
    - Не я твою бабу увел, Дженсен. А то что мы похожи с её нынешним мужем не значит, что ты имеешь право отыгрываться на мне, пытаясь вернуть себе чувство мужского достоинства, - закончил шипя, как змея, и ухмыляясь, на что американский божок в костюме от "Армани" окаменел, испепеляя меня взглядом на месте. 
    Моника явно не выдержала подобного накала страстей, потому и закатила глаза, хмуро и строго отчеканив и достав свой значок: 
    - Меня зовут Моника Эйс, сэр. И вы правильно сделали назвав меня агентом. Это наводит на мысль о том, что вам так же хорошо известно и то, зачем я здесь. 
    - Конечно, - холодно ответил рогоносец, и кивнул Куколке на один из диванов, сев на противоположный. 
    Моника опустилась на предложенное ей место, а я встал за её спиной и начал листать какой-то бизнес талмуд, стащив его с тумбочки. 
    - Ты тоже можешь присесть, - прозвучало от дивана, пока я читал сводки мировой биржи. 
    - Спасибо, но здесь мне приказы отдает только женщина, сидящая перед вами, сэр конгрессмен. Потому не обращайте внимание на пса и начинайте беседу, - я прошёлся по мужику новым насмешливым взглядом и тряхнул в руке журнальчиком, - Тут индекс "Доу Джонса" обвалился... Опять... Надо наверное быстрее закупить туалетной бумаги, нас ждёт апокалипсис.  
    Мужика перекосило так, что мне даже совестно стало. Немного и на очень короткий миг, потому что я не верил в то, что зная кто к нему пришел, этот мудак ни в чем не замешан. Раз ждал, значит не просто так, и значит готовился к тому какую лапшу лучше навесить Монике на уши. 
    - Признаюсь, я ждал вашего появления, - начал Дженсен, на что я только приподнял уголок губ в усмешке, - Всё потому что конгрессу известно о тех страшных убийствах. Это ужасно, что погибло столько невинных женщин, и все в стенах таких святых мест. 
    Я не выдержал быстрее Моники, по позе которой понял, что Куколка еле сдерживает холодный хохот. 
    - Ужас! Просто кошмар! - запричитал, захлопнув журнал и продолжив, - Написано, что мировой экономике конец, если она не спасет священный доллар. Вы уже перевели всю свою валюту в слитки золота, конгрессмен? 
    - Агент Эйс! Мне казалось, вы хотели вести разговор, а не хамский базар! - мужик опять осмотрел меня, а потом сел на диване так, будто он хозяин жизни.