Поход (СИ)

Эту речь я произнес ледяным тоном, предостерегающе глядя прямо в глаза Георга, которого мой напор явно смутил. Правда, он довольно быстро взял себя в руки.
Его воспитанница таращилась на своего учителя раскрыв рот от удивления, а вот взгляд Курта как-то изменился. Капитан после моих слов смотрел на меня недоуменно, но в то же самое время изучающе. Будто только что увидел меня впервые.
Мрачные страйкеры покинули мой шатер молча, не проронив ни слова.
Сигурда я остановил, когда он уже приподнимал полог.
— Меня без крайней нужды не беспокоить. Я должен подготовиться. И скажи Гуннару, чтобы тащил сюда сундук с моим доспехом.
Мой телохранитель молча кивнул и вышел из шатра.
* * *
На следующий день за час до полудня я уже был полностью облачен в свой змеиный доспех. На поясе висели мой меч и кинжал, созданные из клыков Ужаса Реки. Все ячейки под кристаллы были заполнены цельными крудами, как в основной структуре доспеха, так и в дублирующей части.
Впервые я показался на людях в таком виде, так что эффект был, мягко говоря, впечатляющий. Когда я вышел из своего шатра, «Дикие», ожидавшие моего появления, ошарашенно замерли.
Гуннар с торжествующей ухмылкой под изумленными взорами страйкеров подвел мне моего коня. Это был огромный мистрал вороной масти, которому после покупки я дал новое имя — Шторм. Судя по тому, как он быстро стал на него реагировать, ему оно тоже пришлось по душе.
Синичку я решил не брать. Сегодня мне нужен другой эффект. Примерно такой же, как я наблюдал прямо сейчас. Любопытно было следить за вытянутыми рожами Курта и Георга, которые вчера вечером еще раз попытались отговорить меня от поединка.
Кстати, они были не единственными. Из города прискакал тот самый молоденький адъютант маршала де Клермона в сопровождении нескольких бойцов с гербами Клермонов на доспехах.
Парень с надменным видом, представившийся виконтом Жаном де Пьюзе, привез мне записку от герцога, в которой тот в своей привычной полуприказной манере сообщал мне, что он договорился с бароном фон Ноймарком и что мне всего лишь нужно будет выставить вместо себя на поединок капитана фон Харта.
В конце записки маршал не преминул напомнить мне о важности моей миссии и о том, что ему бы не хотелось потом оправдываться перед его величеством за мой опрометчивый поступок, который обязательно закончится моей гибелью.
Судя по тому, что адъютант покинул мой лагерь не дожидаясь моей реакции, маршалу де Клермону мой ответ был не нужен. Он, видимо, был уверен в том, что я сделаю так, как мне было велено.
Герцог думает, что нашел оптимальный выход из ситуации. Договорившись с предводителем астландских наемников решить все малой кровью. Что ж, будет ему сюрприз.
Шторм, увидев меня, шумно фыркнул и ударил широким копытом о землю. По его мощному мускулистому телу пробежала дрожь нетерпения. Угостив его яблоком, я похлопал по его шее и легко запрыгнул в седло.
Рядом тут же оказались Сигурд и Аэлира, тоже облаченные в новые доспехи. В руке моей телохранительницы был длинный шест, на конце которого развевалось знамя с моим новым гербом.
Со мной отправились все девять страйкеров. Остальные бойцы моего отряда остались в лагере. Гуннара я тоже взял. Надо было видеть его просящий, полный надежды взгляд.
Ганс Крауз с двумя бойцами отправился в город еще на рассвете. Он повез деньги, чтобы сделать ставки на бой. Кстати, он был очень удивлен, что все мои ближники без сомнений поставили свои деньги на меня.
Так вышло, что ближе к полудню я въехал в лагерь практически одновременно с маршалом де Клермоном. Герцог прискакал в окружении нескольких десятков вестонских дворян.
Когда наши кавалькады поравнялись, аристократы из окружения Клермона здорово оживились: мой доспех и мой конь приковывали к себе их внимание.
А вот на мрачной физиономии маршала было написано беспокойство. Похоже, он уже начал понимать, зачем я так «принарядился».
— Мессир! — холодно произнес он, когда мы оказались совсем рядом. — Надеюсь на ваше благоразумие.
 
— О, не беспокойтесь, ваша светлость! — кивнул я и улыбнулся. — Обещаю вам, что сегодня даже самый осторожный и мудрый человек позавидует моему благоразумию!
В центре лагеря уже все было готово. Широкая площадка, окруженная многочисленной вооруженной толпой, была подметена и посыпана речным песком.
Наше появление вестонцы встретили дружным ревом. Маршал помахал им и проследовал к ряду широких кресел, специально приготовленных для высокого начальства.
Правда, судя по выкрикам о мече-бастарде, вестонские легионеры приветствовали не только своего маршала.
Помимо вестонцев, здесь были и мертонские лучники, прибывшие с Туманных островов. Охотники и охотницы, ради выживания в тех суровых краях, с детства постигавшие искусство стрельбы из лука. Они наблюдали за происходящим с великим интересом. Мое сканирование показало, что среди них были как истинные, так и теневые маги.
«Каменные» тоже были здесь. Они держались рядом с маршалом. А вот «Ледяную» сестру Фрию я не смог разглядеть. Не удивлюсь, если она спряталась среди толпы и внимательно наблюдает за мной.
Особняком держались астландские наемники. Появление моего отряда они встретили оскорбительными выкриками и свистом. В первых рядах стояли бойцы в доспехах страйкеров с гербами «Несокрушимых». Я насчитал пятнадцать боевых магов. Фридрих фон Ноймарк был единственным авантом. Остальные — медиусы и эксперты. Причем вторых было больше, чем первых. В этом они, конечно, проигрывали «Диким».
Приказав своим людям оставаться на месте, я верхом пересек площадку и почти вплотную подъехал к строю «Несокрушимых». Фридрих фон Ноймарк с кривой усмешкой на лице следил за моим приближением и, когда я остановился, весело произнес:
— Мессир, какая жалость! А ведь этот доспех мог бы стать жемчужиной моей коллекции! И эти клинки! Это настоящее произведение искусства! Где вам удалось раздобыть столько прекрасного материала?
Он говорил громко, чтобы все его слышали. Думал, что я сейчас, согласно договору, буду юлить и мямлить, выставляя вместо себя на поединок Курта. Хотел унизить меня. Это месть за вчерашнюю дерзость.
— Барон! — ответил я ему в той же манере, но игнорируя его вопрос. — Вы зря беспокоитесь! Скоро вам предоставится возможность завладеть этим доспехом!
— Неужели? — барон фон Ноймарк был удивлен. — Значит, вы отказываетесь прислушаться к голосу разума? Вы еще молоды, маркграф! И это не ваша война! Повторюсь, нет чести в том, чтобы заступаться за предателей и трусов!
— К голосу разума? — хмыкнул я и бросил короткий взгляд в сторону маршала. Герцог де Клермон был мрачен и зол. — Раз уж вы заговорили о чести, барон… Вы правы, я молод, но мой возраст не мешает мне понимать, что маркграфу, который отдает на заклание своих людей, никто не будет служить! А еще я хочу сказать вам, барон, что ваша излишняя самоуверенность никак не вяжется с вашим опытом! Ваши лучшие годы уже позади! Ваша реакция и мастерство владения клинком вряд ли находятся на прежнем уровне! Поэтому только из уважения к вашему возрасту я даю вам шанс отступиться! Признайте вашу ошибку и выполните свой долг перед вашим нанимателем! Вы ведь не забыли, что подписали договор о найме?
Над площадью повисла тишина. Мои слова услышали все присутствующие. Фридрих фон Ноймарк явно был в бешенстве. Он смотрел на меня снизу вверх, готовый прямо сейчас броситься в бой. Его ноздри широко раздувались, а на виске набухла крупная вена.
Взгляды его страйкеров были не лучше. Они, словно стая голодных волков, ждали отмашки своего вожака, чтобы разорвать наглого мальчишку.
Нужно отдать должное барону. Он довольно быстро взял себя в руки и, приподняв подбородок вверх, с улыбкой, похожей на оскал, произнес:
— Значит я все-таки заполучу этот доспех в свою коллекцию!
Его страйкеры оживились и смотрели на меня уже как на ходячий труп. По рядам легионеров пошли веселые шепотки.