Оружие в его руках 2 (СИ)

Мысль о том, что наш уикенд скоротечен, быстро стерла мою улыбку. Оставалось не так много времени, чтобы выполнить план Стефано. Я обещала помочь другу, но как я могла поступить плохо с тем, кто мне так безумно нравился? Я не переставала думать о том, чтобы открыто поговорить с Россини старшим. Я была уверена, что он меня поймет, но вот только младший Россини даже слушать не станет, узнав, что его тайна больше таковой не является.
Я оглядела прохожих, персонал, работающий в кафе, и заметила одного паренька. Он был невысокого роста, светлые кудрявые волосы вечно ниспадали ему на лоб, закрывая глаза, и тот нервно их отбрасывал назад. Его тонкие пальцы пианиста что-то быстро строчили на маленьком блокноте. Он казался безобидным, а еще по потертой одежде и по синякам под глазами, было заметно — мальчишка нуждался в деньгах. А я нуждалась в помощи.
Бросив короткий взгляд на Луи, я поднялась со стула и, предупредив его, что отойду в дамскую комнату, чтобы не передумать, быстрым шагом пошла к этому молодому человеку. Я мило улыбнулась, на что парень подарил мне свою кривоватую улыбку, опустил глаза и стал дальше что-то писать. Заметив, что я все еще рядом с ним, он снова поднял на меня свой взгляд и спросил:
— Вы что-то хотите? Чай, кофе, сок? У нас очень вкусные чизкейки.
Я заколебалась. Его голос был приятным, а глаза были наполнены такой добротой, что я тысячу раз внутри себя ругала за свои планы. Как можно подставить такого милого мальчика? Ему на вид лет двадцать!
— Я бы хотела, чтобы вы сделали мне коктейль. — Я села за барный стул, постоянно оглядываясь в сторону веранды, обзор на которую был минимальным.
Взяла салфетку и нацарапала всего три слова.
Тысячу баксов хочешь?
Парень долго смотрел на салфетку, потом на меня и выдал твердое:
— Я не продаюсь. — Он поставил мой Манхеттен перед моим носом и намеревался уйти, но я его остановила.
— Ты можешь помочь многим в борьбе с наркоторговцами. — Он хмыкнул и закатил глаза. — Я серьезно. Моя мать сторчалась от этой дури, я не хочу, чтобы кто-то еще умер, как она. — Выплюнула я, мысленно прося прощения у Господа за свою ужасную ложь. — Тебе нужно только позвонить копам и сказать, когда и где будет отгрузка, и кто принимает заказ.
— А ты откуда знаешь? — Прищурился парень. — Ты из них?
— Чувак, — я махнула рукой перед его лицом, — моя мать умерла от этой дряни.
Я просто подслушала случайно разговор двух барыг.
— Кто ты такая, чтобы я тебе верил?
— Та, кто может поделить с тобой краденые две тысячи баксов из кармана вон того парня, — я показала рукой на Луи, надеясь, что тот не повернет свою голову на нашу сторону. — Это их главный. Я ради памяти о матери, готова сама им в глотку эту дрянь затолкать. Только мне нельзя. Меня вычислят сразу, а я еще пожить хочу.
Повисло молчание. Я уже поднялась с барного стула и повернулась в сторону выхода, как услышала усталое:
— Подожди. Я согласен. Только деньги я не возьму. Купи себе билет на них в другую страну и держись подальше от этих ублюдков.
— Если ты мне поможешь, я так и сделаю.
— Что нужно говорить?
— Звонишь в полицию, — я на радостях запрыгнула на стул и облокотилась локтями на стойку. — Говоришь, что с Рей Хука в час ночи будет отправлена в Милан баржа с тридцатью килограммами синтетического наркотика. По прибытию в место назначения, заказчик будет лично принимать товар.
— Имена?
— Не говори. Сделай звонок из автомата, чтобы все было анонимно.
— Хорошо. — Кивнул парень, а я, все-таки бросив ему пару сотен на стойку, побежала уже к ищущему меня глазами Луи.
Луи долго всматривался в мое лицо, на что я невинно улыбнулась и поцеловала его в щеку.
— Ты что, выпила?
— Чуть-чуть для храбрости. — Мужчина удивленно ухмыльнулся.
— Интригующее начало.
Позади Россини появился грузный мужчина лет пятидесяти. Его иссинячерные волосы были уложены гелем назад, словно он ворвался в двадцать первый век из девяностых. Его костюм и золотые запонки на манжетах выбивались из окружающей среды.
 
— Кажется, твой компаньон пришел. — Кивнув в сторону мужчины, произнесла я.
Луи повернулся и встал с места, пожимая руку незнакомцу.
— Николас, — кивнул мой спутник и предложил сесть ему напротив нас. — Познакомься, это Андреа Россини.
— Красавица невестка, — улыбнулся мужчина и посмотрел на меня, — я рад с вами познакомится. Вы и вправду красивы, как и о вас говорят.
— Не думала, что мужчины сплетничают о чужих женщинах. — Мои щеки загорелись, и я нервно рассмеялась. Луи сузил глаза, глядя на меня. Я снова чтото делала неправильно.
— О! Как только вы появились в жизни Стефано, весь клан только и говорит о том, что у него своенравная, но хрупкая жена.
— Она давно выучила свои уроки, — вмешался Россини. — Теперь она тише воды, ниже травы, Ник.
— Что-то непохоже. — Усмехнулся собеседник. — Ладно, перейдем к делу. Все готово?
— Это тебя надо спросить. — Луи положил кисти рук на стол. — С нашей стороны все готово. Мы примем баржу ровно в срок, заказчики в курсе. Вы должны только вовремя все отправить. — В этом не сомневайся.
К нам подошел официант — тот самый парень, которого я просила помочь. Он посмотрел на моих спутников и одним кивком передал мне, что все будет хорошо. Он исполнит мою просьбу. Его рука крепко держала ручку, когда тот спрашивал не желаем ли мы чего-нибудь заказать.
— Мне американо, — произнес Ник. Его хриплый прокуренный голос не был приятным. Я сравнила его с голосом Луи. У того хрипотца была изюминкой, а у Николаса голос можно было сравнить со скрежетом металла.
— Мы пойдем. — Произнес Луиджи. — Надеюсь на твою ответственность.
— Я с тобой в песочнице играл, Россини.
— Забываешься. — Цыкнул на него Луи, ожидая, пока я вылезу из-за стола. — Я — Капо.
— Ты — Капо. — Кивнул Ник. — Но ты еще и сопляк, который так до сих пор и не понял, что нельзя удержать клан разбазарив его на три страны.
— Так думаешь ты, — отрезал капо парижской мафии. — А я думаю совсем иначе. Жду груз вовремя, Ник.
Это было его прощанием. Мы сели обратно в машину и поехали в сторону дома. Луи был серьезен. Такое выражение лица раньше внушало мне страх, но сейчас я была обеспокоена. Его что-то тревожило, и он был молчалив.
— Будь осторожна с мужчинами клана, Андреа. — Наконец подал голос Луи. — Любое твое слово может повернутся против тебя. Даже самое невинное.
— Не думала, что простая шутка может так на тебя повлиять.
Я встретилась с взглядом полным осуждения. Луи закурил сигарету, открыл люк нажатием кнопки и снова обратился ко мне.
— Николас — старая гнида, но его нельзя убрать с поста лишь потому, что когда-то его поставил на это место отец. Отец считает его другом, поэтому он так себя ведет.
— Почему он говорил о разбазаривании клана?
— Когда отец был Капо, весь клан располагался только в Париже. Представь сотню корсиканцев в одном городе. Он был зациклен на своей власти в одном месте, так проще ее удержать. Я же решил расширить свои границы и иметь глаза и уши по всей Европе. Первую партию людей я отправил в Италию, потом в Америку. Мне понадобилось шесть лет, чтобы иметь под своим влиянием три города. Разве это плохо?
— Не считаю это чем-то плохим. Вы и до этого поставляли свой продукт в другие города.
— Ты права, это не плохо. Но в Америке и Италии мы чужаки, ворвавшиеся в чужую страну и разграничившие их территории. Так Коза Ностра давно бы выжила нас, если бы не приемлемые цены нашего товара.
Я положила свою руку ему на плечо, но мужчина взял ее в свои ладони и поцеловал тыльную её сторону.
— К черту дела, я хочу просто побыть с тобой. — Он выдохнул дым в мою сторону, а я наклонилась к нему ближе и тоже втянула в себя немного дыма. Он обжег мне горло, но я посчитала это приятным.
— Как насчет того, чтобы слетать в Париж?
— Соскучилась по свекру? — Сверкнул своим игривым взглядом Луи, за что поймал мое разъяренное выражение лица. — Шучу, милая. Я просто шучу.