Лапша (СИ)

— Ты так скривилась, будто в тарелке таракан, — смеюсь.
— Нет, просто я не люблю овсянку.
— Черт, я как-то об этом не подумал… — растерянно чешу затылок.
— Можно я только чай выпью?
— Конечно… Так, чем бы тебя накормить… — иду к холодильнику, но Крис перехватывает меня за руку.
— Не суетись, я не голодна.
— Тебе лекарства надо выпить, на голодный желудок нельзя.
— Окей, я съем две ложки каши. И выпью чай, — и в подтверждение своих слов, отправляет ложку каши в рот. Глотает с усилием. И зачем себя так мучить, если не любишь кашу? Я бы мог предложить что-то другое. Но она мужественно гоняет во рту вторую ложку кажи и глотает. Отдает мне пиалу, а я что? Просто доедаю ее кашу, допиваю чай и принимаюсь за посуду. Крис наблюдает за моими действиями.
— Чем займемся? — вырывается у меня вопрос.
— Ты не знаю, а я сегодня должна прийти в себя. Завтра на работу…
— Ты еще пару дней дома. Я со Стешей договорился. У тебя все равно записи не было на эти дни… Тем более, ты же не хочешь заразить нашу беременяшку.
— Черт, точно… Она точно в курсе?
— Проверь свой мобильник.
Пока Крис читает сообщения, я наблюдаю за ней. Она то хмурится, то улыбается. А когда откладывает телефон в сторону, я снова задаю вопрос.
— Так что?
— Что «что»? — не понимает.
— Чем займемся?
Смотрит на меня с сомнением.
— Только не говори, что хочешь выпроводить меня и завалиться спать. Я не против завалиться спать с тобой. А пока давай посмотрим что-нибудь онлайн?
Взмахивает рукой, типа, делай, что хочешь. Ну окей. Радует то, что все же разрешила мне остаться. Смотрим какую-то бредовую новинку, в процессе Крис снова засыпает. Ее голова сползает на мое плечо, и я боюсь лишний раз пошевелиться, чтобы не разбудить ее. Да и сам отрубаюсь, даже не досмотрев фильм до конца. Просыпаюсь от того, что Кристина ерзает рядом. То так ляжет, то сменит положение. Разворачивается ко мне спиной, вздыхает.
— Что тебе не спится? — веду носом по ее шее, не могу себе отказать в удовольствии. — Так вкусно пахнешь… — прихватываю основание шеи губами, разгоняя мурашки. — Так бы и съел.
— Не боишься зубы обломать? — немного хрипло говорит Кристина.
— Нет, они у меня крепкие, — целую ее плечо и вздыхаю. В паху опять пожар, и я реально готов сожрать Крис.
— Крис, — выдыхаю я, все же решаясь спросить.
— Что?
— Наверно, звучит по-детски, — хмыкаю. — Но ты не воспринимаешь намеки. Поэтому приходится раскладывать по полочкам, — приподнимаюсь и разворачиваю ее на спину. Не уворачивается и не спорит, смотрит прямо в глаза. Это хорошо. — Я хочу быть твоим парнем. Давай попробуем? — переплетаю наши пальцы, глажу большим пальцем ее запястье. Дыхание Крис замирает на мгновение, а потом становится частым и прерывистым. Словно она напугана. Или хочет сбежать, вот только мы в ее квартире. — Не отвечай сразу, потому что по взгляду вижу, что вот-вот выпустишь свои колючки. Просто знай, что я рядом, ладно? — кивает неуверенно и снова поворачивается ко мне спиной. Обнимаю ее и прикрываю глаза. Как-то даже спокойнее стало. И я снова засыпаю.
Новый день приносит только тихую грусть, потому что Кристина еще на больничном, но моих клиентов я записывал сам и отменить не могу. Еду на работу. Дни без Крис тянутся бесконечно долго, и вот, наконец, она выходит с больничного. И в тот же день мы провожаем Стешу в декрет. Но когда за ней приезжает Леха, оказывается, что надо ехать в роддом, потому что прямо посреди салона у нее отходят воды… кажется, это так называется. Девчонки быстро наводят порядок после отъезда Стефании, и мы собираемся домой.
Следующий день тоже выдается нервным. Хотя сначала, вроде все шло неплохо. Одно только меня выбешивает с самого утра — у Кристины клиент. Я сначала даже не понял, но, оказалось, что у нее в кабинете Давид. Вот так неприятный сюрприз. Мы с ним знакомы практически с пеленок, а точнее, с детского сада. Потом пошли в школу в один класс, и дружили до недавнего времени. Он был частым гостем в моем доме, приходил в Барбершоп ко мне на стрижку. Но потом в моей жизни появилась Вика. Она — девушка не абы из какой семьи, но как-то мы с ней легко нашли общий язык, общие интересы. И стали встречаться. Давид пытался меня отговорить, рассказывал, что о Вике говорят на районе, да и общие знакомые тоже. Но я огрызался и не хотел слушать. Не может моя Викуля быть распутной девкой…
 
Так я думал до тех пор, пока не застукал ее в одной из комнат дома одного хорошего знакомого, куда мы приехали на вечеринку. Она сидела верхом на коленях парня, они страстно целовались. Но когда я понял, с кем она сосалась, у меня сразу не стало ни девушки, ни друга. Давид был в стельку пьян, но он-то знал, что она моя… С ним я просто перестал общаться, хотя он и просил прощения и пытался оправдаться тем, что он перебрал и ушел у комнату, чтобы прийти в себя. А Вика сама пришла к нему. Но мне было все равно.
А вот Викина история была преподнесена с точностью до наоборот. Она говорила, что Давид ее зажал в коридоре и привел в ту комнату. Меня бесила сама та ситуация, и проще было не разбираться в ее сути. Я просто как страус, сунул голову в песок. И обрубил контакты с обоими. Вика нет-нет, да и пишет мне в месседжер. Давид же просто иногда появляется в салоне. Стрижет его Макс, а со мной Давид просто здоровается кивком. Мы не говорили с ним больше полугода. Вот как бывает, когда слишком остро воспринимаешь предательство. Неважно, кто прав, а кто виноват. В итоге, больно одинаково.
И вот я наблюдаю, как Давид улыбается Кристине во все тридцать два, и меня это цепляет не по-детски. Она провожает его до стойки рецепции и возвращается в кабинет.
— Привет, — говорю спокойно, насколько это возможно, а Крис улыбается. У нее отличное настроение, в отличие от меня. — Как дела?
— Привет. Хорошо. А у тебя? — ну давай, скажи что-нибудь, чтобы я успокоился. Потому что внутри кипит жгучая ревность. Блять, бесит!
— Долго пришлось ждать, чтобы, наконец, тебя увидеть, — пытаюсь улыбнуться.
— Работа, — разводит руками. Ну да, поэтому, наверно они оба вышли из кабинета с такими улыбками…
— Ага, — хмыкаю. Меня сейчас просто разорвет от ревности. Хочется прижать ее к стенке и вытрясти ответы на все интересующие меня вопросы. Но по факту. Я не имею права ей что-то предъявлять.
— Ты на что-то намекаешь? — приподнимает она бровь и испытывающее смотрит мне прямо в глаза.
— Нет, просто, зная Давида, могу предположить, что он к тебе подкатывал… — захожу издалека.
— Мы просто мило беседовали. И вообще, иди, работай, не отвлекай меня! — а вот это грубо. Она раздражена, но и я не меньше. Опускает взгляд на свои рисунки, перебирает дрожащими пальцами. Черт, я совсем не хотел ее обижать. Встаю и обхожу стол, разворачиваю кресло Кристины так, чтобы она сидела ко мне лицом. Она запрокидывает голову назад и смело встречается с моим взглядом. Удивляюсь, как она может быстро может обуздать свои чувства. А я уже тянусь к ее губам, чмокаю быстро, чтобы опомниться не успела. Веду носом по ее щеке.
— Я тебя дико ревную, хоть и не имею на это права… — прикусываю краешек ее ушка, веду губами по шее, но тоже беру себя в руки. Отстраняюсь и выхожу из кабинета с ощущением колючего взгляда Кристины между лопаток.
Вечером отпускаю клиента и иду в кабинет к Крис, но там никого.
— Ариш, а Кристина что, ушла?
— Да, она сегодня освободилась пораньше… — с сомнением смотрит на меня администратор и улыбается. Киваю и иду переодеваться. Затем прогреваю машину и пока жду, звоню Кристине, но трубку она не берет. Еду к ней, минут пятнадцать топчусь под дверью, стучу, но никто не открывает. В душе поселяется беспокойство, но я гашу его на корню поднимающейся из глубин ревностью. Может, она поехала к своему «малышу»? И сейчас проводит с ним время, а звук на телефоне просто вырубила, чтобы не отвлекаться? Фак! Что ж так больно-то от одних мыслей?! Возвращаюсь к машине, еще немного сижу у ее подъезда, но все же запускаю двигатель и еду домой. Завтра выходной, и у меня будет целый день вне салона, чтобы подумать обо всем еще раз.