Кровавый евромайдан — преступление века

Сербия: ломанулись изо всех сил, вложились так, как нигде в Европе, сербы — братья, любят нас до безумия. И пока там вроде бы все не так плохо. Премьер Александр Вучич пока еще держится, лавирует, но майданы там уже были, могут быть в любой момент новые, и держится Вучич только потому, что сербы народ гордый, боевитый и янки их реально бомбили, и было это совсем недавно. О чем сербы еще не забыли.
Чехия: президент Милош Земан почти каждый день делает красивые, умные «прорусские» заявления, кто-то потирает руки и потеет от умиления. Может быть, этот кто-то просто не знает, что президент в Чехии ничего не решает, он просто декоративная фигура.
Словакия: похожая ситуация — прорусской риторикой пользуется в своих внутренних политических интересах премьер Роберт Фицо, потому что словаки исторически русофилы и Роберта Фицо за это очень хвалят. Фицо лавирует между Москвой, Брюсселем и Вашингтоном, но слушается в основном тетушку Ангелу Меркель — она вообще патронирует территорию бывшей Австро-Венгрии, и никто с этим не спорит.
Венгрия: свой майдан Виктор Орбан пока приглушил, договорился с Россией о новых блоках атомной электростанции, но все может быть отыграно назад. Орбан строптив, его клеймят как диктатора, он давно на мушке и знает об этом.
Македония: майдан тоже на время утих, но этот роковой щелчок пальцев американских кукловодов тоже может прозвучать в любой момент, натравят Албанию и косовских албанцев, и завтра станет все по-другому. Особенно, если «Турецкий поток» будет построен.
И вот сейчас Армения. Она живет как страна, только как когда-то цвела Грузия, «за гранью дружеских штыков», уточняю — русских штыков.
Если этой «грани» не будет, Армению съедят.
Казалось бы, какой сильный аргумент!
Сильный, на него только и надеемся, а он почему-то не действует. Почему?
Потому что на армянский майдан янки, если им верить, уже потратили $25 млн и, может быть, сейчас тратят по два-три миллиона в день. А мы ответили на эти происки праздником русской поэзии в доме культуры.
Как можно менять ситуацию, как успеть построить свои фрегаты мягкой силы, без которых, между прочим, граф Алексей Орлов не сумел бы нейтрализовать самозванку Тараканову и так спасти Россию от реальной угрозы смуты и бунтов?
Выскажу некоторые идеи на уровне ощущений и интуиции.
Идея главная — против нас применяется боевая военная технология, против нас воюют не какие-то партизаны, энтузиасты или волонтеры, воюют профессионалы, военная организация, закамуфлированная под разные «корпусы мира» и «открытые общества», воюет американская армия мягкой или умной силы, это именно армия, а не что-то другое. Противостоять ей может только наша военная организация, именно военная и никакая другая, именно армия умной, мягкой, доброй русской силы.
Почему доброй? Потому что вера в добро это основа нашей цивилизации, мы всегда воюем за добро, воюем за справедливость, в которую верим. И поэтому побеждаем. Но армии мягкой силы у нас еще нет — а у них есть, армию мягкой силы нужно создавать, вчера было поздно. Как создавать? Проведу такую аналогию. С приходом Владимира Путина началось возрождение российской армии и ее перевооружение. И процесс идет по нарастающей.
Но сначала случилось то, без чего это возрождение было бы невозможно — в оборонке и армии заменили ельцинских людей, пришли люди новые, в оборонке стали меньше воровать и больше строить. А главное, оборонка стала перестраиваться на военный режим, за результаты стали спрашивать по-военному. И все начало получаться. И броня снова крепка, и танки снова быстры, хотя так ли это, увы, проверяется только в реальной войне, которая, впрочем, уже началась на Украине и будет продолжаться.
Это же должно произойти с русской мягкой умной силой. Ее создание должно быть приравнено к производству ракет, должно стать частью стратегического военного планирования.
Потому что если мы проиграем сетевую мягкую войну, все наши ракеты окажутся не просто не нужными, они попадут в руки врагов и будут использованы против нас же.
 
То есть нас же ими и добьют. В мягкой силе мягкое только название.
В результате ее применения погибли только за последние годы миллионы людей, погибнет еще больше, потому что это война, а на войне убивают.
И с точки зрения результата все равно, сбросили на кого-то атомную бомбу или устроили майдан, стравили людей и они поубивали друг друга палками. С началом Великой Отечественной войны был сразу же создан единый центр — Государственный Комитет Обороны, в каждой части воюющего общества советского государства были сразу созданы эффективные ячейки, инструменты мобилизации, взаимодействия, контроля. Во главе стоял Иосиф Сталин. ГКО обладал абсолютной властью.
ГКО — это уже готовая модель, как это делать, «чрезвычайный орган управления, обладавший всей полнотой военной, политической и хозяйственной власти» должен быть создан и заточен на то, чтобы догнать и обогнать врагов в сфере мягкой силы, с полным пониманием того, что это в обозримом будущем главная сила, это поле боя и что Россия не просто когда-то станет сама таким полем боя, а давно уже им является.
Тогда будет кому отвечать, будет с кого спросить, тогда мы перестанем обманывать самих себя, выдавая местные тактические успехи некоторых действий за победу, тогда мы сможем побеждать по-настоящему. Возможно, этот процесс уже начался. Вот обнадеживающая цитата: «К предотвращению „цветных революций“ решено привлечь даже Российскую армию». Перечислю то, что мне кажется более-менее необходимым, без чего построение нашей армии мягкой силы невозможно.
Борьба с предательством должна быть на первом месте, это абсолютный приоритет — враг сделает все, чтобы поставить нашу «цветную контрреволюцию» под свой контроль. Это зона ответственности спецслужб.
Создание чрезвычайного органа по типу ГКО, который будет не координировать, а именно командовать, потому что это война. Возникшее в России движение «Антимайдан» — это хорошее, правильное начало снизу, своевременная инициатива общественности, его нужно развивать и делать массовым. Но против нас идет война с помощью оружия мягкой силы, на войне командование происходит сверху вниз, и решающим будут действия полководцев, стратегов.
Этот чрезвычайный орган можно даже не называть, можно засекретить, чтобы врагам было труднее, но нужно поставить под единое начало всех, от добросовестных энтузиастов до институтов, фондов, агентств, которые уже, слава богу, созданы и вовлечены в эту деятельность.
Пусть у нас появится хороший чрезвычайный орган глобального действия, потому что майданные технологии глобальны.
Мягкую силу нужно приравнять к созданию атомной бомбы. В этом сегодня уже нет никакого преувеличения. Мягкой силой и неизбежно последовавшими за ее применением войнами, геноцидом, бойнями уничтожено уже несравнимо больше людей, чем пока единственным применением атомного оружия в Японии.
Бойцы мягкой силы должны стать реальной гвардией, которая может быть брошена в огонь и в этом огне не сгореть, а победить.
Выстроить систему СМИ в боевой военный порядок. С началом украинской авантюры этот процесс заметно ускорился. Последовательно, системно выжигать осиные гнезда либерастов в СМИ и не церемониться с их переживаниями.
Терпеливо объяснять русским людям простое и понятное, то, что давно звучит, но стало доходить только с украинской трагедией. А до многих еще не дошло. Сейчас поджигают, может быть, уже подожгли Армению, потом загорится целый Кавказ, потом подожгут Среднюю Азию, все с помощью вражеской мягкой силы.
Не надо успокаивать себя, мол, оставим эти бывшие окраины СССР в покое, пусть сами выбирают, сами определяются. Выберут за них, и выбор этот будет, как на Украине. Выбирать сейчас надо нам, и делать это быстро. Потому что иначе нас сначала измотают в цветных переворотах и гибридных войнах, потом разорят, потом уничтожат.