Любовь джентльмена

Элизабет ожидала в коридоре перед приемной лорда Николаса Элдриджа, гордясь тем, что сумела выскользнуть из дома в тот момент, когда Уильям был занят. Явившись без доклада, Элизабет предполагала, что ей придется ждать, но, к чести Элдриджа, ожидание оказалось недолгим.
– Леди Хоторн! – Элдридж жестом пригласил ее сесть. – Чем обязан удовольствию видеть вас?
Элизабет не забыла, насколько Элдридж строг и серьезен; тем не менее он нес бремя власти с виртуозной непринужденностью.
– Лорд Элдридж, прошу прощения за беспокойство, но дело слишком неотложное. Я пришла предложить вам сделку.
Серые глаза так и впились в нее.
– Сделку?
– Я предпочла бы работать с другим агентом.
Элдридж поморщился:
– И что взамен?
– Дневник Хоторна.
– Хм, интересно… – Хозяин кабинета откинулся на спинку кресла. – Неужели лорд Уэстфилд совершил что-то, что побудило вас искать замену? Возможно, он вел себя с вами в манере, не соответствующей его обязанностям? К таким обвинениям я отношусь крайне серьезно.
Элизабет смущенно потупилась – ей не хотелось, чтобы Маркус получил выговор, он просто должен был покинуть ее жизнь.
– Это личное дело, не так ли, леди Хоторн?
Элизабет кивнула.
– И все же у меня были веские основания поручить вас лорду Уэстфилду.
– В этом я уверена. Однако я не могу продолжать работать с ним, несмотря на ваши основания. Мой брат становится все подозрительнее, и…
Разумеется, это была не единственная, но достаточно веская причина.
– Понимаю. – Элдридж долго молчал, внимательно разглядывая посетительницу, что тем не менее не поколебало решимости Элизабет. – Ваш супруг был активным членом моей группы, и потеря его и вашего брата для нас невосполнима. К счастью, лорд Уэстфилд проделал большую работу, взяв на себя значительную долю ответственности, несмотря на свой титул. Он самый лучший из тех, кто мог бы выполнить это поручение.
– Я не сомневаюсь в его способностях.
– И все же вы настроены решительно, не так ли?
Элизабет, не колеблясь, кивнула:
– Хорошо, я обдумаю ваше предложение.
Понимая, что лорд Элдридж уступил ровно настолько, насколько это было возможно, Элизабет поднялась, и их общий с Уэстфилдом шеф тоже встал, чтобы проводить ее до двери.
Прежде чем повернуть ручку, он на мгновение задержался.
– Леди Хоторн, это не мое дело, но не могу не отметить, что лорд Уэстфилд – хороший человек. Я в курсе вашей истории и уверен, все это не слишком приятно, однако он искренне заботится о вашей безопасности. Что бы ни произошло, пожалуйста, помните об этом.
Элизабет молча взглянула на лорда Элдриджа, потом кивнула. Определенно, он о чем-то умалчивал. Не то чтобы она удивилась: по опыту Элизабет знала, что агенты всегда неразговорчивы, и все же она испытала большое облегчение, когда лорд Элдридж открыл дверь и позволил ей уйти. В глубине души она с нетерпением ожидала того дня, когда он и его агентство исчезнут из ее жизни.
Маркус вошел в кабинет Элдриджа около десяти часов вечера: его вызвали в тот момент, когда он собирался отправиться на музыкальный вечер к Дансморам. Нетерпеливо ожидая встречи с Элизабет, он обдумывал кое-что по поводу расследования, так что неожиданная аудиенция оказалась как нельзя кстати.
Поправив фрак, Маркус опустился в ближайшее кресло.
– Сегодня вечером ко мне приходила леди Хоторн.
– Вот как?
Элдридж продолжал работать, не глядя на гостя; стол перед ним освещали канделябр и пламя камина.
– Она предложила дневник виконта Хоторна в обмен на освобождение тебя от твоих обязанностей. – Элдридж вздохнул и отложил перо. – В ее голосе я уловил непреклонность, она даже угрожала прекратить сотрудничество, если я ей откажу.
– Уверен, ее аргументы были в высшей степени убедительны. И что вы намерены делать?
– Я обещал все обдумать. Вопрос в том, что ты собираешься делать?
– Объясниться с ней. Я как раз собирался к леди Хоторн, когда получил записку от тебя.
– Что ж, пожалуй. Но помни, если я узнаю, что ты используешь свое положение в агентстве в личных целях, мой ответ будет весьма решительным. – Выражение лица Элдриджа не предвещало ничего хорошего.
 
Маркус кивнул:
– Я непременно все это учту.
– Надеюсь. Как продвигается работа над дневником?
– Пока не очень.
Элдридж хмыкнул:
– Тогда рассей ее волнения. Если Элизабет придет ко мне еще раз, мне не останется иного выбора, кроме как удовлетворить ее просьбу. Это будет прискорбно, поскольку я предпочел бы, чтобы ты продолжил работу.
Выждав некоторое время, Маркус спросил:
– Эйвери доложил вам о сегодняшних событиях?
– Конечно, но, вижу, тебе есть что добавить.
– Я все время думал о создавшемся положении. Здесь что-то не так. Нападавший слишком хорошо знал о наших приготовлениях, будто получил сведения о них заранее. Разумеется, он должен был ожидать, что виконтесса свяжется с агентством, учитывая положение ее супруга и важность дневника, но то, как он спрятался, как спланировал бегство… Мы вели себя вполне компетентно, и все же он ускользнул от четырех человек безо всяких усилий, следовательно, этот человек знал, где находится засада. А еще – дневник Хоторна. Как он узнал о нем?
– Ты подозреваешь предательство?
– А что еще можно предположить в таких обстоятельствах?
– Уэстфилд, я всецело доверяю моим людям – без их преданности агентство не смогло бы существовать.
– Я всего лишь прошу учесть такую возможность.
Элдридж нахмурился:
– Эйвери? Охранники? Кому ты можешь доверять?
– Эйвери явно испытывает нежные чувства к леди Хоторн. Следовательно, вы, Эйвери и я – те, кому можно доверять в данный момент.
– Что ж, это отрицает просьбу леди Хоторн, не так ли?
Элдридж потер переносицу и устало вздохнул.
– Позвольте подумать о тех, кому могли рассказать о дневнике Хоторна. Завтра мы продолжим обсуждать эту тему.
Молча кивнув, Маркус поднялся и, покинув кабинет, направился к выходу. Мгновение он злился на Элизабет, потом это чувство прошло. Она никогда не обратилась бы к Элдриджу без крайней необходимости. Сегодня вечером она была потрясена настолько, что позабыла о чести, и ее броня дала трещину. Маркус надеялся, что вскоре броня будет снята окончательно и он снова увидит ранимую женщину, скрывавшуюся внутри.
* * *
– Такой красивой я тебя давно не видела, – проговорила Маргарет с улыбкой, от которой на ее щеках появлялись милые ямочки. – Сегодня вечером ты просто сияешь.
Элизабет зарумянилась.
– Это ты сияешь. По сравнению с тобой меркнет любая женщина. Беременность идет тебе на пользу.
Маргарет положила руку на слегка выдающийся живот.
– Вижу, сегодняшняя прогулка верхом повлияла на тебя самым чудесным образом. Уильям волнуется по поводу тех охранников опасного вида, которых ты наняла, но я объяснила, что тебе, должно быть, очень трудно возвращаться одной после смерти супруга.
Элизабет кивнула:
– Да, это было непросто.
В этот момент позади нее появился Маркус, и Маргарет наклонилась ближе к Элизабет:
– Тебе повезло, что сегодня здесь нет Уильяма. Лорд Уэстфилд смотрит на тебя так, будто готов сжечь. Как бы у них не дошло до драки. Уэстфилд недавно сказал, что ради тебя стоит рискнуть жизнью на дуэли, и все женщины Лондона позеленели от зависти.
Ощущая горячий взгляд изумрудных глаз с другого конца переполненного зала, Элизабет вздрогнула.
– Кажется, он идет.
Маргарет кивнула.
– Теперь сплетники сойдут с ума, потому что это лишь подольет масла в огонь.
– Леди Баркли, – пророкотал бархатистый голос, и граф низко склонился над рукой Маргарет.
– Лорд Уэстфилд, рада вас видеть!
Затем Маркус повернулся и взглянул так, что у Элизабет перехватило дыхание: казалось, он был готов залезть ей под юбки в любую минуту.