Записки из бронзового века (СИ)

Никак я от этой дурной привычки избавиться не мог. И ведь было уже пару раз, что перевод натурально «Гоблинский» получался, то бишь, смысл совершенно иной выходил, ан нет же, продолжал адаптировать абырвалгскую речь и всё тут.
– И настоящее имя своё назови уже! Пора его всем узнать! Я у духов спрашивал, они разрешили, – добил меня шаман.
Я аж поперхнулся от неожиданности. Ну, звали меня местные за глаза «Пришлым» да и шут бы с ним. Так нет же, нормальное погоняло им подавай!
Пацанское!
Если проводить параллели, то тут всё было один в один, как в моём беззаботном детстве и весёлой юности. Имя, то есть, как тебя в официальных учреждениях величать полагается, – в документах записано. А для друзей-товарищей погоняло есть.
Причём, ими же и данное.
И всем плевать, что погоняло тебе совершенно не нравится. Ничего с этим уже не поделаешь. Как ты себя показал, или ляпнул чего, то и приклеилось.
Вот и тут такая же петрушка.
Правда, шаман мне полный карт-бланш дал. Но это, он так думал. А по факту очередной геморрой подкинул.
В землянку я вошёл загруженный по самые уши. Жёнушка как меня увидела, так раненой волчицей взвыла. Поняла, что её опять облом ждёт.
Битый час, а может и больше, я медитировал на костёр. Перебирая в голове разные варианты. Хотелось, чтобы и не обидно было, и оригинально, и при этом звучало круто.
Не каким-то там «Дятлом» или «Оленем», хотя, у местных эти имена крутыми считались, а как минимум…
Вот и я о том же, кем?
В реальность меня вернула Уна.
– Умываться будем? Я воду грею, – прошептала она с таким видом, как будто я её казнить собираюсь.
– Конечно, будем, – подмигнул я жене. – Но ты уже большая девочка, пора бы и самой.
– Я попробую, а потом «Это»? – с надеждой спросила она.
– Посмотрим, – отмахнулся я.
К этому самому, да ещё и после гигиенических процедур, я уже не так скептически относился. Лицом то жёнушка мало-мало побелее стала, а к аромату – принюхался.
Но не на людях же!
А на улице холодрыга и метель. Отморозить можно, сами знаете, что. Да и начальственные задания никак из головы не шли. Одним словом, ничего и никак – ну не срастается и всё тут!
Вздохнул, сплюнул и решил действовать по уже накатанной схеме – отвлечься и подождать, пока всё само собой устаканится.
С совершено пустой головой и в полном умиротворении ждал, пока вода в кувшине нагреется. И только я удовлетворённо крякнул, потрогав пальцем воду в кувшине, как Уна сама загнулась в позу буквы “Г”. По её мнению, помывка именно в такой позе и должна происходить.
– Я сама пока что не могу. Боюсь. Давай ты. У тебя руки волшебные и после них злой дух точно меня не заберёт, – оправдывалась она.
Ну а мне то что, чем ни чем, а лишь бы голову разгрузить. Поплескал ей на лицо водичкой, потёр слегка. Уна скулила, но воплей уже не было. А как с лицом закончили, перешли к новшествам – жестами объяснял, где и как ей самой ежедневно мыться нужно.
Соседи понаблюдали за нами и, матерясь на все лады, разбрелись по своим углам, бубня себе под нос, что Пришлый то того, старый стал – совсем немощный.
– Придётся помогать, а то не видать им пополнения в роду, как собственных ушей, – сплюнул земляночный старшой.
Ответом ему был дружный смех.
Да только мне, если честно, плевать было.
Вышел на свежий воздух, обтёрся свежим снегом, разогнал кровь по жилам, успокоил естество и пошёл дальше думать.
Некогда мне было на это самое время тратить!
Они-то ещё не знают, что на нас несметные полчища прокачанных убер-бойцов надвигаются. А выход искать мне поручили. Так что, не в бирюльки играю, а решаю самые настоящие задачи государственной важности!
И о каком супружеском долге тут может речь идти?
– Выспаться бы. С утра на пробежку ещё нужно, – строил я планы, прижимаясь пятой чакрой к пышной заднице супруги.
И опять не сложилось.
Ни свет, ни заря в землянку влетела Олка и вырвала меня из объятий Морфея.
– Вождь тебя срочно вызывает! – обрадовала она меня.
Пришлось топать.
Что в Датском королевстве всё отнюдь не спокойно, я понял сразу, как только прибыл к начальству. В землянке сидели всё те же, что и на вчерашнем совете были. Как говориться, знакомые все лица.
 
– Накаркал? – взвыл шаман, как только за мной захлопнулась шкура.
И пока я в непонятках хлопал глазами, на сцену вышел главнюк.
– Пастух ночью пришёл. Говорит, не успели до низовья реки дойти, как на них враги напали. Погонщиков перебили, скот угнали, – вводил меня в курс дела вождь, буравя взглядом.
– А он как спасся? – проигнорировал намеки начальствующего состава на мою причастность к ЧП.
– Духи спасли, – раздался из темноты дрожащий голос. – Я сначала думал, съел что-то не то. Живот так скрутило, ни шагнуть ни разогнуться. Ну и присел я на верхушке холмика. Вроде отпустит, встану, так опять припирает. Так и просидел часа два.
Говорившего я не видел. Темно было. Да и, судя по всему, он на шкурах за спинами вождя и шамана лежал.
– А стадо всё дальше и дальше уходило. Смотрю, из травы люди выскочили. Я сообразить, откуда они взялись, не успел, как всех наших убили. А скот угнали, – завершил рассказ погонщик и зашёлся тяжёлым кашлем.
– Много дней и ночей я шёл обратно, чтобы рассказать вам, что нет у нас больше животных! – выкрикнул пастух.
И снова наступила тишина.
Была бы в землянке шальная муха, мы бы услышали, как она по бревну ползает. Вот какая тишина царила. Казалось, даже костерок тише потрескивать стал.
– Ты выполнил свой долг! Не переживай. Духи это учтут, – нарушил молчание шаман.
– На духов надейся, а сам не плошай, – переиначил я на местный лад любимую пословицу моей бабки.
Как меня после такого заявления не линчевали, я не понял. Спас меня шаман. Этот дядька вопить начал, что это не я говорил, а в меня небесный покровитель племени ненадолго вселился.
– А как разобрался, что у нас тут творится, выдал его устами важную мудрость, – добил аборигенов толмач воли духов. – Услышать эту мудрость могли все, а вот увидеть – только шаман. Я, то есть.
И не поспоришь же ведь.
Отмаза прокатила, народ загудел и потребовал от меня очередную порцию политпросвета. В смысле, потребовали довести до них сверхсекретный и надёжный план победы над всеми.
– Теперь нам бежать некуда. Кругом враги, – обозначил всю важность момента вождь.
Готового ответа у меня не было. Отмазался, что связь плохая и нужно в свою землянку идти – там коннект лучше.
Весь день я усиленно вспоминал все книжки, в которых так или иначе описывались боевые действия, фильмы про войну, истории, компьютерные игры и даже песни. И при более или менее тщательном анализе везде напрашивался один и тот же вывод – дело это гиблое и камней подводных на каждом шагу по двадцать штук.
Ибо теория утверждает одно, а на практике – всё совсем не так.
– Будем ломать стереотипы и действовать проверенными методами. Ну, теми, что мне известны, – начал вслух рассуждать я, чувствуя, что, наконец то ухватил нужную мысль за хвост.
– Итак, самое важное – информация. Военачальник должен точно знать, где дислоцируется враг, численность войска, что у них на обед, ужин и полдник, сколько баб в штате, какие копья юзают и прочие военные тайны раздобыть не помешало бы. А значит, нам нужны подготовленные разведчики, – бубнил я, расхаживая по землянке.
Вторым пунктом значилось вооружение.
Из книжек я знал, что именно война – самый эффективный двигатель прогресса. И побеждает не тот, кого больше, а тот, у кого оружие совершеннее и войско профессиональнее.
Так было, так есть и так будет.
А значит, оружие у нас должно быть в разы лучше и современнее и скорострельнее чем у врага. Какое бы войско на нас не надвигалось, а массой мы недругов не задавим.
Если их не пара десятков, конечно.
Но и сбежавший разведчик, и выживший погонщик утверждали, что врагов много. Сколько это в граммах – вопрос вопросов. А значит, готовимся к худшему.