Между. Эпизод 3 (СИ)

— Что же ты молчишь, Мия? Или ты была смелая, только когда я лежала в наручниках?
— Меня тошнит от тебя, — цежу сквозь зубы, на что Шарлотт нервно усмехается.
— Боюсь, это не из-за меня. Причина — тут, — она отпускает мою голову и с силой толкает меня в живот кулаком От резкой нехватки воздуха из глаз брызгают слезы. Я словно рыба, оставшаяся без воды, пытаюсь сделать живительный вдох, широко открывая рот. Перед глазами мутнеет от горя. Мои комочки… мои маленькие комочки, простите…
— Ты плачешь? — Шарлотт картинно ужасается, — тебе больно? Или ты расстроена? А может ты боишься?
Я молчу, не желая отвечать. Это выводит ее из себя еще больше. Вайз толкает меня назад, и я падаю на спину, больно ударяясь о жесткий тюфяк. Секунда — и Шарлотт наскакивает сверху, крутя нож прямо перед моим лицом.
— Отвечай! Говори, когда тебе задают вопросы!
Я мотаю головой, но Шарлотт не сдается, и обхватывает мою шею руками. Холодные пальцы опасно смыкаются, вот-вот грозя задушить.
— Скажи, — шипит она, — а твоя беременность — это такой ход? Ты уже надоела Дэймону и предприняла отчаянную попытку удержать его? Но ты ошиблась в своих расчетах. Это Йен хотел семью, хотел много детей, а Дэймону была ненавистна одна мысль об обязательствах. Он любил тусить в элитных клубах и трахать шлюх. Как, нравится понимать, что ты одна из них?
Сжимаю зубы до яростного скрипа и выпаливаю ей в лицо.
— Он ведь и тебя трахал тоже… выходит, ты такая же шлюха?
Вайз медлит, задумываясь над моими словами. Боюсь, что за свою дерзость мне придется заплатить. И расплата не застаёт себя долго ждать. Звонкая пощечина разрезает тишину. Я вскрикиваю от жгучей боли. Шарлотт довольно хохочет, упиваясь своей властью.
— Я знаю, что ты задумала. Хочешь разозлить меня, чтобы я поскорее прикончила тебя? Нет… не выйдет. Не сейчас. Перед этим, я хочу услышать твои мольбы о прощении. Причина всех бед — ты. Тебе и отвечать.
На миг мне кажется, что в ее безумных глазах проскальзывает светлый блик здравого рассудка. Он словно пленник, запертый в ее задурманенном сознании. Может Дэймон тоже разглядел это, поэтому не оставлял надежду помочь ей?
— Говори! — рычит Шарлотт, встряхивая меня, как тряпичную куклу. Поджимаю губы, глотая горечь от слез.
— Что ты хочешь от меня услышать? То, что мне жаль? Да, наверное…
Шарлотта удовлетворенно улыбается, но я спешу стереть ее самодовольную улыбку с лица.
— Мне действительно жаль! Жаль, что ты не отправилась вслед за этим чекнутым ублюдком Йеном. Сейчас у тебя была бы прекрасная возможность быть рядом с ним, как ты и хотела!
— Ах ты! — мгновенно выйдя из себя, Шарлотт перехватывает рукоять ножа и замахивается на меня. Зажмуриваюсь и мысленно прощаюсь с жизнью, когда в это мгновение до слуха доносится отдаленный вой полицейских сирен.
Шарлотт замирает и панически оглядывается, все еще держа занесенный нож надо мной.
— Сукин сын! — в комнату с грохотом врывается Маркус. Его лицо перекошено яростью.
— Отойди! — Он бросается к нам и одним рывком отбрасывает Шарлотт в сторону. Грубо хватая меня за волосы, заставляет встать на ноги, — пойдешь со мной! У тебя свидание с мужем!
Связаные за спиной руки мешают мне двигаться. Я то и дело спотыкаюсь, пока он тащит меня через длинный коридор к лестнице. На ступеньках цепляюсь за вырванную половицу и если бы Маркус не удержал меня, то я бы скаталась вниз, сшибая лестничные пролеты.
Шарлотт вопит что-то несвязное и едва поспевает за нами, в отчаянье сыпя проклятьями. Спустившись вниз, Маркус швыряет меня на пол и с размаху ударяет ногой в живот. Я кричу, сжимаясь от вспышки боли, растекающейся снизу вверх. Слышу, как трескаются мои собственные ребра.
Сирена становится громче, она заполняет все вокруг. Вот на стенах уже танцуют красно-синие всполохи полицейских мигалок.
— Вставай, сука! — орет Маркус, поднимая меня с пола, и прижимает к себе спиной. Он прикрывается мной, как живым щитом, направляя пистолет в сторону входной двери. Его мерзкое дыхание опаляет кожу.
 
— Дёрнешься — пристрелю!
Секунда, кажущаяся мне вечностью, перетекает в еще одну, и еще. Господи, помоги! Мне кажется, что еще немного и все закончится. Этот комар окажется дурным сном.
Входная дверь вылетает с петель, взметнув вверх облако пыли и грязи. Из-за сизых клубов я ничего не могу разглядеть. Меня начинает душить приступ кашля, или это давящий захват не шее? Маркус пятится назад, таща меня за собой.
Вокруг воцаряется хаос. Все происходит так стремительно, что я не успеваю ничего сообразить. В дом врываются люди, их тени смешиваются с криками, превращаясь в какое-то дьявольское театральное представление. Трое стремительно движутся в нашу сторону. Пытаюсь увидеть лица и судорожно вздыхаю, узнав среди них Дэймона. Рядом с ним патрульный, а с другой стороны — Картер. Меня захлестывают странные чувства. Может, это просто мои личные галлюцинации?
— Опусти пистолет, Лэнгли! — предупреждает патрульный, целясь в Маркуса револьвером, однако тот лишь яростнее сжимает меня. Я нахожу глазами Дэймона. Его лицо искажает слепая иступленная ярость и ужас. Он смотрит на меня, и в его взгляде я читаю мольбу. Он просит потерпеть, умоляет не сдаваться. И я по крупицам собираю остатки своего сознания. Надежда придает мне силы, заставляет бороться. Мой муж здесь, несмотря на все, что я сделала, он пришёл за мной.
— Я прикончу ее, если хоть кто-то двинется с места, — выкрикивает Маркус.
— Тебе нужен я, ведь так? — Дэймон повышает голос, перекрикивая сирену с улицы, — так отпусти ее!
— Ха! Не смеши меня. Ты должен был приехать один, чертов сукин сын! А теперь, компромиссов не будет. Попрощайся с женой, мистер Рэй!
В этот момент прячущаяся в темном углу Шарлотт, выскакивает из своего укрытия и бросается на Дэймона. В воздухе гремят выстрелы. Один, второй, третий. Я ничего не понимаю. Просто в какой-то момент меня кто-то хватает за руку и дергает вперед. Я чувствую, что падаю, но сильные руки прижимают меня к себе, защищая от царящего вокруг безумия.
— Милая… — тихо шепчет Дэймон, увлекая меня за собой. Я всхлипываю, вдыхая терпкий родной запах. Мой муж… я спасена. Поднимаю полные слез глаза, пытаясь сфокусировать на его лице невидящий взгляд.
Резкий возглас раздаётся откуда-то издалека.
— Осторожно!
Одинокий выстрел пронзает тишину. Дэймон содрогается всем телом и я вижу его стекленеющий взгляд. До боли любимые глаза широко распахиваются, губы приоткрываются, а из горла мужа вырывается сиплый хрип. Руки Дэймона слабеют на моей талии и он медленно оседает вниз.
Все словно в тумане. Я погружаюсь во мрак. Кто-то стреляет в ответ. Боковым зрением замечаю падающее тело Маркуса. Где-то там уже лежит Шарлотт. Но все это — неважно. Дэймон лежит неподвижно, его голова у меня на коленях. Это все неправда…
Трясущимися руками пытаюсь прикрыть кровавое пятно на светлой рубашке.
— Господи, нет-нет! — задыхаюсь от бессилия, из груди вырывается страшный крик, такой, что легкие выгорают изнутри. Судорожно прижимаю к груди тело мужа. Понимаю, что он не дышит…
— Нет, не смей! Не смей оставлять меня! — всепоглощающее горе захлестывает, мир перестает существовать, погребая меня живьем под тяжестью реальности.
— Нет! — все теряет всякий смысл. Мне не нужна жизнь, в которой нет его. Моя любовь, моя вселенная, мой мир…
— Мия! — меня пытаются поднять чьи-то руки, не знаю, Картер это или кто-то другой, мне плевать. Я отталкиваю от себя всех, вырываюсь, и снова прижимаясь к окровавленной груди мужа.
— Нет! Не трогайте меня! Я останусь с ним. Навсегда! До последнего вздоха.
Глава 33
Дом погружен в тишину. За его стенами вздыхает океан, дыхание которого сегодня шумное и беспокойное. Именно оно — причина, по которой я проснулась. У нас с ним очередное ночное свидание. Я выхожу на террасу, двигаясь в темноте точно и уверенно. Я делаю это каждую ночь, наслаждаюсь принесенной ею свежестью и чувством покоя. Серебристая лунная дорожка дрожит на волнах, будто насмехаясь над их тщетными попытками стереть ее с водной глади.