Узоры на твоей коже (СИ)

Гермиона осторожно сняла дракона с плеча, переместив его на стол перед собой. К этому времени вернулся и её собственный, усаживаясь рядом. Когда она в очередной раз попыталась протянуть руку, чтобы погладить дракона Малфоя, тот взмыл вверх и перелетел проём между рядами, оказавшись на ладони у владельца. Драко ухмыльнулся и задержал взгляд на Грейнджер, которая была приятно впечатлена его умению управлять видоизменяемыми существами.
— Завершайте, скоро будет звонок, — возвестила их профессор, наблюдая за всем, что они делали.
Они все поспешили завершить трансформацию и превратили дракончиков обратно в безмолвные мячи на столах. У Невилла это получилось не сразу, из мячика ещё торчала лапка, но Джинни помогла ему с этим.
Все расходились, сдавая мячи в корзинку. Гермиона тоже подошла и оставила свой, после чего, уже разворачиваясь, услышала голос Макгонагалл.
— Попрошу вас задержаться, мисс Грейнджер.
— Идите, я нагоню, — сказала она друзьям и осталась в кабинете, что не скрылось от Малфоя, который положил последний мяч в корзину и прошёл рядом с ней, обдав её своей развевающейся мантией. Она лишь проводила его взглядом, вспоминая белого грациозного дракончика, которого он посадил ей сегодня на плечо, словно это было его собственное прикосновение. Такое же аккуратное и невесомое.
— Пройдёмте в мой кабинет, — позвала профессор, и они вошли в её отдельную комнату. — Присаживайся, Гермиона.
В кабинете, наедине, она могла называть её по имени и обращаться на ты. Гермионе и самой так было привычнее.
— Что-то случилось? — уточнила Грейнджер, в панике соображая о том, что могла не успеть сделать вместе с Забини.
— Не волнуйся, ты справляешься со своими обязанностями достаточно хорошо, — она села и палочкой очистила свой стол от ненужных пергаментов. — Дело в том, что в Министерстве приняли указ о введении открытых лекций по всем школам волшебства. Это означает, что к нам приедет преподаватель со своим уроком из другой школы. Они считают, что это неплохо наладит общественные связи и поможет каждой школе сделать презентацию себя с этой помощью. И возможно это поспособствует заинтересованности у учеников выпускных курсов в дальнейшей своей профессиональной деятельности. Вдруг ты или кто-то из твоих сокурсников захочет преподавать в том же Дурмстранге или Шармбатоне, кто знает. Сейчас все очень заинтересованы в сплочении школ по всему миру.
— Гарри как-то говорил о таком за завтраком. И кто к нам приезжает, вы уже знаете?
— Да, для нашей школы назначили одного профессора с очень большим стажем преподавания. Это Грэшер Брюс, потомственный волшебник уже в четвёртом поколении. Также, как я выяснила, он является Главой отдела международного магического сотрудничества. В последнее время он лишь иногда посещает школы с лекциями по своему предмету. Но ему, как почётному преподавателю, выслали приглашение в нашу школу и он согласился. Это большая честь, — Минерва вертела в руках свои очки, складывая и вновь раскладывая их душки. — Есть ещё кое-что. В его послужном списке оказалась очень важная информация, — она выдержала паузу, — он преподавал в Колдовстворце свои первые годы после выпуска. И они совпадают с обучением там Софии.
— Вы хотите сказать, — Гермиона от неожиданности приоткрыла рот и, кажется, начала немного нервничать, — вы хотите сказать, мы сможем узнать у него что-то?
— Вполне возможно, что да, но пока не знаю, как лучше это сделать.
— Только не говорите ему про письмо и что это всё связано со мной. Это лишняя информация для него. Просто, — она снова теребила свою мантию в руках, — просто скажите ему, что ищете подругу детства, а я вам просто помогаю.
— Хорошо, Гермиона. Мы что-нибудь придумаем.
— Когда он приезжает? — спросила она, вставая со стула.
— На следующей неделе. В пятницу будет точно известно в какой день, ты узнаешь это первая. Я поставлю тебя в известность.
— Спасибо, профессор.
Гермиона покинула кабинет директора и вышла в шумный коридор замка. Ей необходимо было найти Джинни.
 
***В гостиной Гриффиндора было на удивление тихо, Джинни сидела на диване со свежим номером журнала по бытовой магии, полностью увлеченная в чтение статьи. Но заметив подругу сразу отшвырнула его на диван. Гермиона поделилась с ней недавним разговором в кабинете директора.
— Возможно, он знал её лично, ведь так? — уточнила рыженькая.
— А может и не знал, и тогда всё это будет зря.
— Ну, раньше времени точно не стоит строить предположения, — она улыбнулась Гермионе и снова взяла журнал в руки, но не успев открыть его легонько улыбнулась. — Малфой конечно изобретательный.
Гермиона забыла как дышать и снова вспомнила белого дракончика на плече.
— Я не знаю как мне рассматривать эти знаки внимания, как мне реагировать. Это всё так запутанно.
— Гермиона, ты слишком сторонишься его и сама всё запутываешь. Понимаю, с ним явно нелегко завязать отношения, но если ты чувствуешь, что он тебе нравится, то начни раскрываться перед ним.
Гермиона хмыкнула, сложив руки на груди.
— Может, он ждёт твоей реакции, вдруг он тоже запал на тебя? Судя по тому, что ты мне рассказала, я бы это не отрицала.
— Запал… — она потянулась к браслету, и Джинни видела, как подруга слегка улыбается.
— Он это сделал не просто так. Неужели ты думаешь, что ему было бы хоть какое-то дело до твоей заколки? Стал бы он где-то заказывать браслет? Да дело даже не в этом, — она повернулась к ней, взяв её ладони в свои, — тебе просто не с чем сравнить. С Роном у вас не было ни свиданий, ни ухаживаний. Всё было резко и сумбурно, да и встречались вы всего-ничего, это больше походит на дружбу. И я могу понять твои замешательства. Тебе сложно от того, что ты совсем его не знаешь с той, другой стороны. Мы всего его запомнили как высокомерного, грубого мальчишку. Но я уверена, что в нём есть то светлое, что ты можешь видеть, и я верю что у вас может что-то получиться.
— Я тоже очень хочу верить, что он уже не тот, кем был, — протянула Гермиона, смотря куда-то мимо Джинни в сторону окна гостиной.
— Я могу быть не права, но есть ощущение, что он и сам не знает как начать ваши взаимоотношения. Ведь вспомни, все девочки сами на него вешались. Такой-то красавчик блондин. А Паркинсон, ты видела, как она на нём висла? Он просто привык, что девушки сами проявляли инициативу и ему не приходилось даже прилагать усилий, да и любовь ли там была? Возможно только секс и ничего более. Кто его научил любить? Нарцисса и Люциус? Вряд ли. Те только как можно строже его воспитывали. А Воландеморт добил всё хорошее, что было в нём. И что мы получили в итоге?
Гермиона смотрела на неё и не могла поверить, что они такое обсуждали с Джинни. Ей этого очень не хватало. Какой бы умной ни была Грейнджер, её рыженькая подруга знала намного больше о людях и разбиралась в их внутреннем мире. Ведь этого не прочитаешь в книжках по Истории магии или учебниках по Зельеварению.
— В итоге он впервые пытается проявить себя, начать хоть с чего-то. Дай ему шанс, возможно, должно пройти время. Ведь пока не попробуешь не поймёшь, ведь так?
— Ты права, во всём права, Джинни.
— У вас с ним не получится как с Роном. С тем вы дружили с первого курса и находились бок о бок практически каждый день. А с Малфоем вы были врагами, но кто знает, в какой момент ты стала ему не безразлична? Никто не спросил у него так ли важна чистота крови избранницы именно для него самого? А может ему плевать на всё и он готов отречься от семьи?
— Не думаю, что ему плевать.
— Ты опять за своё. А у него ты спросила? Вот когда узнаешь скажешь мне и мы вспомним этот разговор. Потом и будешь так уверена в своих догадках.
— Семья для таких, как он — это всё. Быть выжженным из семейного древа — это позор и клеймо для чистокровного волшебника, который больше никогда не сможет выстроить своё генеалогическое древо.
— Его семья сейчас это родители, но приходит время, когда человек создаёт свою собственную семью, не важно, где это происходит, в мире маглов или волшебников. Узы семьи крепки везде, но мы живём не в том веке, где у нас нет права выбора или голоса. И если он выбрал тебя и захочет идти с тобой рука об руку через всю жизнь, он не побоится отречься.