Вероятность возвышения (СИ)

— Думаешь? — я с сомнением почесал голову, наблюдая за обрадованной моими сомнениями девушкой. — Ладно, пусть будет более справедливая цена — две тысячи. Эх, хотел навстречу тебе пойти, но ты так просила о справедливости.
— Но... но... я же... — на девушку было жалко смотреть, но припомнив всё то дерьмо, что она с её наставницей успели причинить как мне, так и другим, я сдержался. Справедливость не терпит жалости. — У меня нет таких денег, — наконец, собравшись с силами, выдавила она, понуро опустив голову. Всё, клиент дозрел, можно теперь из неё верёвки вить.
— Значит, надо либо их заработать, либо отдавать не деньгами, а чем-то другим, — намекающе обронил я, откидываясь на подушку. Пусть соображает, мне даже интересно стало, додумается ли гостья до чего-нибудь более интересного, чем банально предложить мне своё тело? Потому что я ничего кроме этого не придумал.
— Но у меня нет ничего ценного, что потянуло бы на такую огромную сумму, — Лилия умоляюще глядела на меня, пытаясь разжалобить. — У меня есть только пятнадцать золотых, даже если я продам всё, что есть, не наскребу и десяти. А если напишу письмо домой, то родители узнают о пропаже амулета.
— А ты свою невинность сильно бережёшь? — нарушил затянувшуюся паузу. Судя по буре эмоций и немного испуганным глазам, такой вариант оплаты пришёл в голову гостьи только сейчас.
— Нет, я не могу, — замотала она головой, — меня ещё до обучения обручили с женихом, чьей семье очень важно происхождение и невинность невесты. Они намного богаче нашего дома, и если я опозорюсь на проверке, то родители за несостоявшуюся свадьбу меня изгонят из семьи. Можно как-нибудь по-другому расплатиться?
— Конечно можно, есть способы, не нарушающие невинность, — улыбнулся я, поскольку стыд и возбуждение в эмоциях девушки, после этих слов, чётко давали понять, что эти способы Лилии хорошо известны. — Но если хочешь, чтобы я согласился на такой способ оплаты, тебе придётся меня убедить.
— Что ты имеешь ввиду? — девушка недоумённо посмотрела на моё хитро улыбающееся лицо. — Ты же сам мне только что предложил этот способ?
— За свои деньги я хочу получить лучший товар, — разъяснил свои слова, — поэтому докажи, что можешь изобразить не только самую искреннюю симпатию ко мне, но и готовность пойти на любые способы доставления мне удовольствия. Хочу, чтобы ты поцеловала меня так, будто всю жизнь была влюблена, а теперь, наконец, добилась моего расположения.
— То есть, я не просто должна дать разок себя попользовать, а ещё и изобразить, что рада этому? — раздражённо произнесла Лилия, прищурено глядя на меня. — А ты не думаешь, что это лишнее?
— В смысле, разок? — изумился я в ответ. — В доме удовольствий за такую услугу берут два золотых! Тебе сказать, сколько лет ты за две тысячи должна меня каждую ночь навещать, или сама сосчитаешь?
— Что?! Ну ты и наглец! Да откуда тебе, малявке, знать их расценки?! — зашипела разгневанная девушка, подскакивая с кровати. — Хотя неважно, я ухожу! — и она решительно зашагала к дверному проёму.
— Твоё право, — с некоторым облегчением я откинул голову на подушку и закрыл глаза. В конце концов, я не собирался с ней спать, просто хотелось позлить. Думаю, это мне удалось. Очень кстати вспомнился наш разговор с Гроном, который и поведал мне о ценах удовольствия в специализированных заведениях. Тогда я думал, что мне эти сведения никогда не понадобятся, но жизнь — странная штука. Никогда не знаешь, что пригодится в грядущем.
Внезапно услышал приближающиеся тихие, но решительные шаги. Успел лишь открыть глаза, как на меня уселось женское тело, и схватив руками за щёки, впилось губами мне в рот. Поцелуй был долгим и нежным, тут у Лидии явно был опыт.
— Через месяц мне нужно будет ехать домой, — оторвавшись и чуть отдышавшись, сообщила девушка, крепко обнимая меня за шею и упираясь лбом в мой лоб. — Я готова всё это время делать то, что ты хочешь, чтобы ты вернул мне амулет перед отъездом. Сделка?
— Почему ты передумала? — решил сначала уточнить. В эмоциях Лилии ни во время поцелуя, ни после не было негатива в мою сторону, лишь решимость и упорство. Впрочем, и симпатии тоже не было, как и до этого. — Я же тебе не нравлюсь.
 
— Ни капельки, — усмехнулась девушка, — но я ради своей цели сделаю всё, как ты хочешь. Ты добрый и всё равно не сотворишь мне ничего действительно плохого.
— Люблю умных девушек, — я просунул руку между нами и слегка помял один из манящих холмиков. Лилия никак не отреагировала, продолжая смотреть мне в глаза. — Ладно, составим соглашение, где изложим все условия. Только у меня тут принадлежностей для письма нет.
— Я принесу, — теперь гостья улыбалась вполне искренне, — только никому не говори о нашем соглашении.
Поднявшись с кровати вслед за убежавшей Лилией, я заглянул в соседнюю комнату. Нолия уже запихала остаток карамельного изделия за щёку, словно большую конфету, рассматривая испачканные в сладком руки.
— Чего это она убежала? — немного неразборчиво спросила девочка, подозрительно глядя на меня. — У тебя можно руки помыть?
— Быстренько мой руки и иди к маме, — скомандовал я, — твоя подруга скоро вернётся, и мы займёмся вещами, про которые тебе ещё рано знать.
— Я вообще-то тоже уже взрослая, — с грязным заляпанным сладкими потёками лицом это прозвучало ну очень убедительно. — А ты мне ещё такую вкусную штуку сделаешь? — осведомилась Нолия, спрыгивая с кресла и проходя мимо меня в ванную. — Я с подругами поделюсь, пусть завидуют.
— Только если будешь хорошо себя вести, слушаться меня и Карлу, — я направился вслед с целью помочь, но это не потребовалось. Нолька ловко управлялась с кранами, я запоздало сообразил, что у Верховной матери в соседних хоромах аналогичная система.
После того, как девчушка убежала с довольным от переизбытка сахара в крови видом, я решил опробовать ещё парочку бытовых конструктов. Стащив с себя всю одежду, сложил её в кучку и применил «очищение», один из немногих конструктов, не подвергшихся переделке симбионта, поскольку его всевозможные модификации и так прекрасно работали. Раздался негромкий пшик и горка одежды слегка раздулась на мгновение. Принюхался, теперь мои шмотки, которые я уже хтор знает сколько ношу, не снимая, пахли чистотой. Нет, они и до этого не воняли, поскольку местные пропитанные магической энергией тела особо не потеют. Но теперь ощущение было, словно одежда была мгновенно выстирана и высушена. Хотя на самом деле, под действием конструкта, из волокон ткани были совершенно непонятным образом удалены все несвойственные им примеси. И эти конструкты доступны всем направлениям магии, а также легко помещаются в амулеты. Местные, по всей видимости, давно привыкли к такому, а мне такие простые вещи до сих пор кажутся чудом.
Поступив подобным образом со снятой обувью, оставшись вовсе без одежды, я применил ещё один вариант «очищения», уже непосредственно на поверхность своего тела. Краткий миг, когда всё тело словно щекотит огромное количество пёрышек, и с моей кожей и волосами произошло то же самое, что и с одеждой. Полноценной помывки это не заменит, но в отсутствие такой возможности либо свободного времени — вещь незаменимая. В следующий раз надо будет попробовать более сложный конструкт, очищающий одновременно и кожу, и натянутую на неё одежду с обувью. Изучается он только магами пятой и выше ступени, из-за сложности создания, и благодаря этому в этом мире существует поговорка «к настоящим магам грязь не липнет».
Одевшись и покинув комнату для водных процедур, обнаружил, что Нолии нигде не наблюдается, поэтому остаток свободного времени спокойно потратил на починку замка входной двери. Заодно попробовал практиковаться в ещё одном конструкте высокой ступени: «ощущение жизни». Местные целительницы тренируются ощущать окружающее пространство через него годами, но у меня перед ними было сразу несколько неоспоримых преимуществ. Сознание человека другого мира, знающего о трёхмерных моделях и принципах создания механизмов, помогающий найти недостающие знания симбионт, а также самое главное — отсутствующая в массовом доступе информация о принципах создания конструктов. То, как я их вижу — точки и соединяющие их линии, позволяло уловить закономерности изменения, а то, как их видят местные — облачка разной формы со сложной поверхностью, этого не позволяло, заставляя местных магов создавать модификации конструктов буквально методом случайного подбора.