Накажи меня любовью (СИ)
Мама понимающе кивает и уходит. А я пытаюсь встряхнуться. Не хочу, чтобы Костя видел мои душевные терзания. Он их точно не поймет, учитывая его собственнические наклонности. И тут меня осеняет мысль. А если бы не было всей этой чехарды с чувствами, как бы Белов отнесся к нашей с Саней дружбе? Смогли бы они поладить? Или мне все равно пришлось бы выбирать между ними?
Если честно, такой расклад событий мне бы не понравился… Но… К чему сейчас об этом думать? Сашка уехал, наша дружба окончена. Никаких выяснений отношений и мордобоя не будет. Еще раз убеждаюсь, что все, что произошло, только к лучшему.
А значит, что? Значит, пора оставить меланхолию. Одна дверь закрылась, но зато открылась другая. В мое счастливое будущее.
Все, пора начинать отдыхать и веселиться. В конце концов, сегодня мой день.
***
— Тая, ты чего такая зажатая? Расслабься и получай удовольствие. Тогда и снимки будут отличными.
Увы, как бы я себя ни убеждала в том, что все хорошо, но полноценно расслабиться не получалось. В голове калейдоскопом крутились обрывки мыслей, воспоминаний, недавних разговоров. В итоге, на фотосессии я была настоящим бревном. Фотограф что-то требовал, просил сменить позу, выражение лица, но я воспринимала это будто сквозь туман. Позы выходили напряженными, выражение лица неестественным и даже вымученным.
В конце концов за дело взялся Костя и ему ценой немалых усилий удалось меня раскочегарить. Нежные слова, поцелуи, объятия помогли мне отпустить себя, и спустя полчаса мучений я наконец смогла быть сама собой.
— О, вот так и стойте, идеально, — заметив изменения в моем поведении, фотограф оживился. — А теперь встаньте сюда и повернитесь в профиль.
Мы по-прежнему меняли места дислокации и позы, только теперь я уже вошла во вкус и мне стало нравиться происходящее.
Из обставленного тематического павильона мы перебираемся в сад и съемка продолжается. Улыбка теперь уже практически не сходит с моего лица.
— Давайте, покажите мне страсть. Таяна, обнимите своего жениха за шею и чуть отклонитесь. Да, вот так. Костя, сделайте вид, что целуете ее шею. Отлично, замрите…
Наконец фотограф объявляет, что сеанс окончен, обещает выслать снимки через дней десять и провожает нас до дверей, за которыми уже ждет следующая пара.
— И как тебе? — спрашивает Костя, когда мы выходим в фойе.
— Потрясно, — улыбаюсь я вполне искренне. — Знаешь, я бы тоже хотела проводить подобные фотосессии.
— Ну так в чем проблема? Записывайся на курсы и вперед.
— А если у меня ничего не получится? — печально вздыхаю.
— Не попробуешь — не узнаешь. Разве я не прав? — киваю головой, соглашаясь, а он продолжает: — Да даже если не получится, то что с того? Это же не конец света. Все люди не могут быть великими художниками или гениальными пианистами. Не получится с фотографией, попробуешь что-нибудь другое. Главное, не загоняйся.
— Спасибо, ты умеешь утешить, — Костя обнимает меня за талию, а я льну к нему, наслаждаясь нашим единением.
— Всегда пожалуйста, воробушек. А вообще, в Москве есть Агентство художественной фотографии «Софирэль». Руководит им София Львовна Ланская. Это одна из лучших компаний в стране в своей сфере. Там очень хорошие курсы фотографов, отличные мастера-преподаватели. А еще агентство имеет целый штат своих фотографов, которые работают по самым разным направлениям — от работы с модельными агентствами до свадебных съемок. И там реально работают лучшие из лучших. Ланская кого попало у себя не держит. Сергей, тот мужчина, что нас сейчас снимал, как раз один из ее штатных работников. Они к нам частенько приезжают, как наберут достаточное количество заказов. И фотовыставка тоже дело рук мастеров агентства «Софирэль». Хочешь посмотреть работы?
— Еще бы, — энергично киваю головой. Костя своими пояснениями разжег во мне нешуточный интерес. — Куда надо идти?
— Какая нетерпеливая, — ухмыляется, но берет за руку и ведет к парадной лестнице. — Нам на второй этаж.
Глава 25 Подарки для именинницы
Выставка называлась «Величие природы». И это было на самом деле красиво. В зале были представлены потрясающие снимки пещер, озер, заливов и рек, саванн и джунглей, гор и пустынь. Особенно мне понравились фотографии, которые показывали, как природа захватывает обратно некогда отвоеванные у нее территории. Развалины старинных замков и домов, почти скрытые густыми лианами и кустарниками, ржавые остатки старых железных дорог, чьи рельсы почти невидны за высокой травой. Остовы разбившихся самолетов, навеки затерянных в отдаленных уголках земли, и затонувших кораблей.
Ну и города-призраки, само собой. Опустевшие в разное время по разным причинам. Люди покидали свои дома из-за землетрясений, наводнений, истощения залежей полезных ископаемых, ради добычи которых поселения и основывались.
Особо зловещее впечатление на меня произвели снимки одной мексиканской деревушки, жители которой в один день, если верить рассказанной гидом информации, бесследно исчезли, не оставив после себя ни следа. Все их вещи, посуда, одежда, повозки так и остались нетронутыми. На снимках были видны столы, накрытые к обеду или, быть может, ужину, брошенные детские игрушки, открытые для проветривания окна.
Ну и, конечно, фотографии из Припяти. Зона отчуждения. Красивые некогда места, напрочь отравленные радиацией. Город застывший в вечности. Оставленные в спешке дома, пустующие школы и больницы, рестораны и дома культуры, ржавеющие аттракционы. От этих печальных видов мороз проходил по коже. Радиация — это страшно.
В общем, вышли с выставки мы под большим впечатлением. Настолько, что я даже решила отказаться от похода в кинотеатр. Мы с Костей гуляли по городу, делясь своими впечатлениями от увиденного и услышанного, а их накопилось немало. А потом отправились на пристань.
Яхта на этот раз была другая, меньшего размера, и мы удобно устроились за столиком на верхней палубе.
— Так вот, — начал Костя, как только ушел официант, принявший заказ. — Фотографы из «Софирэль» примерно раз в три месяца приезжают к нам, проводят курсы современной фотографии и дают мастер-классы. Могу узнать через свои каналы когда планируется следующий набор в группу и записать тебя заранее.
— Я обеими руками «за», — буквально хлопаю в ладоши от восторга. Мне бы реально хотелось поработать с наставниками, которые делают такие же потрясающие фотографии, какие мы видели на выставке.
— Значит, договорились, — широко улыбается. — И надеюсь, что мой подарок поможет тебе в твоем увлечении.
— Так и не скажешь, что это? — складываю руки перед грудью, делаю умоляющие глазки, но это не помогает. Костя непреклонен.
— Потерпи пару часов и увидишь.
— Бу-у, — дуюсь я, но не добиваюсь ничего, кроме новой вспышки веселья.
Поскольку нам предстоит плотный ужин, а мама не поймет, если не будет съедено большей части приготовленного, мы ограничиваемся лишь легким перекусом и сидим, снова наслаждаясь красивыми видами. Надеюсь, водные прогулки станут нашей традицией.
Домой мы приезжаем около половины седьмого. Там, помимо родителей, моих крестных и Зои, я с удивлением обнаруживаю Карину с родителями. Нет, я, конечно, передавала приглашение через маму, но не думала, что они придут. Все же обстоятельства в этом году совсем другие.
Мне поначалу немного неловко, поскольку боюсь того, что они винят меня в отъезде сына. Но нет, Вера Алексеевна и Олег Николаевич относятся ко мне так же, как и раньше. И с Костей здороваются довольно приветливо. Со смущенной улыбкой распаковываю их подарок и обнаруживаю красивейшие издания Чарльза Диккенса и Герберта Уэллса. Все как я люблю. В порыве чувств обнимаю тетю Веру и дядю Олега и ставлю книги в шкаф.
В целом вечер проходит тепло и весело, даже рассказы родителей о наших с Сашкой детских шалостях не нагнетают обстановку. И пусть после последних событий я ощущаю горечь, но все равно те мгновения детства и юности навсегда останутся светлыми в моей памяти.