Большая игра (СИ)
Очевидно, затронутая Мартом тема оказалась Вильгельму очень близка, и он с упоением принялся повествовать о достижениях германских ученых, инженеров, медиков и, конечно же, военных. По его словам выходило, что немцы — соль земли и весь мир обязан их гению.
— А летающие монстры фон Цеппелина? — почти перейдя на фальцет, воскликнул император и победно взглянул на гостей. — Видели ли вы когда-нибудь что-то более величественное?
— Нет, ваше величество, не видели, — вынуждены были признать молодожены, и впрямь никогда не видевшие немецких воздушных судов.
— В таком случае, вам просто необходимо побывать в Фридрихсхафене!
— Это было бы крайне любопытно! — похлопала глазками Александра.
— Вам тоже? — немного удивился кайзер.
— Моя супруга имеет лицензию пилота и очень интересуется всем, что касается авиации и воздушного флота.
— О, герр Колычефф, в таком случае, вам очень повезло!
— Я знаю, — скромно улыбнулся Март.
— Вы представлены при Петербургском дворе?
— Конечно. Александра была фрейлиной императрицы Евгении и, надеюсь, со временем станет ее статс-дамой.
— Понятно, — сухо буркнул кайзер.
«Что это с ним? — удивился скользнувший в „сферу“ Март».
«Маленькая оплошность, — продолжая улыбаться, послала ему ментальный ответ жена. — Забыла тебя предупредить, что сын Вильгельма, как и наш царь, женился на простой дворянке, чем, по мнению отца, испортил кровь. Кайзер считает, что русские родственники подали ему дурной пример».
— Я давно не видел кузена Александра, — вяло продолжил кайзер. — Хотелось бы встретиться, поговорить, но он так занят…
— Все внимание его величества занято нашим Дальним Востоком.
— Он говорил вам об этом? — немного оживился Вильгельм
— Разумеется. Я ведь сенатор. К тому же мы близкие друзья с цесаревичем, который недавно стал наместником Желтороссии.
— Любопытно. И какие же планы у России на эти края? У Германии там свои интересы, как вы понимаете… — со значением добавил Вильгельм, явно подразумевая Циндао.
— Всех подробностей я не знаю, но уверен, что там будет осуществлено несколько грандиозных проектов. Кстати, его величество надеется на участие в них немецких компаний.
— Как вы сказали, грандиозных?
— Можно даже сказать, колоссальных!
— Так значит, Россия решила расширить свое присутствие в Китае? И как же вы собираетесь делить его с японцами?
— Нет, что вы, ваше величество, речь только о Маньчжурии и Ляодунском полуострове.
Кайзер лишь отмахнулся от возражений Марта.
— Пусть так. Но только прошу вас, герр Колычефф, в память о вашем деде, с которым мы не раз встречались, не стоит делать вид, что у России нет планов на Поднебесную… И я вам все равно не поверю, и сами себя поставите в неловкое положение.
Марту оставалось лишь молча качнуть головой, соглашаясь. Иногда молчание — золото.
— Вы сказали, что дружите с цесаревичем. И ходят слухи, что именно вам он обязан внезапному обретению Дара. Это так?
— Как не прискорбно в этом признаваться, моя заслуга в этом крайне невелика. Его императорское высочество сильно переменился в последнее время, повзрослел, научился отстаивать свою точку зрения и принимать на себя ответственность. Что же касается моей скромной персоны… мне лишь повезло оказаться с ним рядом в этот момент.
— Ваша скромность делает вам честь, — размеренно проговорил кайзер, не сводя со своих гостей проницательного взора. — Однако, сначала никому не известный юноша по воле царя становится сенатором Совета Одаренных Российской Империи, затем получает наследство, делающее его одним из богатейших и влиятельнейших людей на Земле, принимает себе в команду в качестве стажера единственного сына и наследника престола, и в финале цесаревич обретает Дар. Наконец, до срока признается совершеннолетним и вступает с помощью все того же царя в управление ОЗК! Я ничего не упустил?
— Мне нечего возразить вашему величеству. Все было или так, или почти так.
— В таком случае могу уверить вас, что если подобное чудесное преображение произойдет с одним из моих сыновей или внуков, благодарность дома Гогенцоллерн не будет знать границ! Мы тоже умеем быть щедрыми!
«Вот, черт, — хмыкнул про себя Март. — В прежние времена случались „делатели королей“, а меня все принимают за создателя одаренных. Однако, Вилли четко увязал меня с царем. Аргументы железные. И доказывать обратное бессмысленно. Что ж, надо постараться обернуть это его представление в свою пользу».
— Для меня и моей супруги будет честью познакомиться с принцами, — осторожно ответил он, — однако, сами понимаете, никаких гарантий в этом деле нет и быть не может.
— Конечно-конечно, герр Колычефф! В таком случае, давайте вернемся к нашим баранам, то есть Дальнему Востоку. Вам не кажется, что планы России могут встретить противодействие не только со стороны Японии, но и других великих держав?
— Я, ваше величество, еще слишком молод и не так сведущ в политике, чтобы иметь свое суждение по столь сложным вопросам. Тем не менее, я полагаю, что эти опасения не напрасны. С другой стороны, по крайней мере, у Европы есть масса иных забот…
— Что вы имеете в виду? — напрягся Вильгельм.
— У Франции свои, у вас свои, — пожал плечами Март и, заметив что-то в глазах собеседника, тут же добавил, — и только Великобритания с США так и смотрят, на каком бы пожаре погреть руки!
— О, да! — едва не подскочил кайзер. — Эти разбойники, прикидывающиеся торгашами, только и думают, кого бы ограбить! И мы должны сделать все, чтобы им помешать!!!
— Но каким образом?
— Все очень просто, мой юный друг. Но прежде чем я объяснюсь, дайте слово, что вы расскажете обо всем царю Александру!
— Я к вашим услугам, ваше величество.
— Прекрасно! Для начала хочу сказать, что я и мое правительство очень ценим усилия России по поддержанию мира. И со своей стороны имеем предложить следующее: Европа никогда впредь не должна становиться ареной боевых действий! Скажу больше, метрополиям вовсе ни к чему воевать напрямую друг с другом. Большая европейская война не должна начаться, ибо все выгоды от нее достанутся Соединенным Штатам! Европа обязана оставаться мирной. Все противостояния следует перенести во внешний контур, то есть в колонии, в третьи страны, Южную Америку, Африку, Индокитай или даже Океанию. Куда угодно, лишь бы подальше от колыбели нашей цивилизации — старой доброй Европы.
— Звучит прекрасно, но…
— Но?
— Прошу меня извинить, но захотят ли присоединиться к этому прожекту другие участники европейского концерта? Та же Франция, например…
— Франция, Франция! — недовольно пробурчал кайзер. — Если две великие континентальные державы: Россия и Германия — заключат между собой пакт, никто не посмеет выступить против них. Галлы прекрасно знают, что им не выстоять против тевтонской ярости в одиночку, а у островитян нет такой сухопутной армии, чтобы, бросив свой меч на чашу весов, склонить военное счастье на их сторону. Единственная их защита, это противоестественный союз с вами! Да-да, именно что противоестественный! Мне до сих пор непонятно, как вообще мог возникнуть комплот между ведущей себя как продажная девка Третьей республикой и таким оплотом монархии, добропорядочности и законности как Россия!
— Если мне не изменяет память, — осторожно заметил Март, — это был ответ на ваш союз с Австрией…
— Что? Вздор!!! Этот чисто оборонительный союз совершенно ничем не угрожал Российской империи, а единственной его целью было противодействие распространению заразы нигилизма, а потом и коммунизма!
Судя по всему, Вильгельм присел на своего любимого конька, и теперь гостям полагалось лишь восторженно внимать его патетическим речам, время от времени поддакивая.
— Мы сможем принести мир и процветание всем народам земли! Австро-Венгрия возьмет на себя этот пороховой погреб — Балканы, Россия — Дальний Восток, а мы удовольствуемся малым — Африкой. Мы даже готовы поделиться с Францией, чтобы она перестала облизываться на исконно германские земли. Мы введем новые правила и заставим всех соблюдать их! Зафиксируем статус-кво, после чего откажемся от расширения сфер влияния. И пусть живут в мире!