Счастье на Земле (СИ)

– Сегодня ничего не снимают? – Максим обернулся на мой огорченный голос и мотнул головой.
– Здесь нет, но я знаю, где есть. – Губы изогнулись в лукавой улыбке.
– Эй, я не пойму, ты хочешь, чтобы я тебя начала уговаривать? – Я не знала, смеяться мне или разозлиться на него, видел же, как мне интересно.
– Хочу. Если хорошо попросишь, отведу.
– Макс, не издевайся. Ну, скажи, что мы сходим туда.
– Ладно, я же говорил, что добрый сегодня, чуть позже сходим. – И где тот надменный индюк, которого я видела в наши первые встречи?
Сейчас Максим был совершенно другим. Он стал чаще улыбаться, и лед из его голоса наконец-то пропал, что меня безмерно радовало. Может, он еще чувствует вину за тот инцидент у него дома? А может, просто действительно решил со мной дружить.
– Хочешь, задание дам?
– Какое задание?
– Ты вроде рисуешь хорошо, и с фантазией все в порядке, вот и подумал, что можешь мне помочь.
Я не верила своим ушам.
– А где уши? – Я моментально вспомнила о своем рисунке.
– Не забыла, – с улыбкой пробормотал Макс. – Иди, смотри.
Я резво подскочила к его компьютеру, но не успела взглянуть на экран: от того, что наши лица находились так близко друг к другу, у меня сперло дыхание, и я неосознанно закрыла глаза от удовольствия.
– Ань, ты глаза зачем закрыла-то? – Я почувствовала его дыхание на своей щеке, от этого еще и табун мурашек прошел по спине; только после этого открыла глаза, но заставила себя не смотреть на него.
И теперь увидела настоящую эльфийку на экране. Это была очень красивая девушка, но не та, которую я видела в прошлый раз. Эта была шатенкой с рыжим отливом, с очень миловидным лицом, волосы с одной стороны были заправлены за уши с острым концом, точь-в-точь, как я нарисовала. Улыбка расползлась по моему лицу: он все-таки сделал это! Я, повернув к нему довольное лицо, быстро поцеловала его в щеку и отвернулась, медленно краснея от своего необдуманного поступка. Зачем я это сделала?
– Нравится? – чуть хрипловатым голосом спросил Максим.
– Да, – отстранилась от стола. – Но знаешь, у светлых эльфов не бывает темных волос, – смогла улыбнуться ему.
– С чего ты это взяла?
– Темные волосы бывают только у расы темных эльфов, все логично, – просветила его, все так же улыбаясь. – Еще у дроу, – тут моя улыбка сползла.
Он ошарашенными глазами смотрел на меня.
– Не говори мне, что играла в Подземелья и Драконов… – Я в непонимании смотрела на него. – Или читала Говарда, Муркока?
Я не знала, что ему ответить. И зачем я вообще рот открыла? Тут в литературе есть еще и дроу?
– Я авторов не помню, но да, я о них читала.
– Странная у тебя амнезия: помнить такие вещи, но не помнить части своей жизни, – взялся за размышления Максим. – Ты же наверняка читала эти книги в детстве, я просто не представляю тебя прошлую с подобным чтивом.
– Знаешь, я сама себе удивляюсь. – Отвернувшись от него, подошла к окну и стала наблюдать за людьми. – Какое задание ты мне хотел дать?
Настроение немного испортилось от воспоминаний о некоторых личностях, но, может, рисование отвлечет?
– Да, смотри, мне нужны гномы! – Я обернулась. – Мужчина и женщина, немолодые, чисто лица, у меня уже есть зарисовки, но мне интересно посмотреть на твою работу.
– Ты серьезно?
– Да, мне правда понравилась твоя эльфийка, и хочется глянуть, что получится у тебя. Держи. – Он дал мне альбом и карандаш и посадил за соседний стол.
Да уж, дал задание. Хуже всего то, что я никогда вживую гномов не видела, они нас не особо жалуют в принципе, и их горы очень далеко от наших земель. Но я о них читала и видела картинки в своих книгах. Ну что ж, попробуем.
На рисунок мужчины у меня ушел почти час, я старательно вспоминала каждую мелочь в лицах этой расы. Множество морщин, рассыпанных по всему лицу, большие уши с тупо закругленными верхушками, и огромный нос картошкой. Жгучие и плотные брови, совсем небольшие глаза, и, конечно же, главное отличие: у мужчин огромные бороды. Я своему гному разделила ее на две части, сплетенные в косы, каждая из которых скреплялась толстым железным обручем, сразу под подбородком. Густые лохматые волосы завершили мой рисунок, и я отдала его Максиму.
 
– Я не пойму, почему тебя Денис не отдал в художку? – Он поднял глаза на меня.
Я пожала плечами и, кивнув на рисунок, спросила:
– Нравится?
– Да, очень, ничуть не хуже компьютерной графики. На моего посмотришь?
Я подошла к нему, но наклоняться не стала, я и так уже вся извелась от непонятных ощущений, получаемых в присутствии Максима.
На меня с экрана смотрел гном. Немного отличался от моего, но реальный гном! Как настоящий! Хоть я и видела только на картинках, но именно так себе и представляла.
– Это ты нарисовал на компьютере? – Мало сказать, что я была удивлена. Одно дело – пририсовать уши, а совсем другое – создать существо на экране!
– Да.
– Я в восхищении. – По-другому и не сказать.
– Я рад, что ты оценила, – с ухмылкой сказал он. – В принципе я свободен, можем пройтись, женщину как-нибудь потом нарисуешь?
– Да, могу дома, все равно заниматься нечем.
– Было бы классно, и спасибо, Ань.
– Да не за что, у тебя все равно лучше.
– Ну твой тоже пригодится. – Он поднялся из-за стола и пошел на выход, и я, все еще пребывая под впечатлением от его таланта, поплелась следом.
Мы уже довольно долго бродили по территории. Я просила показать мне буквально все, и Максим на удивление не сопротивлялся, а даже, я бы сказала, с удовольствием все показывал и рассказывал. Последним пунктом было место съемок фильма, над которым он сейчас работал. Этот ангар по объему не уступал остальным, но тут жизнь била ключом. Здесь суетилось так много людей, что нам пришлось поискать место, где можно постоять спокойно. На самой съемочной площадке развивалась довольно интересная сцена. Действие проходило в старом погибшем лесу, или сожженном, так как деревья были черными и скрюченными, опускаясь своими кривыми ветками практически до земли. Было построено что-то наподобие пещеры в горе, перед которой сложен огромный костер, в данный момент не горящий, но в нем стояла яркая лампа. Максим объяснил, что пламя и тени добавят в графике, создавая огонь из этой самой лампы, так что зажигать его здесь не было необходимости. Между стоящими людьми перед пещерой происходил спор, и в какой-то момент появлялась та самая девушка, которую я видела с ушами, якобы на горе, произносила что-то, и мужчины начинали драться между собой, их поднимали в воздух на нитях, и выглядело это даже смешно.
– Мне нужно отойти минут на десять, тут постоишь? – Отвлек меня от сцены Максим.
– Да, иди. – Мой ответ был чуть рассеянным, так как я увлеклась сценой.
Как только он отошел, мне стало не по себе, я как будто потеряла кусочек тепла. Обняла себя руками из-за того, что стало зябко, и не сразу поняла, что действительно холод через пальцы пробирается в тело. Снова прилив сил, с пальцев слетела искра, а я не могла понять, отчего такая реакция и на что? Неужели это из-за того, что Максим оставил меня? Зажмурилась, сконцентрировавшись, постаралась держать энергию под контролем. Спустя пару минут у меня наконец-то получилось. Дышать стало легче, я смогла открыть глаза и посмотреть на площадку. Сцена проигрывалась вновь, когда один из мужчин победил второго, вместо долгожданного «снято», прозвучало «перерыв». Большинство людей, не сговариваясь, гуськом пошли на выход, а мой взгляд остановился на девушке, которая была наверху.
Ее фигура уже не находилась в свете софитов, но видно ее было отчетливо. Она вела себя как-то неестественно. Делала шаг вперед, два назад, будто сопротивлялась самой себе. Из актеров и персонала в декорациях на самой сцене она осталась одна, и, оглянувшись, поняла, что вижу ее только я.
 
Ее рот открывался в немом крике, и если бы сейчас была включена камера, я бы подумала, что она играет, очень хорошо играет роль сумасшедшей, в которую вселились демоны. Но нет, она не играла… Она действительно сопротивлялась, но я не видела кому.