Единственная (СИ)

— Почему четверо? Есть еще Джанет. Она может просто внушать мысли, но только по одному и на близком расстоянии. Курт может найти по миру любого знакомого ему вампира, оборотня или человека. Но это далеко не боевой дар. Франческа может напустить туман, но у вампиров прекрасное зрение и это им нисколько не помешает. Питер может изменять твое настроение, но это тоже не боевой дар! У Жозена формируется очень талантливый вампир… — рассказывала Грета.
— Стоп! В каком смысле формируется? Ты это не про Зака случайно? — воскликнула я, вскочив на ноги. Подо мною осталось мокрое место, потому как я теплая.
— Да. Вы уже знакомы? Он пока точно не уверен, но есть такое подозрение, что Зак может лишать обоняния. А для вампира, привыкшего подчиняться своим инстинктам и главным образом на обоняние, это приговор! Мы очень на него рассчитываем, — довольная она говорила. Что-то мне не понравилось ее выражение лица. Неужели, она к нему что-то испытывает? Ужас! Еще одной соперницы я не переживу!
— А что это ты такая довольная? Он тебе понравился? — возмутилась я. Сдержаться просто не было сил. Эмоции полностью захлестнули меня. Конечно. С ней все будет намного проще. Она не пахнет человеком, она в любой момент может с ним видеться, и он на нее не нападет. А я??? ком обиды подступил к горлу, перекрывая дыхание.
— Нет, что ты! У меня есть любимый. Просто Зак может оказаться чуть ли самым эффективным в бою. Только бы он успел познать все свои возможности! Способности тоже надо осваивать, учиться управлять ими, а то можно таких дел натворить! Это тебе не глаза сканер! — усмехалась Грета. Ужас прошел по мне с головы до ног. Жозен все ей рассказал. Но зачем?
— Зачем Жозен тебе все рассказал? — высказала я свое негодование.
— Любой одаренный на особом счету, а ты вообще уникальна! — улыбалась Грета.
— Хватит говорить, что я уникальна! Не могу больше это слышать! — закричала я, затыкая уши руками. Я отбежала от нее почти на другой конец поляны. Но ей не стоило особого труда оказаться вновь рядом. Только теперь она была у меня за спиной.
— Прости, я не хотела тебя ничем обидеть. Простая констатация фактов. Ты единственный оборотень, который обладает даром, пусть и не боевым. Но все-таки! — успокаивала она меня, положив на плечо руку. Кстати, это начало действовать. Я повернулась к ней лицом.
— Ты не обидела меня этим. Просто с каждым новым отличием от обычного оборотня я все больше начинаю думать, что не принадлежу к ним. Единственное общее у меня и оборотней, так это способность превращаться в зверя. Все остальное отличается! — нет, я ошиблась. Я не стала успокаиваться, у меня зарождалась истерика.
— Ты не можешь быть больше никем. Только оборотнем с уникальными способностями. Это ни так страшно! Ты просто не представляешь, как мы были рады, узнав, насколько ты сильная и быстрая. Наконец-то появился реальный противник Ватиру! Никто другой даже соревноваться с ним не сможет! Мы возлагаем на тебя огромные надежды! — успокаивала меня Грета.
— Какое воодушевляющее будущее! — съязвила я, криво улыбнувшись. Черные глаза улыбнулись мне в ответ, — А Зак точно тебя не интересует? Ну, как парень? — вспомнила я изначальную причину паники.
— Точно! Зак будет очень талантливым в будущем, но как парень он меня совсем не интересует, — улыбаясь приободряла меня Грета, — У меня есть любимый, но вряд ли у нас что-то возможно, — грустно добавила она. А вот это интересно! Что может заставить красивую вампиршу думать, что у нее и ее любимого ничего не получится?
— Почему? Кто он? Или ты имела неосторожность влюбиться в женатого? — нахмурилась я.
— Ты его видела. Это Гоил. Он оборотень, — говорила девушка, будто признавалась в убийстве. У нее был такой убитый вид, что у меня защемило сердце. Ну, как же так можно? Неужели, это война является таким страшным препятствием для влюбленных? Почему это невозможно? Я вспомнила реакцию Джо на мое предположение, что такой союз возможен.
— И что? Он тоже считает, что ты мертвая? Что за чушь? Разве мертвые могут любить, чувствовать, сопереживать? Эти глупые старинные предрассудки не дают жизни! — возмущалась я.
 
— Что значит тоже? Ты уже с кем-то об этом говорила? Поверь мне, твоего союза с Заком тоже никто не примет, ни вампиры, ни оборотни. Это неестественно! — она даже всхлипывать начала.
— Вампиры же не могут плакать? — удивилась я.
— Не могут, а иногда так хочется! — проговорила Грета, — Я не знаю, как он к этому относится. Просто это всеобщее негласное правило: вампиры и оборотни, смертные враги, и даже если мы сейчас объединились против одного врага, любовные союзы не принимаются!
— А мне плевать на все эти ваши правила! Я люблю его, и никто и ничто мне этого не запретит! Только он сам может меня отвергнуть! — возмутилась я. Самое интересное, что я сказала истинную правду. Я действительно, так считала.
— Ты реально считаешь, что они тебе разрешат такой союз? — ее брови взлетели, а глаза были полны удивления и безнадеги!
— А кто мне запретит? Жозен, например, знает о моих чувствах к его подопечному и пытается помочь. Мы просто ждем, пока он придет в адекватное состояние, — уверенно проговорила я.
— Даниэль уже пытался свести тебя с Джо. Он хороший парень, но ты ему отказала. Я уверяю тебя, что в ближайшее время к тебе подсунут нового знакомого парня, причем обязательно оборотня. А Жозен просто добрый. Он, также как и ты, считает, что это все не устаревшие предрассудки. Поэтому он вам и помогает. Это хорошо, что еще Курт с Даниэлем не знают об этом!
— Ну, ты же не расскажешь? Если все так страшно и чревато, как ты говоришь, то Жозену за сводничество влетит по полной! Не сдавай нас! — просила я, а на лице у девушки появилась обиженная гримаса.
— Да, как ты могла такое подумать? Конечно, я им этого не расскажу, сама такая! Желаю тебе удачи! — она горько вздохнула. Мне снова стало ее жаль.
— А ты поговори с ним. Что в этом такого? Не убьет же он тебя, — решила я приободрить ее. Грета же подняла на меня ошалевшие глаза.
— Ты рехнулась? Я не могу. Он точно отвергнет меня. Ты думаешь, что его мнение сильно может отличаться от мнения Джо, с которым он живет в одном домике? Я вот не обладаю такой уверенностью. Он только посмеется надо мной! — на ее лице было столько боли, что я не удержалась и обняла ее за плечи. Она не сопротивлялась, только нос немного скривила. Объяснять мне не нужно было: я пахну вкусно! Я тут же убрала руки.
— Прости. Ты пахнешь очень… — начала она.
  
Глава 19
 
— Я знаю. Это ты меня прости. Тебе тяжело рядом со мной! Жозен рассказывал, — перебила я ее.
— Жозен молодец! Он даже предупредил тебя о таком. Ты хоть понимаешь, каково будет Заку рядом с тобой. Готовься! У вас никогда не будет простых отношений. Вы оба будете в напряжении, не секунды расслабления, — продолжала предупреждать Грета.
— Я не ищу простых путей! — твердо заявила я, улыбаясь.
— Ты очень храбрая! Удачи! Кстати, уже за полночь. Ты спать не собираешься?
— Собираюсь! Заболтались мы с тобой! Ты завтра придешь сюда? — спросила я. мне так понравилось спокойно с ней общаться. И хотя этот вечер начался не особо дружественно, у меня появилась надежда на новую подругу!
— Конечно, — улыбнулась она, вставая. Смотря друг другу в глаза, мы стали удаляться. Достигнув границы поляны, я развернулась и побежала в направлении общежития. Я даже не пошла сегодня к дому Малеванов. Мы столько говорили о нем, что было ощущение, будто я его уже видела.
Я вернулась в почти пустое общежитие. К собственному удивлению, я очень быстро уснула, но спокойного сна не вышло. Мне приснился сон на основе состоявшегося накануне разговора.
Посреди все той же грушевидной поляны, где я тренируюсь, стояло несколько человек. Я даже сразу не смогла определить кто есть кто, только один парень, который смотрел на меня в упор, был четко виден и понятен. Это был Зак. Его черные глаза горели радостью, а руки сами тянулись ко мне. Но на его ногах были закреплены цепи. Этот факт очень сильно удивил меня. Во мне все воспарило от его неземной улыбки. Я совершенно забыла обо всех остальных туманных личностях, которые тоже были на поляне. Я ощутила настоящее счастье от увиденного, но оно быстро омрачилось. Прямо перед ним выросли две фигуры, теперь мне не составило особого труда, чтобы узнать их. Это были Курт и Даниэль. Они закрывали его от меня, что-то говоря, но я не слышала ни единого слова. Я рвалась к нему, и он сам звал меня, но я не могла к нему прикоснуться. А потом и вовсе меня стали оттаскивать от него. И ни одни мои силы и скорость не могли мне помочь. Я все отдалялась и отдалялась от него. Я кричала…