Единственная (СИ)

— Ну, по сути, ДА! Я даже могу работать полный день…в выходной! — проговорила я. Меня уже замучила эта скукота в свободное от учебы и репетиций время.
— Я не имею права взять вас на полный день, но в выходные пожалуйста. Можете работать посменно!
— Двое через двое? — решила уточнить я.
— Да. Вы правы. Вас такой график устраивает?
— Вполне! — твердо заявила я. Довольная собой я отправилась в общежитие. На следующий день я должна была выйти на работу. Так в прекраснейшем настроении я улеглась спать. Соседка по комнате была в шоке от такой дикой радости по поводу трудоустройства!
Следующий день был просто прекрасным. Мало что я впервые вышла на долгожданную и интересную мне работу, так я еще и смогла опробовать свои способности. Всех своих пациентов, которых в отделении оказалось около тридцати, я просматривала своим особым сканирующим зрением.
К моей радости, среди пациентов не оказалось ни одного точно отрицательного человека, правда больных оказалось многовато. Так как я работала во взрослом отделении, большая часть людей уже старшего возраста имела достаточную коллекцию заболеваний. Я тихо мирно их просматривала, но ничего и никому не говорила. К моему везению в это же время работал и Жозен. Он неоднократно заходил ко мне и интересовался как у меня получается. Так же он сказал, что сегодня нет нужды встречаться, поэтому я могу спокойно отдыхать. Я же задумала совершенно другое.
После окончания рабочего дня я спустилась в столовую при больнице, где спокойно поужинала. Кушать-то всегда хочется! После чего я направилась не к себе, а к дому Малеванов. Я вновь остановилась на достаточном расстоянии и стала ждать. Спустя минут сорок мои ожидания увенчались успехом. В окне дома показалось бледное любимое лицо. Его каштановые волосы красиво отливали золотом, заставляя мое сердце трепетать. В этот раз он был не просто спокоен, а даже грустный. Мне так захотелось подойти к нему, обнять, успокоить, но нельзя! Теперь я знала, насколько тяжело ему будет рядом со мной. Я не собиралась его мучить.
Он был всего несколько минут возле окна, но и этого мне было достаточно после такой долгой разлуки. Почти сразу после его исчезновения из поля видимости, я тоже ушла. В этот раз меня тоже никто не заметил.
Так и прошли еще четыре недели. На улице зима вступила в свои законные права, выпал снег, окрасив все вокруг в белоснежные тона. Было необычайно красиво. Теперь я каждый день работала в больнице, даже нескольким женщинам указала на органы, которые им стоило бы подлечить. Как ни странно, они мне поверили. Одна даже прямо при мне стала проходить обследование. Остальные всего лишь посоветовались с лечащими врачами. А почти каждый вечер после работы, свободный от репетиций, я проводила в засаде возле дома Малеванов.
За неделю до рождества нашей группе поручили выступить на рождественском балу. В итоге все вечера я проводила в актовом зале. Ребята очень переживали за выступление, а меня больше беспокоило, что я уже несколько дней подряд не видела Зака. Как говорят, к хорошему быстро привыкаешь. Так уж получилось. Что по снегу я ни разу к ним и не сходила.
В канун рождества я не выдержала и пробралась к дому Малеванов достаточно близко, чтобы видеть их. Мне ужасно хотелось увидеть Зака. Такая разлука стала тяготить меня. Пока я была на работе и репетировала, я немного отвлекалась, но стоило мне немного отвлечься, как мысли сами летели к нему. Постоянно создавалось ощущение, будто моя собственная голова и сердце мне не принадлежат. С каждым днем, в который я не видела своего любимого мое сердце становилось тяжелее, будто прибавляло в весе пару килограммов. Вот я и решилась на побег прямо за несколько часов до выступления.
Дом выглядел как из сказок. На крыше идеальный снег, гирлянды, шарики, перед домом стоит большая, если не сказать огромная елка вся украшенная, а ее венцом, как и положено, служит звезда. При этом елка украшена традиционными игрушками: шариками, конфетами и, что очень смешно, учитывая, кто жители этого дома, ангелочки. Даже близлежащие деревья были украшены. Такой красоты я еще никогда не видела. Люди или не способны или слишком ленивы для создания такого великолепия.
 
Вся поляна перед домом, конечно же, была застелена мягким белым снегом. Странным казалось лишь то, что снег оставался нетронутым. Я оглянулась на следы, оставленные мной. Они не были настолько глубокими как у человека, но тем не менее были. Значит, рано или поздно они поймут, что приходила к ним. Плохо!.. Хотя какая разница? Жозен и так знает о моих чувствах к Заку. Я думаю, он меня поймет!
Я несколько минут стояла в тени деревьев вне поля их видимости, но никак не могла увидеть Зака. Ведь сегодня канун рождества!!! Я посмотрела на часы, через два часа у нашей музыкальной группы рождественское представление. Мы должны будем пол бала играть. Ребята, наверное, меня уже потеряли. Мы, конечно, еще вчера все установили и настроили, но они скорее всего уже там, а меня нет. Я здесь, жду своего рождественского подарка. Для меня действительно один единственный взгляд на Зака стал казаться чем-то несбыточным. Я притаилась.
«Наберись терпения. Ты столько времени ждала, что еще несколько минут ничего не решат!» — убеждала я себя, — «У тебя есть еще час!»
  
Глава 15
 
Через полчаса ожидания, когда я практически отчаялась и стала замерзать, возле окна появились трое. Я сразу всех узнала. Красивая светло-русая молодая женщина маленького росточка крепко держала Зака за плечи. Сам же Зак был прекрасен, он стал еще красивее в этой ипостаси, хотя очень напряженным. Каштановые волосы очень красиво отливали золотом и были аккуратно зачесаны. Его лицо все было в напряжении, даже жевалки ходили, смотрел он на красивейшую елку, но радости в его почти черных глазах я не заметила. Тем не менее, мое сердце резко похудело и чуть не выпрыгнуло из груди, как только он появился у окна, даже ощущение холода пропало. Ценой неимоверных усилий я заставила себя стоять на месте, хотя все тело сжалось в пружину от напряжения, готовое в любой момент рвануть с места к нему навстречу, но я точно знала, что этого делать нельзя. Он еще не готов.
Но вот пока я наблюдала за Заком, я не заметила, как в мою сторону направлялся ни кто иной, как Жозен. Вид у него был напряженно-внимательный. Он тщательно вглядывался и принюхивался в ближайшую территорию. Черт!
Я рванула с места, но не к Заку, а от него. Я мгновенно поняла, что делает Жозен. Он проверяет территорию на наличие соблазнов, а точнее людей и животных.
Я летела с максимальной для себя скоростью. Я даже не придавала значения, куда, собственно говоря, бегу. Остановилась я буквально на границе леса. Я, как и предполагалось, прибежала к окраине леса за общежитием. Хорошо, что я не перевоплощалась потому, как прямо через пару секунд из-за здания общежития вылетел Марк.
— Нет, ну, где ты ходишь? Мы уже всех подняли на твои поиски! Через сорок минут концерт, а тебя все еще нет! Ты решила нас до инфаркта довести? — возмущался гитарист. Парень был уже полностью готов к выступлению, в то время как я была в нелицеприятном состоянии. Марк продолжал что-то говорить, а тихо плелась за ним. Я воспроизвела в своей памяти напряженное лицо Зака. Я была словно робот. Шла туда, куда меня повели, одела то, что мне сказали. Таким поведением я немало удивила ребят. Но стоило мне подойти к сцене, когда я увидела студентов всего университета, ждущих нас, мое оцепенение как рукой сняло. Я тут же улыбнулась, глянула на себя, оценив свой внешний вид, поняла, что одежду мне выбрала Флориш, но что поделать, сама виновата! Я подмигнула стоявшему рядом и переминающемуся с ноги на ногу Энтони, оглянулась на Флориш, состроила ей гримасу и под звуки аплодисментов сделала шаг на сцену.
Выступление прошло на ура! Все были в восторге. Бал был в полном разгаре. Все время пока я стояла на сцене я не вспоминала Зака, но стоило только мне сделать шаг в зал, как мысли вновь вернулись к нему. Мои глаза как специально наткнулись на несколько целующихся парочек. Конечно же, от такой сцены мое сердце потяжелело на целый пуд и стало захлебываться кровью, слезы подступили к глазам и всхлипывания подступили к горлу. Только сейчас я поняла, что сама сделала себе хуже. После столько недавнего лицезрения любимого пойти на бал к счастливым парам, было верхом мазохизма.