Мученик Саббат (ЛП)

Переработанный воздух в сортировочной раненых на Улице Тарифа был влажным и вонял химикатами. Вереница грузовиков, управляемых волонтерами из гражданских, направлялась во двор, чтобы забрать раненых, которые могли передвигаться, в лазареты в ульях. Гаунт проталкивался через толпы раненых. Крики, стоны и безумные голоса окружали его со всех сторон.
— Где Дорден? — крикнул Гаунт.
Фоскин, его халат был перепачкан кровью, поднял взгляд от трясущегося солдата из отрядов Люго на каталке, и показал дальше по залу.
— Доктор?
Дорден вышел из временного навеса, сделанного из пластика, прикрепленного к дверной раме.
Он был сильно перепачкан кровью, и на его лице была сильная усталость.
— Прибыл,— сказал он.
Несколько санитаров везли Харка на каталке, чтобы эвакуировать к улей. Гаунт едва мог видеть его под пластиковым медицинским респиратором и стерильными тампонами, примотанными к его левой стороне. Толстые трубки змеились от его тела к капельницам, висящим на проводе в изголовье каталки, и аппарату переливания крови под ней.
— Фес... — сказал Гаунт. Он глянул на Дордена.
— Огромная травма левой части тела. Потерял руку, левый глаз, ухо, и большую часть костей и тканей, парни Грелла нашли его и принесли сюда. Он почти истек кровью.
— Он выберется?
Пол тряхнуло.
— А кто-нибудь из нас? — мрачно спросил Дорден.
— Ты знаешь, что я имею ввиду!
Дорден вздохнул. — Он сильный. Стойкий. Он сможет. Мы отправляем его в интенсивную терапию.
Ибрам...
— Что?
— Когда Грелл нашел его, Харк был окружен трупами Маккендрика и всего его взвода.
— Все... все мертвы?
— Да. Грелл сказал, что это было похоже на лавку мясника. Что-то по-настоящему превосходило их.
— Кровавый Пакт...
Дорден помотал головой, и взял маленький хирургический поднос из нержавеющей стали. Он протянул его. Несколько вещей лежали на нем, тусклые от крови. Гаунт с любопытством протянул руку, чтобы взять одну.
— Не надо,— сказал Дорден. — Если ты конечно не хочешь отрезать себе кончики пальцев.
— Это то, о чем я думаю?
Дорден кивнул. — Обломки от заряда флешета локсатля. Я вынул их из плеча Харка.
— Боже-Император, они бросают на нас все.
— Это единственный отчет, что кто-то пострадал от локсатля, но я подумал, что ты должен знать.
— Спасибо,— сказал Гаунт. — Мне нужно выбираться отсюда.
— Есть еще кое-что, что я хочу, чтобы ты увидел,— сказал Дорден.
Палата была зарезервирована для наиболее тяжелораненых, включая тех, которых Дорден не разрешил перемещать. Доктор вел Гаунта к койке в углу, где Танитский солдат лежал под системой жизнеобеспечения.
Это был Костин, пьяница, чья халатность нанесла большой урон взводы Раглона на Айэксе.
— Ты слышал, что взвод Раглона сделал этим днем? — спросил Дорден.
Гаунт кивнул. Он гордился ими. Их импровизированная атака, когда Даура отрезали, помогла спасти больше семидесяти человек.
— Раглон принес Костина. Попадание в живот в бою. Возможно, не переживет этот день. Но Раглон хочет, чтобы о нем особенно позаботились. Скрытная атака была делом Костина. Раглон мне это лично сказал.
Раглона прижали, так что Костин взял ответственность и повел взвод. Обеспечил яростное прикрытие. Вытащил всех тех людей. Раглон хочет представить его к награде за героизм. Гаунт посмотрел на Дордена. Усталость лишила медика его обычной утонченности.
— Так значит, если бы я настоял на своем и казнил Костин на Айэксе, мы могли бы потерять все эти жизни.
Ты говоришь, что я должен поблагодарить тебя за...
— Не будь ослом, Гаунт! — проворчал Дорден, отворачиваясь. — Я тебе просто рассказал, как все было.
— Ты прав,— сказал Гаунт. Дорден остановился. — Я – комиссар, а ты – медик. Всегда будут времени, когда наши главные обязанности будут сталкиваться... сталкиваться в наихудших случаях. Суровая дисциплина и самоотверженная забота не соседствуют уютно. Я предполагаю, что это именно та разделяющая проблема, с которой приходится жить двум друзьям.
— Полагаю, что это так.
— Но здесь, сейчас... Извини меня. Ты был прав.
 
Дорден посмотрел в сторону, чувствуя себя по-дурацки. — Ладно, тогда. У тебя там нет войны, которую нужно выиграть или чего-то еще?
Гаунт быстро вышел из-за навеса и столкнулся лицом к лицу с Сориком в зале.
— Шеф? Что вы здесь делаете?
Лицо Сорика было твердым. — Простите, сэр. Я надеюсь, что вы поверите мне, когда я скажу, что не причиняю никакого вреда. Я всегда был верен, несмотря на то, что он мог сказать вам.
— Кто? Что такое?
— Просто сделайте для меня одну вещь, сэр. Выслушайте меня, а затем сделайте это быстро.
— Сделать быстро что, Агун?
— Казните меня, сэр.
— Сорик? Какого феса ты несешь?
— Я знаю, что Харк вам все рассказал, сэр. Я упрекаю себя в том, что не сделал этого раньше. Пластиковые навес позади Гаунта откинулся, и вышли три санитара, везущие Харка на каталке к погрузочной рампе.
Глаза Сорика расширились, когда он увидел тело, везущее мимо него.
— Я здесь потому, что Харка тяжело ранили, Сорик. Он был не в состоянии что-то мне сказать. Итак... а ты что хотел?
Сорик выпрямился, притягивая внимание к своему дряхлому большому телу. — Полковник-Комиссар, сэр. Мой долг и мой стыд признаться вам здесь в том, что на мне... на мне прикосновение варпа. Оно было на мне с Фантина, и я притворялся слишком долго. Проклятие псайкеров испортило мой разум. Я получаю сообщения, сэр. Наставления, советы, предупреждения. Все они были правдой. Мне очень жаль, сэр.
— Это шутка, Сорик?
— Нет, сэр. Хотел бы я, чтобы это было так.
Гаунт был ошеломлен. — Ты представляешь, что у меня нет другого выбора, Сержант? У меня нет выбора. Если во всем этом есть правда... если на тебе прикосновение варпа, я должен...
— Я это знаю, сэр.
— И что ты собираешься делать, Гаунт? Застрелить его? — Дорден стоял рядом с Гаунтом. Он все слышал.
— Я не верю, что даже самоотверженные медики решатся иметь дело с варпом, доктор.
— Это не какой-то вражеский отброс варпа, Ибрам,— сказал Дорден. — Это фесов Агун Сорик!
— Не заступайтесь за меня, док,— сказал Сорик. — Пожалуйста, это не правильно. Вы сами знаете, что во мне. Помните на Фантине, с Корбеком. Я знаю, это испугало вас.
Как Гаунт, так и Дорден хорошо помнили этот инцидент. И это, в самом деле, взволновало их.
— И с тех пор становилось хуже. Намного хуже. Казалось, что Сорик волновался, как будто что-то живое в его кармане изводило его.
— Стандартная практика говорит, что я должен пристрелить тебя прямо здесь,— сказал Гаунт. — Но, это ты, Агун, и я никогда не слышал, чтобы причуды варпа раскрывали себя. Дежурные? — Три часовых из СПО Херодора поспешили к ним. — Заберите у этого человека оружие и его знаки различия, и в наручники его. Сопроводите его в улей и заприте в самой охраняемой камере, которая там есть. Если он что-то попытается выкинуть, пристрелите его. И, когда доберетесь до улья, вызовите местную Гильдию Астропатов, чтобы проверить его.
— Да, сэр.
— Сэр, пожалуйста. До того, как они меня уведут. Я хочу предупредить вас.
— Агун, иди. Пока я не передумал.
— Сэр, пожалуйста! — Солдаты схватили Сорика и крепко сковали. — Пожалуйста! Ради всех нас!
Оно говорит мне – девять приближаются! Девять приближаются! Они убьют ее, и кровь будет на моих руках!
Пожалуйста, сэр! Именем всего святого! Пожалуйста, выслушайте меня! —  Утаскиваемый солдатами, крича, Сорик исчез в переполненном зале пункта.
— Может нам стоило послушать? — спросил Дорден.
Гаунт помотал головой. — Либо он говорил под давлением, в таком случае, я сожалею о его смерти, потому что он был чертовски хорошим солдатом. Либо... как он и сказал, его коснулся варп. Я поддерживаю первое объяснение. Тем не менее, ему нечего было сказать мне, во что бы я поверил. Ворчание сумасшедшего или извращенная ложь варпа.