Мученик Саббат (ЛП)

— Брин! — крикнул Корбек, но Майло уже бежал из укрытия.
— Ты будешь причиной моей смерти, мальчик! — добавил Корбек, когда стряхнул с себя руки Чирии и последовал за ним.
Майло выбежал на магистраль. Казалось, что Беати не видит его. Боже-Император, но она выглядел так великолепно в своей позолоченной броне с гравировкой.
Он закричал. Секундой позже, Корбек опрокинул его на землю в прыжке. Оба тяжело приземлились на дорожное покрытие.
Вспомогательные орудия Гибельного Клинка повернулись, чтобы взять на прицел золотую фигуру перед собой и выстрелили, но Святой там уже не было. Пустой участок дороги стремительно взорвался.
Одним прыжком, она забралась на корпус огромной машины, позади пушки Разрушитель и сбоку от главного орудия. Меч в ее руке двинулся, как коса.
Массивный главный ствол разрезало, отрезанная часть упала на корпус до того, как скатиться на землю. Края разреза ствола потрескивали от улетучивающейся голубой энергии.
— Дорогой Бог-Император... — неверяще, заикаясь произнес Корбек.
Беати развернула свой меч, и, схватившись обеими руками за эфес, воткнула лезвие глубоко в корпус танка.
Танк остановился. Она пригвоздила и убила водителя.
Люк наверху корпуса открылся, оттуда вылез командир танка, и схватился за стационарный болтер. Она снова прыгнула, в кувырке, и приземлилась башню позади люка. Ее урчащий меч проткнул и шею, и оружие.
— Корбек... Корбек, ты видел...? — прошептал Майло, наблюдая.
— Император, несомненно, защищает, приятель,— пробормотал Корбек.
Беати отстегнула золотой трубчатый заряд с пояса, привела его в действие и кинула в открытый люк. Затем она спрыгнула, головой вперед, с верхушки танка.
Майло и Корбек начали бежать в укрытие.
Гибельный Клинок не взорвался, но огонь хлынул через его сердце, и вырвался из нескольких люков.
Один из команды танка вылез наружу, горя, и упал на магистраль.
С опущенным мечом в правой руке, Беати шла к ним, сверкая броней, освещаемой позади горящим танком.
Майло и Корбек повернулись к ней.
— Рада видеть, братья,— сказала она.
Они оба поняли, что улыбаются.
— Это было поразительно. Ваше святейшество,— сказал Майло.
— Святейшество? — сделала она замечание. — Это так ты приветствуешь друга? Я – Саббат. Зови меня так, если ты должен меня как-нибудь называть.
Корбек бросил взгляд на Майло. Он был изумлен. Мальчик на самом деле не видел этого. Это была Сания, девушка, о которой Майло грезил годами. Но он не узнал ее, лицом к лицу.
Но, когда он сам об этом подумал, Корбек понял, что он и сам не может узнать ее. Он всего лишь знал, что это Сания, потому что Гаунт так сказал ему. Эта женщина, это существо, была ничем не похожа на эшоли, с которой он познакомился на Хагии. Сания была тихой, скромной, отстраненной. А эта женщина излучала веру, силу и энергию.
И, в то время как Сания была наслаждением для глаз, эта женщина перед ними была прекрасной. Такой прекрасной, что было больно. Она светилась. Не в плане пола или вожделения. Божественное воплощение красоты.
И она только что в одиночку уничтожила сверхтяжелый танк.
Корбек внезапно почувствовал себя печальным и неуклюжим.
— Ничего такого, как твои подвиги, которые ты когда-то совершил, Колм,— сказала она ему, как будто прочитала его мысли.
— Вы такая особенная,— пробормотал он.
Майло начал было что-то говорить, но затем быстро поднял свой лазган, прицеливаясь – как только что-то появилось – прямо ей в голову.
Он выстрелил, и выстрел пролетел прямо над ее левым плечом. Член команды Гибельного Клинка с поднятым болт-пистолетом, высунулся из бокового люка уничтоженного танка, его оружие было нацелено в спину Беати. Выстрел Майло попал ему в горло, и он упал на лицо, оружие катясь застучало по корпусу.
Беати вздрогнула и посмотрела назад. Когда она опять повернулась и посмотрела на Майло, на ее лице была широкая улыбка.
— Вы видите? — сказала она. — Вы видите? Без вас, я ничто. Император, благословенна будет его божественная благосклонность, дал мне силу, и скорость, и мощь за пределами человеческой. Но я не могу сражаться с врагом в одиночку. В одиночку, меня сокрушат. Чтобы жить, и чтобы побеждать, я полагаюсь на вас... на тебя, Майло, и на тебя Колм, на храбрых мужчин и женщин Имперской Гвардии, на моих верных воинов... и это Майло только что ясно продемонстрировал.
 
— Мы всего лишь служим, Беати,— пробормотал Корбек.
— Мы все всего лишь служим, Колм,— уверила она его, положив ему руку на лоб. Яростная головная боль, которую он еще даже не осознал, эффект от ужасного инфразвука Гибельного Клинка, уменьшилась и исчезла. Он себя чувствовал так хорошо. Фес! Он чувствовал себя опять на двадцать один год!
— Все мы, вместе, на пути в ночь. Я, может быть, что-то... что-то... Я не знаю что. Знаковая фигура, по меньшей мере. Точка сбора. Лидер. Но я ничто без вас. Лидер – ничто, если ей некого вести.
Она посмотрела на них.
— Вы понимаете? Я чувствую себя, как будто брожу в...
— Н-нет! — уверил ее Корбек.
— Мы понимаем,— сказал Майло.
— Это не только обо мне,— сказал она. — Это обо всех нас. Души Имперцев, собравшиеся вместе, чтобы прогнать тьму.
— Мы понимаем,— повторил Майло. Она повернулась, чтобы посмотреть на него, и опять улыбнулась.
— Я знала, что ты поймешь, Майло. Это начертано, как факт, в варпе. Теперь ты останешься со мной. С этого момента, пока все не закончится. Ты будешь защищать меня. Гаунт обещал то же самое.
— Я буду, леди,— сказал Майло.
— Ты не боишься, не так ли? — спросила она.
Он помотал головой.
— А я буду,— сказала она ему.
Гаунт со своими войсками прибыл на Принципал III несколькими минутами позже. Гаунт пристально смотрел на впечатляющие останки сверхтяжелого танка.
— Что случилось? — спросил он.
— Случилась Беати,— сказал Корбек.
— Где она сейчас?
— Наступает. Взвод Домора пошел с ней. И Майло тоже.
— Майло?
— Выглядело так, как будто он был очень важен. Как ее закадычный друг. Гаунт нахмурился. — Выглядишь уставшим,— сказал он Корбеку.
— Это был долгий день, сэр.
И он должен был стать еще более долгим, бесконечным. Имперцы, всего лишь, отбросили первую волну архиврага, а вторая приближалась у ней по пятам. У этой битвы перерывов не будет. Враг будет штурмовать Цивитас, пока он не падет.
— Я вызвал подкрепления,— сказал Гаунт своему полковнику. — Я хочу, чтобы отряды отошли назад и передохнули. Пусть твой тоже будет там.
— С нами все в порядке, сэр,— запротестовал Корбек.
— Я знаю. Но все равно отступите. Отступают Сорик, Халлер, Бюрон, Эулер, Скафонд, Фолоре, Мерин. Присоединись к ним, пожалуйста. Залатайте раны. Завтра будет иметь значение, если я смогу выдвинуть взводы, как твой, отдохнувшими.
— Если настанет это завтра,— вздохнул Корбек.
— Настанет,— решительно сказал Гаунт. — Теперь собери свой взвод и отступите. Взвод Корбека шел назад по извивающимся пустым улицам к внутренним защитным позициям, обложенным мешками с песком Полком Цивитас и СПО вдоль всего Склона Гильдии.
Все они могли слышать яростную битву на окраинах города.
— Госпиталь,— сказал офицер СПО, указывая рукой. Дорден и Керт оборудовали его в пустом помещении для домашнего скота. Корбек отправил раненых туда, но сам стоял в растерянности.
Он что-то услышал. Звук из своего прошлого, вызывающий ностальгию, который шел из дома напротив помещения.
Он подошел к дому и заглянул внутрь. Этот звук! Визг пилы. Этот запах древесной пыли, это воспоминание...
Там был штабель высушенной древесины, прямо перед низкой дверью. Бледный материал с прекрасным цветом.
Корбек пробежался пальцами по волокну. Он позабыл, какую часть в его жизни занимали запах и ощущение дерева. Часть в жизни каждого Танитца.
— Помочь тебе, солдат?
Корбек повернулся и стал вглядываться в темный интерьер строения. Старик, с древесной пылью на жестких волосах, укладывал доски на отрезной станок с пилой под светом единственной люминесцентной лампы.