Костяная колдунья

– Никак, – ответила я.
Челюсти мои разверзлись, и я чуть ли не одним глотком осушила свою чашку кофе.
– Ты что, совсем не спала?
– Нет, зато я перечитала чертову уйму всего, от корки до корки. И знаешь, хочется отметить, что мои предки были нереально гениальны. Спроси меня почему, – подбодрила я его с восторженной широкой улыбкой.
Я прекрасно понимала, что в маниакальном блеске глаз и повадках нелепого золотистого ретривера, от которых я никак не могла избавиться, была виновата усталость. Но я умирала от желания с кем-нибудь поговорить, а эспрессо-машина оказалась так себе собеседником.
Казалось, Роган сомневается, но потом он все-таки подыграл мне, как и положено хорошему парню, которым он вполне может быть… возможно… присяжные еще не вынесли приговор.
– Почему? – спросил он.
– Потому что они писали в гримуаре чернилами, в составе которых были частицы костей. А значит, пока я его читала, каждое слово, заклинание, заговор, рецепт и урок были внесены прямо сюда. – И я указала на свою голову. – Навсегда. Гениально! – заявила я, изобразив одобрительный воздушный поцелуй от шеф-повара.
Роган прыснул в кружку.
– А что? По-твоему, это не гениально? Только не говори, что ваш гримуар написан кровью и тебе уже известна эта фишка? – обескураженно взмолилась я.
– Нет, это и правда гениально, – уступил он, и улыбка снова озарила мое лицо. – Лучше скажи, мне просто интересно: когда у тебя недосып, какие у него бывают этапы? Очевидно, первый – одурение… – И он ткнул в меня пальцем так, будто других подтверждений ему и не требовалось.
Я задумалась над его вопросом.
– Одурение, голодный гнев, нетерпение и обнимашки – обычно все происходит именно так, – разоткровенничалась я.
– Буду знать, – усмехнулся Роган и поставил пустую чашку в раковину. – Ну что ж, вижу, ты уже одета и готова выдвигаться. Сперва поедем к Илону, потом накормим тебя и, смотря, что мы найдем, от этого и будем отталкиваться, – предложил он.
– А еще нам нужно отыскать того, кто сможет отвязать наши чары друг от друга, – вставила я свои коррективы в его план на день.
– По понедельникам они не собираются, но можно будет пойти к ним завтра, когда наступят сумерки.
Я с подозрением посмотрела на него, и он вздохнул, словно устал от моего недоверия.
– Я же пообещал тебе все исправить, как только мы найдем моего брата. Я не нарушу свое обещание, Леннокс, – сказал Роган, указав мне на запястье с изображением символа его клятвы.
Теперь вздохнула я.
– Ладно, но мне было бы гораздо спокойнее знать, что ты в курсе, как это сделать. В гримуаре я ничего не нашла о взаимном привязывании, но мой двоюродный брат кое-что узнал, и нам не стоит с этим тянуть. Я помогу тебе отыскать брата, и все же мы не можем рисковать своей магией из-за недоверия. Если хочешь, я дам клятву, что помогу тебе.
– Я тебе доверяю и сам не лгу. Ковен, к которому нам нужно обратиться, и правда не собирается по понедельникам. Самое раннее, когда мы сможем с ними поговорить, – завтрашний вечер.
– Хорошо, тогда завтра, – уступила я, допив кофе и встав со стула.
Подойдя к раковине, я поставила свою кружку рядом с его, наполнила их водой и повернулась к Рогану, который пристально наблюдал за мной.
– Ну, тогда идем, пока во мне не проснулся голодный гнев.
– После вас, – галантно предложил он.
Все, что я смогла сделать в ответ, – это закатить глаза.
«Даже не мечтай, Роган Кендрик. Меня не проведешь».
* * *
Илон жил примерно в двадцати минутах езды от дома Рогана. Судя по тому, что я увидела, Блэкбрайар был больше похож на деревню, чем на город. Дома были разбросаны далеко друг от друга, а между ними раскинулись просторные участки земли и множество деревьев. Я и не думала, что Теннесси – настолько зеленый штат. Даже не знаю, чего я ожидала, но здесь было красиво и очень спокойно. В такие моменты осознаешь, почему люди сбегают из большого города ради размеренной жизни в местечке вроде этого.
Длинная подъездная дорога, ведущая к дому Илона, ничем не была вымощена, в отличие дорожки у дома Рогана. Как мне показалось, это было сделано нарочно. Здесь царила какая-то недоброжелательная атмосфера. Но я подозревала, что так действовали защитные чары, наложенные на дом. У Рогана я ничего подобного не почувствовала. Вполне вероятно, что, даже если он и установил защиту, я ее не ощущала, поскольку наши чары были связаны друг с другом. Возможно, его обереги считали нас единым целым, потому и не сработали, как здешние. У меня в голове всплывали воспоминания о том, как Роган прорвался через защитный круг в лавке. И хотя мы с ним это не обсуждали, я подумала, что не ошиблась.
 
Я почувствовала этот дом еще до того, как увидела его. Ощущала ловушки, расставленные Илоном вокруг него. Наверное, стоило проявить осторожность – если бы меня не охватило такое восхищение.
Мы поднялись на холм, а там, посреди поляны, стоял двухэтажный дом – ожившая влажная мечта ценителей архитектуры в стиле королевы Анны. Это было здание насыщенного темно-синего цвета с белоснежной отделкой и золотыми акцентами на фронтонах, точеных столбах и опорах. Но как бы ни ошеломляли размеры дома и как бы ни впечатляли его детали, гораздо больше меня потрясли кости, которые я почуяла в фундаменте и около каждого входа.
Этот дом был крепостью остеоманта. С каким вниманием и тщательностью были наложены чары, а частицы костей вплетены в саму структуру дома и окружающих его владений, – я и не представляла, что такое возможно. От ощущений захватывало дух – это была самая настоящая тихая гавань костяного мага.
– Ну, что скажешь? – спросил меня Роган.
Хитрая улыбка сияла на чересчур красивом лице.
– Думаю, ты и так все понимаешь, – благоговейно прошептала я.
И снова сосредоточилась на доме по мере того, как мы приближались к нему.
– Я знал, что тебе здесь понравится, – с гордостью заявил он.
– Твой дом такой же? – спросила я, охваченная трепетом.
Не знаю почему, но мне казалось, маги вписываются в человеческое общество, покупая обычные дома и обходясь с ними по своему усмотрению. Но я ошибалась: здание, выросшее передо мной, явно было возведено магами и для магов, и я этому чертовски завидовала.
– Да, – подтвердил он. – Сама земля под ним пропитана кровью. Все материалы, из которых он построен, расписаны кровавыми благословениями и защитными символами. Для меня дом – самое безопасное в мире место. Дом Илона тоже должен был быть для него таким.
Внедорожник, выбранный Роганом, затормозил рядом с трехместным гаражом. В голове крутилась лишь одна мысль: сколько же все это стоило? Этот вопрос чуть было не сорвался у меня с языка, но я прикусила его, вовремя вспомнив о хороших манерах. Я знала, что мои предки-остеоманты оставили мне внушительную заначку. Но даже с ее учетом дом вроде этого явно был мне не по карману.
– Да, не похоже, чтобы хоть кто-то мог пробраться сюда без приглашения, – согласилась я, обводя рукой участок вокруг дома и полосу леса поодаль от него. – Вопрос в том, кого он впустил и почему скрыл это от тебя? – спросила я, повернувшись, чтобы видеть выражение лица Рогана.
Он посмотрел на дом и эркеры, блестящие в утреннем свете, а потом пожал плечами:
– Если бы я знал.
Я открыла дверцу машины и вышла на прохладный утренний воздух. Ни в одной из молекул, которые я вдыхала, не было ни намека на большой город. Если бы я не знала наверняка, то поклялась бы, что ощущаю едва уловимый аромат желудевой тыквы и яблок в ветре, который развевал мои волосы.
Роган захлопнул дверь машины, и звук эхом прокатился до деревьев вдали. Он подошел к гаражу, ввел код, и ворота начали медленно подниматься. Я прошла вслед за Роганом в дом мимо белого внедорожника поменьше, чем был у него.
Пол из светлого дерева с узором елочкой вел на кухню. Было заметно, что интерьер не так давно освежили, но он сохранил очарование и самобытность, присущие этому дому.