Вернуться 4 (СИ)

Хотя Роман и предлагал свою помощь в решение подобных проблем, готовый идти на многое, но получил прямое указание не лезть…
* * *
— Азот! Это Леший. На позиции.
— Принял!
— Азот! Это Атом. На позиции.
— Принял!
В эфире раздалась перекличка бойцов, что заняли облюбованные ими лёжки, а теперь отчитывались перед своим командиром, показывая готовность к началу работы.
Снайпера с винтовками СВД в руках, расположились на противоположных краях выработанного карьера, коих в Перми было полно, а рядом с ними находились по одному автоматчику, прикрывающих снайперов и выступающих в качестве вторых номеров.
Глотов с Петровым настаивали на пулемётчиках, благо в тайниках имелось аж четыре ПКМ, с несколькими десятками тысяч патронов к ним. Герман послал этих милитаристов подальше с их завиральными идеями. Им только пулемётов не хватало на «стрелке», автоматами обойдутся.
И так это оружие пришлось отправлять под прикрытием ребят из ОВД Сылвы, одетых в милицейскую форму и на милицейских УАЗ-ах. Правда выступили они только в качестве перевозчиков, а потом отъехали от карьера на несколько километров и негласно стали контролировать подъездную глухую дорогу к нему.
Архипенко даже не был поставлен в известность о том, что утром подчинённые ему работники в количестве шести человек забрали оружие в оружейной комнате, а потом попрыгали в служебные машины и укатили в неизвестном направлении. Об этом ему дежурный по телефону сообщил, уже после отъезда бойцов.
— Я тебя предупреждал Степан Владимирович, что они подчиняются тебе до определенного предела, — спокойный голос Романа звучал в трубке телефона, номер телефона которого Архипенко сразу набрал, когда узнал о произошедшем. — Им поступил приказ, они его выполняют. Ладно, не трахай мне мозги, всё будет нормально. Всё, пока, — и в трубке раздались гудки.
Герману хотелось, чтобы поменьше людей участвовало в том, что он планировал. Вернее, думал, что пойдёт именно так, как он подозревал. Явно с этими бандитами по-хорошему не получится. Не тот психотип.
* * *
— Что-то не нравятся мне эти люди, — выдал Наливаев, сидевший рядом с водителем джипа «Черрокки».
— Да ладно, лошки какие-то, сейчас приедем и разберемся с ними, — не поддержал своего кореша Кислинский.
— Ты глаза этого, как его, — вспоминал Наливаев. — А, Глотова видел?
— Ну видел и что? — не понимал Кислинский.
— У него глаза убийцы!
— Ой, да что ты начинаешь, обычный лох, который отобрал у нас жирный кусок, — вспомнил Кислинский, как орал Тарай, когда узнал, что большая доля предприятия была продана каким-то непонятным людям.
Как узнали про «Титан», то отправили к ним человека с сообщением о встрече, а спустя день им позвонил какой-то непонятный тип, представившийся Глотовым Михаилом, а потом попросил встретиться с ним в одном из ресторанов города. Там этому лоху Наливаев и Кислинский предъявили, что Тараев хочет встретиться с собственником или авторитетными людьми, которые ответят ему за беспредел с «Сильвинитом».
Выяснить, что кипрская компания, приобретшая долю «Сильвинита», на самом деле имеет прямое отношение к странной компании «Титан», находящейся на территории г. Пермь не составило труда.
— Да пошли вы все! — пьяный и счастливый голос бывшего компаньона Никитки издевательски звучал в трубке телефона. — И ты, Тарай, в частности.
— Никита, а ты берега не попутал? — тихий, но буквально звеневший от ярости голос Тараева раздался в трубке. Ранее этот вшивый комерс не позволял себе так говорить с ним, а тут…
Пьющий уже несколько дней, с момента продажи своей доли, Никита Михайлович в пьяном угаре и безбашенности, находящийся в эйфории от полученной свободы и ощущения получения свободы от давления от пугающего его до смерти бандита, бывший владелец сам позвонил Тараеву и издевательски сообщил ему о продаже, буквально насмехаясь над криминальным авторитетом.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся пьяным смехом Никита Михайлович. — руки у тебя коротки, Тарай! Как тебя ребята из этого «Титана» обыграли, а? Любо-дорого было посмотреть.
 
Тараев скрипнул зубами, ведь у него прямо из рук вырвали очень жирный кусок, а он просто не успел. Изначально, вложения в «Сильвинит» были простым отмыванием криминальных денег. Он не особо рассчитывал на какие-то большие прибыли, но оказалось, что он ошибся. К своему удивление объем добываемой «Сильвинитом» продукции с каждым годом требовался покупателям во всё большем и большем объеме. И в какой-то момент прибыли от этого стала ощутимо превышать доход от криминального бизнеса. С учётом этого, Тарай стал всё больше денег вкладывать в сферу добычи природных ископаемых.
Но преступные наклонности и привычка получать всё желательно без вложения денег, а путем тупого отъема собственности проявилась в полной мере. Немного методы изменились: теперь его бригада работала с собственниками компаний путем рейдерских захватов их предприятий, но не забывая и старые методы: угрозы, избиение и похищение родственников, если собственники оказывались слишком упертыми.
До поры, до времени, Тараев не вмешивался в оперативное управление предприятием, но как-то посмотрев финансовые документы, понял, что «Сильвинит» выходит на первое место в его небольшой структуре предприятий по выгодности.
И где-то за месяц до финта ушами со стороны урода Никиты, он начал подумывать о смене генерального директора, а также получении 60%, принадлежавших его компаньону. И конечно, ни о какой настоящей сумме за долю Никиты и речи быть не могло.
И тут он узнает, что Никита начал вроде бы искать покупателя на свою долю, что ему категорически не понравилось, так что он приказал Кислому и Налиму начать слежку за компаньоном. Готовясь к его изъятию вместе с его семьей, переписыванию доли Никиты на одну из компаний Тараева, а потом их исчезновению на широких просторах большой страны. Никитка и его родственники должны были упокоиться в одном безлюдном и дальнем уголке области, где их бы никогда не нашли.
Но эта тварь умудрилась привлечь неизвестных людей, да ещё и сотрудников городского управления милиции, которые в один не совсем прекрасный день блокировали его людей, а потом выкрали семью Никиты.
И в первые несколько дней, после исчезновения Никиты с семьей, тем более, что два дня срочно нанятые адвокаты пытались разобраться с ситуацией по задержанию его людей. А тут ещё и выходные, да и следователь, задержавший его людей, просто пропал из виду, а найти его не представилось возможным. Попытка договориться с ОВД, где содержались задержанные, не увенчалась успехом.
— О чём вы вообще говорите? — начальник ОВД, на которого вышли через третьих лиц, был не очень настроен на дружелюбную беседу с одним из адвокатов, пригласившего его в одно тихое и уютное место — кафе для приватного разговора: — Они задержаны по постановлению следователя городской прокуратуры. Если я хотя бы заикнусь, не говоря о моей помощи в освобождении ваших людей, то в понедельник я сам в это КПЗ сяду.
Тараев находился в небольшом ступоре, да и других дел было много. Но тут звонок Никитки и сообщение о новом собственнике — компании «Титан».
* * *
— Азот! Это Кадет! Вижу движение, — неожиданно раздалось в рации. Вышел на связь второй номер Лешего, прикрывавшего его.
— Азот! Это Тренер! Вижу движение, — подал голос второй номер Атома.
— Циркулярно! Взять тихо. При попытке вооруженного сопротивления — уничтожить! — не собирался Петров подставлять своих людей под пули.
— Азот! Это Кадет! Два минус!
— Азот! Это Тренер! Один двухсотый.
Время «стрелки» было назначено на десять утра. А неожиданные гости явились в девять утра, только вот встречающая сторона находилась на месте с 8-и утра. Так что встретили неизвестных во всеоружии и с оборудованием лежек для снайперов и их охранников. Визиту ранних гостей совсем не удивились, не беспочвенно ожидая подобных любителей прийти пораньше.