Вернуться 4 (СИ)
Часть людей на него даже внимания не обратили, а бабулька с девушкой подозрительно стали на него смотреть, когда увидели, что он пристально рассматривает их.
— Герман, что за детский сад⁈ — возмущению Петрова не было предела, когда его начальник ему раскрыл свой план по доведению отдельно взятого мудака следователя до увольнения по его же собственному желанию.
И теперь каждый выход болезного не оставался ни минуты без чужого и гнетущего внимания. В связи с чем Куравлев постоянно слышал вопросы на улице, в магазинах, аптеке про сломанные конечности или непонятые разговоры, вроде никак его не касающиеся, но всё время они крутились вокруг целостности костей скелета.
В спектакле участвовали несколько человек, в том числе и женщины, обладающих артистическим талантом. Как из «силовиков» и «топтунов»: и там, и там были женщины, так и обычные работники из посёлка Сылва.
Куравлев так ни раз не мог понять, кто именно задаёт эти вопросы, а говорившим друг с другом людям не предъявишь, что они говорили именно про него, т. к. его фамилии не звучало; на него при этом не смотрели.
Хватило его именно на месяц, а потом он сломался и сам написал заявление по собственному желанию, уволившись в один день, как только закончился очередной больничный. Сразу получив новый больничный после оформления увольнения и на время пропал с горизонта.
* * *— В Москву сгонять? В клубешник какой? — подобные мысли для Германа были очень даже чем-то необычным. И в той жизни он не очень любил шататься по подобным заведения, а в этой — так и вообще подобные мысли какое-то отвращение вызывали.
Но смены обстановки захотелось просто жуть. С учётом того, что отдыха в Бангкоке толком не получилось из-за отдельной взятых уродов. И изредка ощущения определенной паники оттого, что мог потерять кого-то из женщин и друзей.
Тут лежавший на столе телефон завибрировал от входящего звонка, т. к. Герман на работе всегда ставил беззвучный режим, чтобы тот его не раздражал трезвоном.
— Да! — в трубке раздался голос Алекса, просившего заехать сегодня в офис для решения одной из возникших проблем. — Я понял, заскочу в обед. Да, пусть борща сделают со сметаной, — попросил он.
Работы в прокуратуре хоть ложкой, а лучше половником, — жри, но не обращать внимание на его основные коммерческие дела — без штанов останешься. Так что в обед Герман сел в свою машину и через десять минут заходил в офис «Титана» на первом этаже. Кивнув и поздоровавшись с двумя охранниками в форме СБ их компании, которые радостно поприветствовали и открыли ему турникет на входе дистанционно. Да, Герман одним из первых установил турникеты для входа, выхода в здание. Пока без электронных пропусков, такой технологии в стране ещё не было. Но лиха беда начало…
— Чё звали? — он плюхнулся в своё любимое кресло в конференц-зале, расположенное не во главе «Т» образного стола, а сбоку, т. к. не очень любил, когда на нём сосредотачивались взгляды присутствующих в зале.
— На меня вышел собственник «Сильвинита», ну про которого я ранее говорил, — начал присутствующий здесь Манарбек, как и Алекс, сидевшие напротив Германа, прекрасно зная про его любимое место на совещаниях.
— Ну отлично, а меня зачем позвали? — не совсем понял и удивился Герман.
— Он готов продать свою долю, но очень боится своего компаньона. Считает его бандитом, который убьет его только за упоминание о продаже его доли, — высказался Алекс.
— И сколько этому бандиту принадлежит акций или долей?
— Бандиту или кто он там — 40% долей в обществе, — подключился Манар. — Нашему трусливому продавцу, соответственно, 60%.
— Прошу прощений, поздно сообщили, — в зал быстро зашел Петров и присел в соседней кресло рядом с Германом.
— Я так понимаю, что наш продавец хочет?.. — взгляд Германа упёрся в Манара.
— Да защиты он хочет. Говорит, что готов продать и сразу навсегда покинет страну, после завершения сделки, — высказался Петров.
— Ну куда он уедет из страны после этого — мне плевать. Ладно — это возможный вариант, — согласился Герман. — Виктор, ты… Стоп, — он вытащил из кармана куртки телефон и быстро набрал номер. — Рома, ты где? Блин, вот нахрена ты стал начальником отдела, если сам сидишь в засаде. Обедал?.. Далеко?.. Мухой в офис, давай, жду, — и нажал отбой.
— Роман приедет? — спросил Алекс, а на лицах остальных было заметно, что их это тоже заинтересовало.
— Да, а мы, пока он едет, пойдём, борщеца навернём, — Герман встал из кресла и пошел на выход, чтобы пройти в отдельную комнату для приёма пищи руководством компании и важных гостей.
В соседнем помещении была своя небольшая профессиональная кухня, готовящая как для сотрудников, так и для начальства. Над ней полностью властвовала Серафима Петровна, мать Архипа, успевая отслеживать качество приготовляемых блюд в офисе, на базе, а также ресторане в Сылве. Проверяя свои объекты по нескольку раз в неделю. И горе тому или той, кто не соблюдал санитарные требования или ухудшал качество еды. Следовало первое, оно же последнее предупреждение, а потом — безжалостное увольнение. С учётом оплаты работникам в сфере приготовления еды в «Титане» в долларах и без задержек, нарушителей требований и рецептуры было катастрофически мало. И за всё время было уволено всего три работника из подчинённых Серафимы Петровны. Герман не вникал (больше ему делать нечего), но краем уха от Архипа слышал, что там действительно были ещё те кадры.
— Ох, Мария Ивановна, ваша готовка сегодня просто божественна, — Герман слопав аж две глубоких тарелки борща поблагодарил шеф-повара офиса, которая сама лично пришла в кабинет, чтобы засвидетельствовать своё почтение и выразить свою благодарность.
— Спасибо, Герман. Вы мне льстите, — зарумянилась женщина лет сорока, нанятая лично Серафимой Петровной, после тщательной проверки её профессиональных качеств, а также со стороны Петрова.
Виктор что-то там говорил Герману о не совсем легкой судьбе женщины, воспитывающей своего двенадцатилетнего сына без мужа, бросившего её и ушедшего к другой. Мария работала поваром в одном заштатном небольшом ресторане, где её нашла Серафима, которая просто не успевала лично готовить на нескольких объектах «Титана», так что ей нужны были помощницы, но не уступающие ей в готовке еды.
Общество настоящих профессионалов в приготовлении кулинарных шедевров не такое уж большое, несмотря на немаленький город Пермь. Тут один сказал, там вторая и Мария удостоилась встречи с Серафимой, которая пригласила её в офис и несколько часов смотрела на её готовку, а потом сама лично снимала пробу. Признала, что огрехи имеются, но под её руководством всё можно легко исправить.
Марию ошеломила зарплата, которую ей предложили в 600 долларов. Такие деньги получал не каждый шеф-повар какого-нибудь пафосного ресторана. Так, а никто на поваре, который готовить еду для них любимых экономить не собирался. И ещё трёх помощниц выделили, помимо официанток, обслуживающих всех, кто посещал так называемую столовую в офисе.
Серафима Петровна была кровно заинтересована в наличии настоящих профессионалах на подконтрольных её объектах. Ведь ей доплачивали за каждый новый и контролируемый ей объект общепита.
Особенно, Марию впечатлила реакция на её, вроде бы ничего не значащую оговорку, во время очередной инспекции Серафимы в офисе. Мария отработала где-то месяц, как в ходе разговора невзначай пожаловалась на неожиданно образовавшегося назойливого хахаля.
В её доме и её же подъезде, проживал мужчина лет за сорок, лысый, с большим пивным животом, решивший, что одинокая женщина ещё в самом соку, обязательно должна впечатлиться её неимоверной «статью» и «красотой». И в особенности тем, что он владеет тремя ларьками, приносящими неплохую прибыль, ну по меркам обычных граждан. И чего его потянула на неё, было не совсем понятно, так как молодые и развратный девки из его квартиры почти не вылезали, бухая и трахаясь с ним так, что слышал весь подъезд.