Вернуться 4 (СИ)

— Виктор! — взгляд Германа не предвещал ничего хорошего, так что Петров быстро пошел в сторону кафе.
Немного подумав, за ним отправился Герман, стараясь двигаться так, чтобы находится строго между столиком с женщинами и буйной компанией. Если что, то хотя бы на себя примет…
— Менты, — зашипел Макс.
— Да мне по@уй! — взъярился Жека, увидев, что к их компании приближаются сотрудники милиции и какие-то мужики в непонятной форме.
— Замерли! — крикнул один из сотрудников «Титана» подходящих к компании.
— Предъявите документы, — поддержал коллегу сотрудник милиции с автоматом в руках, пока не направляемый в сторону подозрительных лиц. — Пройдёмте в отделение.
— Волки позорные! — неожиданно заорал Жека, выдергивая пистолет из-за ремня правой рукой, не видя, что сзади на них резко бросились подобравшиеся бойцы в форме «Титана» и милиции.
— Бабах! — и на старуху бывает проруха.
Хорошо, что девчонки были в стороне, а вся четвёрка идиотов почти мгновенно была сбита на землю и скручена, а пистолет отобран, — только наркоман успел выстрелить…
Сбитый ударом Жека ничего не успел сделать, как его правая рука была перехвачена и направлена вниз, но пуля, ударившись об асфальт, отрекошетировала и улетела в сторону площади, в самую гущу людей.
— Ой, божечки! — неожиданно для всех раздался заполошный женский крик, полный непередаваемой боли и страха. — Мама-а-а!
— Ксения! Ксения! — раздался второй дикий женский крик.
— Да твою маму, — изначально обрадованный Герман, тем, как его ребята мгновенно повязали уродов, находящийся от образовавшейся свалки метрах в пяти мгновенно обернулся на крик.
Увидев, что метрах в десяти от него на землю оседает совсем молодая женщина, с огромным пузом, а чуть выше выпирающего живота на глазах набухает кровавое пятно на белой блузке…
Рядом с ней на колени грохнулась в истерике вторая женщина лет пятидесяти — мать или ещё кто, но сейчас не до выяснения таких обстоятельств.
— Скорую! Скорую! — орал вокруг народ, в основном женщины.
— Сука! Сука! — одним прыжком Герман оказался рядом с совсем молодой девчонкой, поднял голову часто дышавшей девушки. — Да как так-то, — он пытался понять, что за рана и что делать. — Скорую! — заорал он.
— Скорую! Немедленно на площадь, — побледневший Глотов орал в рацию на общей волне.
Изначально станции скорой медицинской помощи в самом посёлке не было. Поэтому «скорая помощь» приезжала из Перми при звонке на «03», а это занимало достаточно много времени. Так что ещё в прошлом году посёлку были подарены две новенькие полно приводные машины «Газель», из-за того, что некоторые улицы в посёлке пока не были приведены в соответствующее состояние. И в дождь или зимой обычная машина могла просто не проехать. Обе машины были нафаршированны медицинским оборудованием, о котором даже в Москве врачи могли только мечтать.
Главврач поселковой больницы не мог нарадоваться, ведь таким образом снимались многие вопросы: быстрая доставка больных в поселковую больницу, а при необходимости сразу в город.
— Ксения, доченька, — причитала женщина рядом со своей раненой дочерью и пытавшейся спасти девчонку Германом. — Как же так? Как же твои детишки? Она на девятом месяце, ей рожать через неделю…
Не прошло трёх минут, как рядом с лежавшей женщиной и стоящем рядом с ней Германом, который зажимал её рану руками, резко затормозила «Газель».
— Пропустите! — крикнула выскочившая из машины женщина в белом халате. — А ну пошли вон! Гриша, носилки, — командный голос быстро дал ей доступ к лежавшему на асфальте телу.
В этот момент водитель только выскакивал из машины, как задние двери оперативно открыли охранники и сотрудники милиции, мгновенно выдернув носилки, доставив к месту происшествия.
— Ксения! — кричала её мать. — Доктор, спасите их. У неё двое детей в животе: мальчик и девочка. Ей рожать скоро!
Девушку быстро положили на носилки, а потом вдвинули их в машину, захлопнув дверь. В боковую дверь запрыгнула врач, а водитель на своё место.
— Герман! Ты же спасешь её⁈ — вставший с земли Герман повернулся и глянул на Марину, которая смотрела на него так… Рядом с ней стояли напуганные женщины, смотря на него не менее странными взглядами.
 
— Да твою налево! — открылась задняя дверь «Газели» и неожиданно для врача в уже двинувшейся машине оказался Герман.
— Как она? — в этот момент врач нацепила на лицо раненой кислородную маску, затем специальными ножницами разрезала окровавленную, когда-то белую блузку и бросила её себе под ноги.
— Плоды не задеты, но повреждения лично для неё могут быть для фатальны, — врач глянула на него, но ответила. Она не знала, кто он, но неоднократно его видела, беседующего с руководством посёлка, так что вопросов по поводу его нахождения в машине задавать не стала.
— Виктор, звони в городскую, — он говорил в телефон. — Пусть встречают. — Довезём? — это было уже врачу.
— Почти 99 %, что нет, — отрицательно качнула головой врач, успев поставить два укола девушке, пытаясь «удержать» её.
Машина уже летела по направлению к Перми, выехав из Сылвы.
Герман глянул на часто-часто дышавшую девушку, врача, потом опять на девушку…
Никогда он этого не делал. И зарекся даже проверять. И как-то раньше подобного не случалось. Но эта девчушка, совсем ребёнок и двое детей у неё в пузе…
— А что это там? — неожиданно спросил Герман, изумленно взглянув в лобовое стекло машины.
— Что? — врач повернула голову в том же направление.
— Тум! — давно отрабатывал подобное, но на живых людях пока не разу, тут главное с его силами не убить субъекта атаки — удар основанием ладони в нижнюю часть затылка, с гарантированным «погашением» сознания.
— Ну как-то так, — он осторожно усадил потерявшую сознание врача на поворотное кресло рядом с каталкой с беременной.
Ведущий машину водитель ничего не заметил, полностью сосредоточенный на ведении машины по дороге, чтобы не перевернуть автомобиль на большой скорости.
Затем быстрый обыск ящиков — нашел хирургический набор: совсем не положенной «Скорой», но по его же требованию, после просьбы главного врача, купленный за большие деньги. И он точно знал, что он есть на каждой машине, так как сам не поленился облазить обе машины после доставки их в посёлок. Доверяй, но проверяй!
«Твою мать! Если кто-нибудь узнает, то мне кранты», — думал Герман, вытаскивая один из найденных им скальпелей из специального пенала.
Если об этом узнают, то на него откроют охоту все! И не только в России, а по всему миру, однозначно.
Он убрал с раны толстый марлевый тампон, обнажив небольшую дырочку прямо под «солнечным сплетением»…
Неправильные самоубийцы режут поперёк запястья, а в этом случае организм не даёт вытекать крови бурным потоком; а правильные — вдоль, прямо по вене.
Разрез спустя три секунды полностью закрылся, но примерно грамм пятьдесят его крови пролились прямо на огнестрельное ранение на теле девушки.
И на всякий случай, а вдруг поможет, еще один длинный разрез по предплечью — и поток крови упал на губы женщины, частично проникнув в ротовую полость.
И ожидание, ожидание чуда…
И вот оно — из раны резко пошла, пузырясь кровь, а потом показался сплющенный кусочек окровавленного металла — пуля, которую пальцами подхватил Герман, убрав в карман. Затем медленно, очень медленно, но пулевое отверстие стало затягиваться на его глазах, а бледный цвет лица возвращаться к нормальному.
— Ой! — в себя пришла врач. — Что случилось? — она не совсем осмысленным взглядом обвела внутренности автомобиля, а затем посмотрела на мужчину.
— Не знаю, — успел вернуть тампон на место бывшей раны, закрыв от глаз врача то, чего не могло быть. — Вы чего-то сомлели.
— Ничего не понимаю, — врач резко наклонилась к телу спокойно задышавшей девушки, приложила стетоскоп к груди и стала вслушиваться. — Состояние стабилизировалось. Уколы помогли?
— Давайте, быстрее, — через пятнадцать минут они подъехали к приёмному покою городской больницы, а там их уже ждали с носилками двое физически развитых санитара.