Малыш на миллион (СИ)

— Рано или поздно все прелести приедаются, все деликатесы становятся пресными, а вся роскошь блекнет. Наслаждайся моментом, пока для тебя это в новинку, — заявляет Багратов, разглядывая не океан и небо над ним, а мое лицо.
— Говорите так, словно вам все приелось.
— Спорить не стану. Ты угадала, — роняет безразлично, продолжая смотреть.
Внезапно Багратов поднимается и стягивает с себя просторную футболку, развязывает узел шнурка на шортах.
— Искупаться не хочешь?
Я отворачиваю пылающее лицо в сторону. Жгучая, запретная красота его тела пугает и будоражит одновременно.
— Как? Господи, я в одеяле. В пижаме!
— Не обязательно называть меня “господи”, можешь обращаться по имени. Если забыла, меня зовут Тимур… — посмеивается. — Пошли искупаемся?
— У меня нет купальника.
— Наши вещи привезут позднее. Но вода теплая! Можно и нагишом.
Прежде чем я успеваю пискнуть, прямиком рядом с моими ногами приземляются мужские трусы. Я роняю взгляд в песок. Он что… Голый, да? Вот прям совсем голый? Без ничего? Может быть, у него запасные трусы под трусами были? Или хотя бы плавки? Да, наверное, он заранее подготовился и плавки под трусы надел.
Бред какой-то приходит в голову!
Мое тело накрывает длинной тенью. Я все еще боюсь поднять взгляд, разглядываю песок.
Какой красивый, блестящий, чистый песок. Теплый, мелкий. Блестящий…
Кажется, мои мысли бегут по кругу.
— Ты идешь купаться или как?
— Иду. После вас.
— Дамы вперед.
— Нет-нет, я уступаю. Старшим уступать положено! Купайтесь на здоровье…
— Купайтесь? — выделяет последний слог.
Кажется, он немного рассержен. Откуда мне знать, какое выражение прячется на лице бородача, я же на песок смотрю.
— Долго ты мне еще выкать будешь, Серафима?
— Мы еще не так близки знакомы.
Он делает шаг в мою сторону. Я испуганно натягиваю одеяло на плечи, прячась от внезапного кольнувшего ощущения, где-то глубоко внутри, под самым сердцем екнуло, но мурашки поползли по коже, словно от холода!
— Давай это исправим? — предлагает Багратов.
— Как же?
— В горизонтальной плоскости можно. Сгодится? — спрашивает с остро блеснувшим сарказмом.
На глазах наворачиваются слезы. Зачем он такое предлагает?! Почему разозлился?! Он тем временем продолжает с издевкой:
— Я настаиваю. Хватит ходить вокруг главного. В доме есть кровать. Достаточно близкое знакомство выйдет?
Глава 17
Серафима
Тень Багратова накрывает меня с головой. Он меня пугает и будоражит одновременно. Неужели нельзя вести себя чуточку приличнее…
— У вас все в пошлые намеки упирается. Нет, это совсем не будет считаться близким знакомством. Я буду называть вас Тимур Дамирович. Сойдемся на этом.
— И на вы? — уточняет.
— Да. Как я уже сказала, вы старше и мы не столь близко знакомы, чтобы переходить на “ты”.
— Вариант с кроватью, значит, ты не рассматриваешь.
— Нет! — отвечаю, покраснев. — Это не считается.
— Что же тогда считается?
— Что-то более близкое.
— Телом к телу, без одежды. Куда ближе?!
— Я не про такую близость говорю. Про другую.
— Какую?!
— Сама не знаю. Но пока не могу перейти черту, — провожу пальчиками ног на песке линию.
Багратов нагло затаптывает ее своей ногой.
— Как хорошо, что Я могу.
— Нет же, — возражаю вяло. — Аааааа!
Он снова схватил меня и потащил. На этот раз к океану, перекинув через плечо. Мне представилась хорошая возможность разглядеть его крепкие, спортивные бедра.
— Поставьте меня. На берег верните! — взмолилась я.
Багратов только перехватывает покрепче и почему-то постоянно за попу.
— Готовься плавать. На счет три! Раз. Два…
— СТОЙТЕ! — запустила ногти в его спину, прочертив красные борозды. — Не бросайте меня в воду.
— Тепленькая. Не бойся!
— Я ПЛАВАТЬ НЕ УМЕЮ! — кричу.
— Ты же не серьезно.
— Я предельно серьезно. Не умею плавать. Не умею!
Багратов застыл.
— Почему?!
— Потому что не умею.
— Даже в бассейн не ходила?
— Даже в бассейн. Поэтому верните. На место. Я пятки возле берега промочу…
 
— Хорошо, — разворачивается обратно. — Сейчас доберемся до домика, я позвоню, пусть привезут чемоданы с одеждой, надувной круг, матрас и нарукавники…
— Зачем все это?
— Буду учить тебя плавать.
— О господи.
— Говорю же, зови меня просто Тимур.
— Оденьтесь, пожалуйста… — решаю опустить его отчество. — Тимур. Очень вас прошу.
— Умеешь ты уговаривать, Мышонок.
*** *** ***
По приказу Багратова нам привезли вещи и снаряжение для плавания. Я чуть под землю не провалилась от стыда, когда увидела “купальник” — одни веревочки и полосочки.
— Я такое надевать не стану. Не буду плавать!
— Почему?
Багратов умудряется еще и повертеть между пальцев этот купальник, прислонив трусики к моему телу.
— Не гони, Мышь. Тебе в самый раз будет.
— Я не про размер. Слишком открыто.
— Это же купальник, а не паранджа!
— Все равно.
Отворачиваюсь, захожу в отдельную кухню и просматриваю содержимое холодильника. Есть напитки и фрукты. По большей части, экзотические, я выбираю манго. Всегда хотела попробовать!
— Дай я сам, — Багратов отбирает у меня нож. — Доставай еще что-нибудь. Сделаю тебе фруктовый салат.
— Вы и это умеете? — спрашиваю, смотря, как ловко он обращается с ножом.
— Чего уметь-то? — ухмыляется. — Или ты думала, что я палец себе чикну?
— Не знаю. Ладно. Что еще отсюда съедобное?
— Скажу по секрету. Все.
Приходится выгрузить фрукты, выбираю на свой вкус по внешнему виду.
Ароматы стоят самые необыкновенные.
— Не думала, что вы умеете готовить.
— Я умею нарезать. Готовить — это женское! — возражает Багратов.
А что вы сейчас делаете? Разве не готовите? Так и подмывает задать вопрос.
Но я предпочитаю прикусить язык.
Багратов накромсал фруктов, потом безжалостно раздавил в кулаке половину грейпфрута и выдавил сок поверх нарезанных фруктов. Я как завороженная смотрю на его пальцы, стискивающие фрукт. Как он отряхивает их над мойкой и слизывает крупную каплю, скатившуюся по ребру ладони. Снова возникает странное чувство, внутри расползается волнующий жар.
— Ешь, — сверлит меня темным взглядом.
— Вам пошел бы колпак и поварской фартук.
— Ешь молча, — грозит ножом. — Уборка за тобой.
— Эй! — возмущаюсь. — Вы же тут целую гору насвинячили.
— Все честно. Я добыл еду, обеспечил очаг, твоя задача — поддерживать порядок в этой пещере и следить за очагом.
— Вот так мы и выяснили, что вы не лев, а неандерталец.
— Может я эволюционировал? Или как ты сказала…
— Притворяетесь глупым? Почему мне кажется, что у вас очень хорошее образование?
— У неандертальцев не бывает образования. Только школа выживания, — садится на высокий стул, глядя, как я ем.
— Спасибо, вкусно. Здесь все нужно делать самим?
— Я понял, почему ты не спешишь восторгаться этим местом. Боишься, что останешься голодной, обжорка. Не останешься, — успокаивает Багратов. — Поплаваем, отправимся на материк. Поужинаем в ресторане. В купальнике поплаваешь, — снова не отступает. — Или будем плавать голышом. Оба.
— Хорошо, я надену купальник. Порадую ваше чувство сарказма.
— Брось, ты будешь хорошо смотреться. Не все купальники предназначены для силиконовых жоп и сисек, есть и на натуральных девок. Вроде тебя…
— То есть я уже не уродина, а натуральная девка. Похвально.
— Уродиной я тебя не называл!
— Не прямо, но намекнули.
Багратов призадумался. Я в это время съела салат и принялась за уборку.
Потом прогулялась по домику. Все хорошо, вид чудесный, но…
Почему здесь всего одна кровать?! Наверняка Багратов просто любит спать на полу!
Кровать — моя.
*** *** ***
Потом мы отправились плавать.  Багратов серьезно за меня взялся, решив, что научит меня плавать за час или за два…