Седьмой лорд (СИ)

Про себя он подумал о том, что давно должен был понять, что князь Наньнина и такое прекрасное слово как «приличие» не имеют ничего общего. В будущем он определенно станет непостоянным, ветреным человеком. Если бы у У Си были сестры, он предпочел бы переломать им ноги, чем позволить познакомиться со столь ужасным мужчиной.
Все смеялись и веселились до поздней ночи. В какой-то момент Хэ Юньсин, чьим единственным стремлением было создавать в мире хаос, начал настойчиво подталкивать молодую служанку Шуй Мо к У Си. Несмотря на свое нежное имя, девушкой она была решительной и смелой. Устав от невнимания У Си, она присела вплотную к нему, чтобы накормить изо рта в рот. Терпение У Си лопнуло, он оттолкнул ее, встал и был близок к тому, чтобы гневно уйти.
Двое полупьяных и один притворяющийся пьяница тут же безжалостно захохотали. У Си нащупал спрятанную в рукаве отравленную иглу, представив, сколько таких воткнет в тело Цзин Ци по возвращении, поскольку именно он привел его сюда.
Оживление в главном зале царило до глубокой ночи — казалось, это никогда не закончится. Цзин Ци, однако, быстро потерял способность сидеть ровно и соскользнул на землю, словно грязь.
— Князю не следует больше пить, — сказал Чжоу Цзышу, поддержав его. — Завтра на рассвете тебе нужно спешить ко двору.
— Спешить... к черту это. Император не придет, я... я тоже не пойду...
Цзин Ци ловко воспользовался своим пьянством для совершения величайшего преступления. Даже У Си не мог понять, действительно он настолько пьян или притворяется. Раньше он был в ясном сознании, но что если теперь вино ударило в голову? Более того, он только сел, а уже выпил огромное количество этой дряни.
Как князь Наньнина мог произнести столь неподобающие слова вслух, будучи в трезвом уме?
Забыв о том, что он только что хотел вонзить в него отравленные иглы, У Си подозвал Пин Аня и лже А Синьлая , чтобы они вдвоем понесли его, и сказал:
— Я провожу его домой. Вы двое можете делать, что хотите.
— Ни в коем случае, мы еще не определили победителя! — громко возмутился Хэ Юньсин.
Его проигнорировали.
Су Цинлуань поспешно приказала стоявшей рядом служанке:
— Сейчас разгар осени, уже опустилась роса, нельзя допустить, чтобы он простудился. Пошли за экипажем.
У Си поджал губы, неуверенный ни в действиях Цзин Ци, ни в том, стоит ли брать экипаж этой женщины. Раньше он считал Су Цинлуань красивой и достойной жалости, не испытывал к ней особой симпатии и не хотел связываться. Однако иногда он думал, что она очень страдает, потому что наследный принц сначала заполучил ее, а теперь женится на другой из-за низкого положения Су Цинлуань в обществе, и испытывал к ней некоторое сочувствие.
Теперь же, узнав правду, он считал, что эта женщина способна притвориться кем угодно, ее лицемерие вызывало в людях лишь насмешку. Поэтому он не желал даже смотреть на нее.
Услышав ее слова, Цзин Ци, все еще покачивающийся, даже когда его поддерживали под руки два человека, сонно спросил:
— М-м... Экипаж? Какой экипаж? Там есть красавица?
Су Цинлуань оказалась в беспомощном положении и могла лишь обмануть его:
— Есть. Там будет все, чего пожелает князь.
Цзин Ци рассмеялся.
— Хорошо, хорошо, поехали... несите туда красавицу и поехали...
При этом он изо всех сил пытался выйти наружу.
У Си вынужден был последовать за ним.
Су Цинлуань лично проводила их. Два запряженных лошадьми экипажа ждали у входа. Возможно, их организовали заранее.
Она изначально опасалась, что Цзин Ци позовет кого-нибудь, потому даже привела с собой ту юную леди, но не ожидала сильного порыва холодного ветра, что ударил их, едва открылась дверь. Юный князь, не способный отличить одушевленное от неодушевленного и тем более не различающий стороны света, вырвался из рук Пин Аня и «А Синьлая», врезался в У Си, приподнял его подбородок и с хихиканьем сказал:
— Красавица, пойдем вместе с этим князем... Этот князь... никогда не обидит тебя...
Лицо У Си тотчас покраснело. Он протянул руку, чтобы ударить Цзин Ци по затылку и отвезти домой. К счастью, толпе удалось остановить его. Однако Цзин Ци изо всех сил вцепился в рукав «красавицы» и не собирался отпускать. Беспомощная Су Цинлуань могла лишь сказать юной леди держаться позади и позволить Цзин Ци затащить У Си за собой в экипаж.
 
***
 Примечания: 
[1] Здесь используется иероглиф 虚 (xū; qú) — пустота, ничто, небытие; душа (сердце), открытая(-ое) для восприятия истины.
[2] Цзянчжэ (江浙 — jiāngzhè) — сокращение от «провинции Цзянсу и Чжэцзян».
[3] 打草惊蛇 (dǎcǎo jīngshé) — косил траву, спугнул змею; обр. вспугнуть, насторожить, привлечь внимание (противника).
[4] 弱不禁风 (ruò bù jīn fēng) — такой слабый, что от ветерка с ног валится (обр. в знач.: еле держится на ногах, хилый, болезненный).
 Глава 30. «Кровавой ночью, в дурмане чувств...» 
Экипаж только вывернул на улицу, извозчик вел его очень медленно, как вдруг почувствовал нечто холодное у шеи и вздрогнул — сверкающий холодным блеском кинжал коснулся его кожи. Кто-то за его спиной спокойно сказал:
— Останови повозку.
Извозчик, слишком напуганный, чтобы сопротивляться, остановился у края дороги, дрожа от страха. Кинжал, прижатый к его коже, обвел вокруг шеи. Юноша в роскошных одеждах, который только что был настолько пьян, что не отличал женщину от мужчины, оказался совершенно трезв. Улыбнувшись, он сбросил извозчика с повозки, но не успел тот оказать сопротивление, как несколько человек тотчас поколотили его и заткнули рот.
Цзин Ци поиграл кинжалом в руке, смерил извозчика взглядом и сказал удерживающей его страже:
— Брат Цзышу догадался, по какой дороге он повезет нас. Нет смысла держать его здесь. Убейте его, чтобы избавить нас от неприятностей.
Согласно его приказу, один из охранников вышел вперед и обнажил короткий меч. Извозчик тотчас задергался изо всех сил. То ли намеренно, то ли по счастливой случайности яростное сопротивление помогло ему освободить рот.
— Пощадите, князь! — запричитал он. — Та женщина заплатила этому ничтожному, я ничего не знаю... пощадите!
Стражник остановился и взглянул в сторону Цзин Ци, ожидая его дальнейших указаний.
Цзин Ци нетерпеливо тряхнул рукавами.
— Кого ты пытаешься одурачить? Думаешь, этот князь настолько пьян? Су Цинлуань — одна из людей второго принца. Она пустила слух, что желает убить нас как свидетелей ради сохранения своей тайны. Зачем ей делать что-то столь бесхитростное, как тратиться на наемника? Продолжайте, не позволяйте ему вопить. Раздражает.
— Вы ошибаетесь, князь! — быстро заговорил извозчик. — Этот нижайший правда не имеет отношения ко второму принцу. Я был младшим монахом в храме «Поддержания пустоты», вождь Темных шаманов приказал мне сделать это...
— Разве не ты только что сказал, что это была женщина? Здесь нет и половины правды! Какого черта ты пялишься? Этот князь что, бросает слова на ветер? Убейте его!
— Вождь Темных шаманов — тоже женщина, а... — молниеносно залепетал извозчик. — А-а-а-а, господин, прошу вас, пощадите, прошу вас!
У Си несколько удивился. Он никогда не встречал этого таинственного главу, поэтому махнул рукой:
— Выслушаем его! Ты сказал, что вождь Темных шаманов — женщина?
Меч стражника замер на расстоянии ладони от его головы, так напугав кучера, что он обмочил штаны и спешно заговорил:
— Да, да... Госпожа Темных шаманов настороженно относится ко второму принцу. Этот нижайший слышал, как они тайно обсуждали, что второй принц держит их под домашним арестом в храме из опасения, что они наделают неприятностей и впутают его. А еще... а еще они сказали, что в будущем Его Высочество второй принц непременно заставит их замолчать. После этого госпожа Темных шаманов придумала план. Воспользовавшись именем Его Высочества второго принца, она заставила этого ничтожного обмануть барышню Цинлуань и приказать ей строго следить за князем и юным шаманом. Тогда они смогли бы убить вас и уйти, не попрощавшись, а Его Высочество второй принц никогда бы не нашел их...