Королевский тюльпан. Дилогия (СИ)

И вот теперь о новой должности бывшего маршала объявлено официально.
Граждане хулиганы, тунеядцы, алкоголики слегка пошумели.
Но король заговорил опять:
— Я прощаю всех вас за все деяния, совершенные до сегодняшнего дня. Если у кого-нибудь из горожан будут частные претензии, их убытки компенсирует казна. Но только за прошлое. Отныне в моем королевстве не будет ночной тайной власти. И не надейтесь подкупить судей или чиновников — я найду время для беседы с каждым из арестованных и узнаю истину. Например, — обратился он к пожилому головорезу, — сколько душ на твоей совести?
После короткого разговора выяснилось, что головорез помнит лишь две мокрухи из четырех. Еще парочка таких опытов и по притихшему криминальному стаду пронесся общий стон.
— В Городе много дел, — закончил король, — ищите себе работу. Я обещаю, что у каждого честного человека будут еда и дыхание.
Конечно, никто не был настолько наивен, чтобы поверить, что вчерашние преступники все дружно перевоспитаются и станут добропорядочными горожанами. Но часть из них действительно с облегчением оставит воровство и прочие безобразия позади, начнет с чистого листа. Мы поможем. А остальные…
А для остальных мы и создадим криминальную полицию. Найдем время, хотя его маловато.
* * * * *
Дел оказалось и правда много. Например, соседи, и так не очень мирные, решили, что новый король им что-то должен. Пришлось воевать, и немало ночных бойцов временно стали солдатами. Впрочем, войны были недолгими — магия оставляла короля очень уж медленно. В итоге остались должны соседи, а когда армию распускали, всем хорошо заплатили.
На Лирэна-криминалиста, конечно, кое-кто из бывших сотоварищей всерьез разозлился, даже было неудачное покушение — его предотвратил Паршивец, по просьбе Нико живший у нас дома. Но еще до того, как король прекратил свои телепатические опыты, многие жулики и грабители занялись мирными делами. Большого города без криминала не бывает, и все же, как заметила Магали, это уже была не ночная армия. Со временем, возможно, все станет сложнее, но пока мы победили.
Наша свадьба с господином префектом состоялась через полгода…
* * * * *
Год назад в загородном дворце молодой король и несколько приближенных играли в какой-то вариант волейбола — тот случай, когда его величество полагалось называть Нико. Охраны не было, поэтому к нам приблизился паренек его возраста в запыленном плаще и попросил разрешения поиграть с компанией. Нико принял его в игру, но я заметила, что он не посылает в него мяч со всей силы, а мягко перебрасывает.
— Почему вы меня щадите? — спросил гость.
— Не хочу испортить ваше личико, — рассмеялся король.
Гость покраснел, а я, догадавшаяся обо всем с первого взгляда, поняла, что если у Нико почти пропала телепатия, то не наблюдательность.
К нам пожаловала княжна из далекого княжества, давно узнавшая про короля-волшебника и решившая его увидеть.
После игры Нико пошел гулять с ней по берегу речки.
На следующий вечер он подошел ко мне, весь красный от смущения.
— Мама…
— Я все понимаю, — рассмеялась я, обнимая юношу. — Конечно, еще присмотрюсь, но пока что очень нравится. Веселая, умная и в меру оторва.
То, что это настоящая любовь, стало ясно уже через месяц, когда к Нико вернулась магия… С этим вообще все было странно, я, честно говоря, не слишком вникала в эти нюансы. Вроде как магия нужна королю больше всего при вступлении на трон, а потом она затихает до следующей коронации. И возвращается только в случае, когда король нашел свою настоящую любовь и должен ее защитить.
Мне эта защита принесла свои дивиденды: кроме любимой невестки, я получила почти постоянную дверь в прежний мир. И не против его навещать, только вот возвращаться насовсем больше не хотелось.
Навертели здешние демиурги, ничего не скажешь. Но не мне жаловаться. Франсю как-то пыталась объяснить мне тонкости процесса, но я отмахнулась обеими руками, занятая выстроенными на бывших пустошах цветниками.
 
Моя семья, мои лохматые лешие остались с нами, помогать в этом важном деле, а остальные лепесточники предпочли уйти. Они свободный народ со своими секретами и понятиями. Теперь их никто не тронет, цену за свой труд они получают честную, во многом не нуждаются. А приграничных пустошей осталось немало, несмотря на королевскую магию.
* * * * *
Кажется, вот и всё. В прежнем мире от меня практически ничего не осталось. Ни близких родственников, ни фамильных драгоценностей, ни — особое счастье — домашнего питомца.
Коллеги-цветочники, конечно, помнили и горевали. В Ватсапе даже появилась группа «Где наша Алина?». Общались со СМИ, собрали денег на частного детектива, но все как-то заглохло. Впрочем, стишок, сочиненный кем-то на годовщину моей пропажи, мне очень понравился:
Алиночка, нам не хватает слов,
Какой нелепый, страшный, жуткий случай,
Не знаем мы, в каком ты из миров,
Но верим в то, что в самом-самом лучшем!
Лирэн, его величество и Жанно так и не поняли, с чего я трясусь от смеха. Между прочим, «Миллион роз» обанкротился — наверное, потому, что потерял меня. Все его филиалы перешли другой цветоторговой фирме.
Так что дел в городе, знакомом, отчасти любимом, но уже не родном, у меня почти не оказалось. Все цифровые свидетельства своего пребывания в этом мире я прочитала за час. Правда, пришлось раскошелиться на покупку зарядки для телефона в магазине, в котором нашелся такой раритет. Пришлось сдать в неприметную ювелирку несколько золотых монет, кроме зарядки, накупить разной всячины в гипермаркете домовых товаров. И все равно кое-какие деньги остались.
Об этом я вспомнила, когда дождь закончился, мы продолжили прогулку и дошли до знакомого офиса. О чем и поведала Лирэну.
— А, вот где все началось, — усмехнулся он. — Братики, которые тебя вытащили, между прочим, хорошо устроились: один — хозяин медной мастерской, другой содержит трактир. Может, вернемся из этой цветочной лавки?
— Зачем пугать персонал? — усмехнулась я. — Вернемся как пришли — из заброшенного здания.
— Ну, ладно, — улыбнулся Лирэн, — но традицию надо соблюсти.
Мой муж и сейчас был так же ловок, как десять лет назад. Он метнулся в салон и почти сразу выскочил оттуда с огромным букетом.
— Мы должны вернуться с настоящими цветами, — сказал он.
— Да, — кивнула я, восхищенно вглядываясь в недавно раскрывшийся тюльпан. — Погоди-ка, надо купить удобрений и кашпо на память.
К О Н Е Ц