Миллионщик
Когда приехали, сопровождающий нас подполковник еще раз спросил, не нужно ли вызвать врача, но я сказал, что мне легче, и не надо никого беспокоить. Маша еще не вернулась. Сергей спросил, что случилось, и я все рассказал ему про мсье Базиля и его аферу с акциями.
– Сергей, ты говорил, у тебя есть юрист, специалист по делам, связанным с мошенничеством в бизнесе? Можно ли его вызвать сюда для консультации, гонорар у меня еще есть чем заплатить.
Тут появилась Маша с кучей шляпных картонок и каких-то магазинных коробок. Так я и знал, «достопримечательности» окажутся вариантом шоппинга. Подписал чек, поставив кляксу. Чертовы перьевые ручки. Паркер вроде как уже запатентовал своё изобретение, вот-вот появятся баллонные автоматические ручки с открытым пером, работающие по капиллярному принципу. А вот шариковые ручки и фломастеры еще не изобрели. Подозвал Сергея и, нарисовав трубочку с запрессованным вращающимся шариком, сказал:
– Сергей, дарю тебе изобретение, которое превратится в красивый лом в любом месте, где ты захочешь. Пойдешь в часовую мастерскую и попросишь сделать медную трубочку, запрессовав в конец стальной шарик (нарисовал размеры, для начала с коротким стержнем сантиметров на пять – для экспериментов самое то). Потом заполняешь трубочку вязкими чернилами на основе геля, так чтобы чернила не выливались, а, попадая на шарик, затем переносились им при вращении шарика на бумагу. Агар-агар для геля тебе Лиза принесет, его тут чуть-чуть и надо. В общем, экспериментируй и запатентуй устройство на себя, не забудь и чернила запатентовать. Поверь, это – золотое дно.
– Да я в изобретательстве ничего не понимаю.
– А что понимать, пока экспериментируй, получится, потом узнаешь, как патенты подают и запатентуй. Договорись с мелкой фабрикой и выпусти партию на пробу – такая ручка копейки будет тебе стоить, а продавать ее можно дорого, аналогов нет, ручка Паркера будет очень дорогой и все равно чернила будут из нее вытекать и портить одежду. Главное – гель подбери по составу, чтобы он быстро засыхал на бумаге, но не засыхал в трубке и не вытекал оттуда. На всякие расходы как моего представителя и эксперименты, вот тебе чек на сто тысяч франков. Пока вроде никаких контрактов от военных не будет, так что занимайся пишущим устройством и отслеживай фармацевтов, о которых я тебе говорил, читай местные коммерческие ведомости.
Утром приехал присяжный поверенный Агеева, очень обстоятельный и солидный швейцарец, он подробно расспросил меня о происшествии, причем начал с первой встречи с Базилем в Петербурге. По словам юриста выходило, что я имею дело с хитрым профессиональным мошенником, который все прекрасно рассчитал, банкротство Норденфельта (скорее всего, искусственное, и его иск были в то время, когда я был в Эфиопии. В Греции я тоже проводил медовый месяц, а не занимался бизнесом, поэтому вряд ли мог читать английские газеты трехмесячной давности, тем более что сведения о банкротстве и судах публикуются в «Financial Times» мелким шрифтом в конце. Захарофф рассчитал, что я заинтересован в пулеметах, поэтому сразу клюну на приманку, и примерное количество денег он тоже мог предполагать, поэтому не заломил заоблачную цену. Наоборот, он как бы хотел помочь бывшему партнеру Торстену, ничего не прося для себя.
Поверенный спросил, есть ли дата на контракте Захароффа со мной или на письме, которое он мне передал. Я ответил, что не помню, и юрист предположил, что ее там нет, поэтому Базиль может отвертеться, сказав, что он продал еще действующий бизнес. Так что внимательно смотрите на даты в контрактах! Тем не менее есть дата банковской транзакции на выдуманный счет Норденфельта, и работники банка могут опознать месье Базиля, который присутствовал при переводе денег – надо по «горячим следам» найти клерка, который осуществлял транзакцию, и подать заявление о мошенничестве в стране, где это случилось, то есть в Греции, тогда и суд должен быть там. Мне он рекомендовал связаться с Виккерсом и, предъявив бумаги, получить сведения о их несостоятельности (тем более что планировался визит «Чесмы» в Лондон – Сандро собирался нанести визиты вежливости в Британии и Дании). У Виккерса следует узнать, где находится их сотрудник Базиль Захарофф (заодно узнать, чей он подданный, если британский, то «британская корона» может его и не выдать).
В общем, дело не такое безнадежное, мошенничество налицо и крови мсье Базилю можно много попортить, а если он еще и акционер Виккерса, то раскрутить фирму на компенсацию убытков. Меня попросили снять копию с контракта (ксерокс, к сожалению, еще не придумали) и заверить ее у нотариуса, после этого прислать поверенному. Он еще раз посмотрит и тогда возбудит иск и свяжется с коллегами в Греции, чтобы получить информацию от клерка, хотя нет, это можно сделать и сейчас, до возбуждения иска. Спросил, есть ли у меня связи в греческом правительстве, я сказал, что «да» – король и королева, тем более греки явно «имеют зуб» на Базиля за полуподводную лодку, ржавеющую у пирса. Юрист сказал, что в таком случае лучшего варианта для иска нет, по крайней мере, Виккерса можно ославить на весь мир, и они, скорее всего, предпочтут отказаться от Базиля, а там уже составляется запрос на выдачу мошенника.
Потом перешли к делу Петра Воскресенского, я рассказал о нарушении контракта о пятилетнем невыезде из страны. Присяжный предположил, что «Фарбениндустри» могла и не знать об этом, но в любом случае ему нужен заверенный перевод контракта, что я и обещал прислать. Я заплатил гонорар, и мы расстались, договорившись поддерживать связь через Сергея.
Я уже собрался ехать на вокзал, как появился вчерашний подполковник и попросил меня и Сергея приехать в ратушу Федерального Совета (дворец для заседаний Совета еще только начал строиться, поэтому заседания проходят в старой ратуше). Президент и член Совета, отвечающий за социальные вопросы и медицину Карл Шенк [32] будут рады приять нас, чтобы обсудить пути для сотрудничества в медицине.
Разговор начал Шенк, он сказал, что президент поручил ему встретиться с известными в Швейцарии врачами и у всех, кроме одного, сложилось положительное мнение о новых русских препаратах, тем более что в соседней Франции их вовсю уже используют. Существует государственная программа борьбы с туберкулезом, поэтому правительство заинтересовано в закупке моих противотуберкулезных препаратов. Оказывается, они уже ввозятся через Францию и втридорога продаются в виде порошков в клиниках и санаториях для богатых. Опыт применения пока не достигает и полугода, однако многие доктора говорят о наметившиеся положительных сдвигах у больных, которых они раньше считали безнадежными.
Это и понятно, при легких формах положительное влияние будет менее заметно, так как его всегда можно списать на диету, подумал я. Режим и положительное влияние целебного горного воздуха, а вот где горный воздух точно не подействует, даже малейшая положительная динамика будет заметна.
– Есть приблизительно известная потребность в русских препаратах, – сказал Шенк, – но нам бы хотелось узнать заводскую цену.
– Для русских покупателей мы обычно применяем цену завода при самовывозе, то есть Ex Works или ab Verk, так как редко поставка весит сотни килограммов, чаще десятки. Но мы могли бы пойти на цену FOB [33] при значительных поставках, скажем, от тонны. Я бы хотел договориться о работе с крупными швейцарскими фармацевтическими компаниями об эксклюзивной дистрибьюции или продаже лицензии на производство, но после патентования здесь и лучше, если при приобретении через лицензию существенного пакета акций компании.
Шенк ответил, что сейчас он не вправе говорить от имени частных компаний, но такие переговоры он может провести и сообщить о наличии или отсутствии интереса с их стороны. Я сказал, что всю информацию он может получать через моего представителя в Швейцарии господина Агеева. Что касается текущей заявки, то можно хоть сейчас отправить телеграмму на завод и узнать цену, а также наличие, так как за препаратами выстраивается очередь из покупателей, но я напишу несколько слов, чтобы вам оказали приоритет. Так и сделали, составили телеграмму, и я ее отослал от своего имени. Шенк сказал, что пока заказ будет на 100 кг фтивастопа и 100 кг тубецида, самовывозом с завода, что организует швейцарский консул в России. Через два часа, пока мы обсуждали за обедом текущие проблемы и перспективы сотрудничества, пришел ответ от управляющего, где он написал, что фтивастоп есть, а вот тубецид весь разобрали и очередь до конца квартала.