Тилотама и дракон (СИ)

Он вдруг отошёл от друзей и двинулся в мою сторону.
— Метриса Виристоун, разрешите я вам помогу? Ни к чему девушке носить такие тяжести.
— Можно Тилотама. Вы уже второй раз мне помогаете, так что можно и по имени. Меня «Метрисой» только в суде величают — смутилась я.
А Морис снова улыбнулся одними краешками губ и забрал у меня толстенные тома. В его руках они почему-то сразу стали не такими уж и большими.
Мы прошли мимо оставленных им драконов, и мне, возможно, показалось, но я всё-же увидела на непроницаемых лицах его друзей удивлённое выражение. Оно мелькнуло и пропало, а один из них холодным тоном поинтересовался:
— Морис, тебя ждать?
— Нет. Я потом вас найду.
Мы вышли из Ратуши, спустились по ступенькам и направились в мою гостиницу. Не успели мы войти, как к дракону подбежал служитель. Странно, ко мне так никогда не подбегали и услуг не предлагали, хотя я всегда оставляла хорошие чаевые. Служитель затараторил про цены и про свободные номера. Но Морис осадил его и распорядился:
— Отнесите книги в номер Метрисы Виристоун.
Тот оторопело кивнул, но поспешил забрать толстенные тома из рук дракона. Ну да. Ему, совершенно точно, не стоило подниматься ко мне. Все правильно. Только вот обидно до ужаса. Морис ведь сейчас уйдёт. Я, было, собиралась поблагодарить и расстроиться, но не успела и рта раскрыть, как дракон спросил:
— Тилотама, вы не согласились бы пообедать со мной?
Он посмотрел в моё ошарашенное лицо и снова улыбнулся. И как это у него получается? Вот вроде бы и не улыбается, и в тоже время — его лицо озаряется светом, как будто ему очень хочется рассмеяться, но вот ну никак нельзя. Он же дракон!
Сил сказать что-то у меня не было, я во все глаза его рассматривала. Но вот кивнуть — у меня сил хватило. Причём не один раз. Вот же ж, Тами! Ну вот что ты киваешь, как та кукла заводная! Соберись уже!
Но дракон опять улыбнулся и, взяв мою безвольно повисшую вдоль тела руку, положил на свой локоть и повёл на улицу.
— Я не очень хорошо ориентируюсь в городе — раньше тут не бывал, но завтракал вот в этом ресторане и мне он показался вполне приличным — говорил он, ведя меня по площади.
Сума сойти. Я под ручку иду обедать с драконом! Мне вот ни за что никто не поверит. Драконы не обедают с гномами. Драконы с гномами ругаются, оскорбляют, судятся, но не обедают. Я точно знаю!
Но, тем не менее, мы вошли в лучший в городе ресторан. Я его, впрочем, таковым не считала. Цены тут заоблачные, а толку никакого. Поесть тут не получится. На огромных тарелках подавали что-то совершенно малюсенькое. При этом, так думала не только я, но и люди, мои клиенты, которые после удачного дела пытались меня сюда пригласить. Но у меня всегда хватало такта вежливо отказать и зазвать их в кабачок на соседней улице. Цены там были не в пример ниже, а когда наливали тарелку супа, то ложку там можно было смело опускать на дно. А здесь ты ею тут же в дно упирался, и она вся оставалась на поверхности. Как это вообще есть? Если толком и не зачерпнёшь?
Но вот с драконом я была в таком заторможено-растерянном состоянии, что и сообразить ничего не успела. И вот мы уже сидим за столиком, и нам уже принесли это меню с золотыми вставками. Я открыла и притормозила. Это что? Мне меню принесли на драконьем? Я его не знаю! Я недоуменно посмотрела на официанта, но тот порхал возле моего спутника и взгляд мой проигнорировал.
Дракон спокойно углубился в меню и жестом руки отослал официанта. Тот послушно упорхнул, а я осталась с этим совершенно непригодным для меня куском дорогого картона.
Морис недоуменно посмотрел на меня, явно не догадываясь о причинах моего затруднения. Я пожала плечами и объяснила:
— Я не говорю на драконьем. Вот как-то не было необходимости его учить. Согласна, это моё упущение, только вот не предвидела я, что мне придётся когда-нибудь участвовать в процессе с драконами выдала я.
Морис нахмурился и взял моё меню. А потом так вообще посуровел. Его глаза стали просто двумя серо-бурыми грозовыми тучами, и подскочившему по его знаку официанту было сказано таким ледяным тоном, что я бы, на его месте, замёрзла на месте:
 
— Потрудитесь заменить меню. И ещё одна ошибка и этот ресторан из «лучшего и дорогого» будет именоваться «самым непосещаемым».
Но видно официанту все-же стало плохо, потому что меню на всеобщем языке мне принёс уже другой служащий. Я углубилась в чтение, а Морис вдруг спросил:
— А какие языки вы изучали?
— Я свободно говорю на языке людей, орков и карликов.
— Это языки ваших клиентов?
— Нет, это в основном язык моих противников в суде. Чаще всего я представляю интересы гномов. Реже людей. Просто на моем первом слушанье орк начал так сильно бранится и оскорблять меня на орочьем, что мне до ужаса захотелось если и не ответить ему, то хотя бы понять. Поэтому я и выучила — пояснила я.
Морис снова улыбнулся, и я повеселела. А то после истории с меню настроение упало. Но я заказала все, что мне захотелось попробовать и даже больше. Гномы любят поесть. И да. Я тоже. И я не худенькая, и тростинкой мне никогда не стать. Я гномма. Так что и не буду притворяться тем, кем не являюсь и поем от души. Тем более, что после всех перипетий этого дня есть очень хотелось.
А вот Морис заказал очень немного. Но, как выяснилось, он просто знать не знал, ведать не ведал, какие тут большие тарелки и маленькие порции. Поэтому после первого же блюда он посмотрел на меня, а я кивнула. Да. Это всё так будет. И тут он улыбнулся не кончиками губ, как обычно, а широко и открыто. Ему явно понравился наш молчаливый обмен взглядами. Как будто и не нужны нам никакие вопросы. Мы и так поняли друг друга без слов.
— Признаться, Тилотама, я восхищён тем, как вы держались сегодня в зале заседаний. И тем объёмом проделанной вами работы. Вы сегодня в одиночку переломили все заседание. Это было великолепно — сказал он.
— Спасибо. Но вы разве не должны негодовать? Мы же противники?
— А я и негодую. Но это не мешает мне восхищаться.
— Тогда я тоже хотела бы сказать, что ваше выступление было безупречно.
Он наклонил голову, принимая мою похвалу.
— Как вы думаете, надолго это совещание затянется?
— По-разному. Но думаю, что теперь они захотят побеседовать с нами вне зала заседаний. Они пригласят нас в частном порядке и попытаются понять, насколько мы готовы к диалогу.
— А мы готовы? — и он испытующе посмотрел на меня.
Я отрицательно покачала головой. Я не открывала ему никакого секрета. Он и так это прекрасно понимал. Всем известно, что гномы очень любят хорошо поторговаться, а вначале спора неуступчивы до крайности. Даже если это — то самое выгодное предложение, которое они искали, и выгоднее всё равно не будет. Мы однозначно будем торговаться. А у меня в команде сплошные неуступчивые болва-… эээ …ретрограды.
— Я думаю, что недаром наших судей — пятеро. Я думаю, что они будут действовать по старинному клише урегулирования конфликтов. И именно на него я вам и советую ориентироваться — выдал мне вдруг Морис.
— А…Э… Я такого не проходила в Академии.
— Вы закончили Магическую Академию? — оживился он.
— Да. С отличием! — похвасталась я.
Потому что если есть чем хвастаться, гном всегда это сделает.
— Странно, что вам их не преподавали. Но мне не сложно рассказать. Если вкратце, то урегулирование конфликта делится на пять этапов или, по-другому, способов. И первое с чего стоит начинать — это «Приспособление», или, по-простому, уговоры.
— Нас будут уговаривать?
— Да. И не только вас. Всех. И вас, и нас, и судей. Все будут друг друга уговаривать.
— Ничего у нас не выйдет с этими уговорами.
— Согласен, но это только первый этап. Редко когда к концу уговоров что-то удаётся решить. Но именно с них и стоит начинать. Потому что это обычно немного гасит сам конфликт, даёт возможность прощупать противника и узнать его мотивы.
— Да — согласилась я, — именно с этого я и сама всё время начинаю. Только вот не знала, что действую согласно научному подходу.