Ведьма самых вредных правил, или мачеха ведёт отбор (СИ)

Примириться с собственной судьбой зачастую оказывалось намного сложнее, чем решиться на отчаянный шаг. Когда уже совершено последнее деяние, становится нечего терять… А если на кону стоит даже жизнь, можно играть по-крупному. Оландея понимала, что умрёт при любом раскладе. Так что первым и единственным решением, которое приняла тёмная ведьма, стала… борьба! Она противостояла целому миру в одиночку, пытаясь не допустить краха всего, что так долго и кропотливо создавала все эти годы. Она пыталась остаться в рамках приличий, но увы, жизнь иногда намного хуже.
Вот и для неё на горизонте замаячили проблемы в лице недовольства, захвата власти и предательства. В мире, где ты не можешь доверять никому, стать параноиком – самое простое дело. Как она продержалась и вообще не спятила, было удивительно. Чудо во плоти… По-другому и не назвать то, с каким рвением и холодным расчётом женщина планомерно истребляла врагов, укрепляла собственные позиции и не сдавала даже мизерного клочка земель.
Вздохнув, я присела на низенькую скамеечку, которая удачно располагалась на одной из веранд и пряталась от посторонних взглядов за раскидистыми зелёными кустами неизвестного мне происхождения и названия. Сейчас я была благодарна и за этот короткий перерыв. В голове творился настоящий бардак, и я не понимала, что вообще забыла в этом мире. моё воспитание и образование не шли ни в какое сравнение с настоящей королевой. Вот там да, можно было говорить о поистине монаршей грации, достоинстве и манере подать себя. А я же недоучка-скульптор, которая даже по профессии ни дня не отработала.
Какой, вообще, от меня может быть прок в этом мире? Парадные скульптуры лепить или рассказывать, что такое водопровод и керамические умывальники? Боюсь, это не тот вклад, который ожидают от последней темной ведьмы современности. От таких размышлений на душе становилось тоскливо и хотелось зарыдать. Вот только королевы не плачут, по крайней мере, не сидя на балкончике, который в любую секунду может посетить кто угодно. Идти же в спальню не хотелось: одна лишь мысль о говорящем зеркале повергала меня в трепет.
Собравшись с духом, я продолжила своё неспешное путешествие по новому дому. Мне стоило запомнить расположение комнат и переходов в кротчайшие сроки. Будет не очень хорошо, если правительница умудрится потеряться в собственном замке. Боюсь, этот прокол будет очень сложно объяснить стражникам, которым придётся меня разыскивать. Так что я шла и внимательно наблюдала за каждым кустом или картиной, пытаясь одновременно сопоставить все это в голове. Выходило из рук вон плохо. Но, слава богу, топографическим кретинизмом я не страдала, и на том спасибо верховным силам, кем бы они ни были.
Замерев у подножия очередной лестницы, привалилась спиной к шершавой стене и перевела дыхание. Господи, никогда бы в жизни не подумала о таком. Ну серьёзно, кто вообще в здравом уме будет рассчитывать на то, что, упав в речку, причём не с самого высокого моста, он окажется в другом мире? Я любила сказки, мне нравилось то ощущение всепоглощающего счастья и надежды, но я же не просила делать меня героиней подобной истории! Тем более засовывать в тело главной злодейки, которую к тому же считают чокнутой на всю голову. Так что по факту никто и не удивится, если моё поведение неожиданно выйдет из рамок привычного. Просто подумают, что это очередной сдвиг по фазе в белокурой голове.
Ну серьёзно, это уже выходило за все рамки адекватности. Вон – время за полночь, а никто даже не обеспокоен тем, что меня нет в комнате. Небось единственный, кто переживает сейчас обо мне, это Вальтанте, и то если узрел, то подумал, что я сбежала на поиски приключений на свою пятую точку. Хотя какие опасности могут поджидать самую грозную ведьму последнего десятилетия в её собственном замке? Ну, на самом деле любые… От внезапного нападения до не знаю, чего ещё. Так что остаётся только уповать на милость темных сил и волю сказочника. Верить в это было боязно, но необходимо, ибо собственная голова мне дороже.
 
Осмотрев место, в котором оказалась, поняла, что оно отдалённо похоже на то, которое описывал говорящий артефакт, когда рассказывал мне о принцессе. Получается, где-то тут находится её спальня. Интересно, ничего страшного, если я одним глазком взгляну на свою падчерицу? Проведя пальцами по гобелену с розами, отодвинула его и упёрлась в добротную дубовую дверь из светлой части дерева. Осторожно толкнув ручку, услышала, как с тихим щелчком она поддалась моему давлению.
Судорожно поймав воздух пересохшими вмиг губами, я отворила дверь и проскользнула внутрь. Узкую винтовую лестницу, уносившуюся куда-то в тёмные просторы, освещала только едва пробивающаяся из-за облаков луна. Небо было слишком темным, чтобы я могла нормально осмотреться в этом скромном пространстве. Подхватив полы длинного халата, я начала осторожно подниматься по каменным ступеням. К своему удивлению, поняла, что пылью не пахло и, кажется, тут постоянно делали влажную и сухую уборки, что было очень удивительно: я считала это место запущенным.
Скрип каблуков по камню немного нервировал и пугал, но я старалась не отступать и выполнить намеченное. Сколько ступеней мне пришлось преодолеть, я не посчитала, но мне казалось, что они бесконечные. На самом верху башни располагалась небольшая площадка с ещё одной дверью. Эта поддалась уже с большим усилием, но все же распахнула передо мной свои секреты. Комната, которую я узрела, была больше всего похожа на небольшой и комфортабельный люкс-номер отеля. Огромная кровать, столик с единственным стулом у окна с тяжёлыми партерами и полная обезличенность.
Если бы я не знала, что тут обитает принцесса, никогда бы не догадалась. На мой взгляд, больше всего это было похоже на гостевые покои, да ещё и для не самых приятных гостей. Усмехнувшись собственным мыслям, я скинула тапочки около двери и осторожно прошла к кровати. Я понимала, что вряд ли от зачарованного сна Малика очнётся из-за скрипа половиц, но так мне самой было спокойнее. Все же я не планировала вот так вторгаться во что-то личное и интимное, пусть и глубоко проклятой девушки.
Осторожно присев в кресло, я с любопытством начала рассматривать спящую передо мной принцессу. Должна признаться честно, она была миловидна и свежа, но с красотой моего лица не могла тягаться. Оландея была по-хищному прекрасна. Такая пугающая и интригующая, что от этого захватывало дух. А Малика словно полная её противоположность. Нежная, тонкая, как тростиночка, с черными кудрями шёлковых волос, разметавшихся по белым наволочкам. Розовые губки бантиком и маленький курносый носик. Признаться честно, я даже не знала, как это комментировать.
Закусив губу, я внимательнее всмотрелась в безмятежное чистое личико своей падчерицы. Вот если не знать, что она заколдована, так и не скажешь, что дама в беде. Действительно выглядело все так, словно девушка на секунду прикрыла глаза и вот-вот распахнёт сомкнутые ресницы. То ли блики одиноких лунных отблесков играли со мной злую шутку, то ли и в самом деле магия, применённая королевой, была особенной, но мне казалось, что Малика все слышит и понимает. Будто и не спит вовсе…
Чем больше я смотрела на играющие тени, тем отчётливее понимала, что мне становится жутковато в этой комнате. Не знаю, зачем вообще в неё пришла и как так вышло, но я не могла даже пошевелиться. Взгляд неотрывно следил за движением пушистых стрелочек черных ресниц. Словно каждый вдох пухлых губ делал со мной нечто непотребное. И чем объяснить это, я не понимала. Заколдованная принцесса словно пила мои силы и тянула жизнь по крупицам. И это внушало дикий ужас, нервное волнение и всепоглощающую панику. Вот только что-то не позволяло даже сдвинуться с места.
До первых лучей солнца я просидела у постели падчерицы, но стоило алым лучикам окрасить небосклон, как моё тело отпустили невидимые цепи. Поднявшись, я подхватила обувь и с ней в руках слетела вниз по лестнице. Не заботясь о том, что королеве не пристало бегать босой, я стремительно неслась по коридорам замка, практически не разбирая дороги. Сердце бешено колотилось в груди, и я надеялась только на то, что тело само вспомнит дорогу до комнаты. Когда же за спиной хлопнула дверь, не выдержав, сползла по ней и горько разрыдалась. Эмоции все же взяли верх…