Мачеха (СИ)
— Ну, пропажа чемодана лишний раз подтверждает версию об угнанной машине. — задумчиво сказал Юра.
— Так кого из них все-таки похитили Альку или Евгению Сергеевну? — резко спросила я.
Очень хотелось хоть какой-то определенности. Но больше всего хотелось, чтобы прямо сейчас Юрик уверенно сказал мне, что Алька попала в этот переплет случайно и ее обязательно скоро отпустят. Но, увы, это были несбыточные надежды. Неожиданно у Юры зазвонил сотовый телефон. Он несколько минут слушал доклад своего сотрудника, вставляя лишь междометия, а потом нажал отбой. На мой отчаянный вопросительный взгляд пояснил.
— Ни в одной больнице Альки нет, а вот машина с похожими приметами и примерно в нужное время действительно выезжала из города. Значит чутье меня не подвело. Ты не знаешь откуда приехала тетушка?
— Она не упоминала место, но сказала, что жила недалеко от Алькиных родителей, километрах в пятидесяти. Максим же приехал сюда с дочерью откуда-то из-под Саратова. — вспомнила я.
— Все сходится. — Юра ударил ладонью по столу. — Машина ехала именно в этом направлении.
— Я ничего не понимаю! — отчаянно замотала я головой.
— Так, Марьяна, слушай внимательно. — Юрик сел на диван и усадил меня рядом. — Сейчас мы поедем ко мне в офис и ты ответишь там на все вопросы, которые возникнут у моих оперативников. Кое-что они уже начали делать, но, чем полнее информация, тем быстрее все это закончится. Я, тем временем, займусь организацией похорон Максима.
При этих словах я вздрогнула и схватилась за голову. Как же я могла забыть о похоронах?!
— Ты не волнуйся, все будет как надо. О деньгах тоже не беспокойся — мы с тобой не чужие друг другу. — пресек он мои жалкие попытки возразить. — Соседям скажи, что Алька в больнице. Ну там, нервный срыв после смерти отца. Придумай что-нибудь.
Я снова заморгала, прогоняя слезы и уткнулась в большое Юркино плечо. Стало немного легче от того, что сильный и добрый мужчина взял на себя все мои беды и заботы. И, как бы в подтверждение этих мыслей, Юрик добавил.
— Жить пока будешь у меня.
— А как же Алька, вдруг она сможет позвонить домой, а меня нет? — не согласилась я.
— Через полчаса сюда подъедут ребята и организуют переадресовку всех твоих звонков на мой домашний телефон.
— И что, такое действительно возможно? — не поверила я.
— Тебе и не снилось, какая есть хитрая аппаратура. Поверь мне на слово. — не без гордости сказал Юрик.
* * *
Алина открыла глаза и уставилась в низкий грязный потолок над собой, который к тому же равномерно покачивался. Потолок был утыкан какими-то скобками и кронштейнами. «Где это я?» — подумала Алька и немного повернула голову. В носу стоял запах сушеных яблок, а голова была какой-то гулкой. Теперь девочка поняла, что находится в кузове машины «скорой помощи», а в кресле рядом с собой увидела тетю Женю, которая в задумчивости смотрела вперед через единственное прозрачное стекло.
— Теть Жень. — позвала Алина и тут же закашлялась, потому что в горле запершило и отчаянно заскреблось.
— Ах ты! — всполошилась тетушка. — Проснулась, девочка моя. Как ты себя чувствуешь?
— Ничего. — хрипло выдавила Алина. — вот только горло.
— Это пройдет. — радостно заверила ее Евгения Сергеевна. — Попей водички.
Она постучала в окно, отгораживающее кабину от кузова, и попросила у водителя бутылку с минеральной водой. Алина попила и ей действительно стало лучше.
— Куда мы едем? — спросила она уже нормальным голосом. — И где Марина?
— Едем мы в больницу к Марьяниному знакомому доктору. Она договорилась, что тебя положат на обследование. А сама она сейчас у твоего папы в другой больнице.
— Так он нашелся?! — вскрикнула Алина громко, так, что водитель «скорой» заинтересованно заглянул в окно.
— Нашелся, нашелся. — рассмеялась Евгения Сергеевна. — в аварию он попал и без сознания угодил в хирургическое отделение. Пока из наркоза не вышел, никто его имени не знал, потому что все его документы какие-то паразиты украли вместе с барсеткой.
— Значит мама у него? — снова уточнила Алина.
— Мама? — переспросила тетушка, слегка нахмурившись, а Алька тут же смутилась.
— Я Марину иногда про себя так называю. — начала объяснять девочка. — Она очень хорошая, а я никого с самого рождения мамой не звала.
— Ну, тебе виднее. — слегка поджала губы Евгения Сергеевна.
«Зря я, наверное, при ней оговорилась» — подумала Алина. — «Все-таки тетя Женя двоюродная сестра моей настоящей мамы и ей это может быть неприятно».
Тут машина въехала во двор и остановилась у небольшого больничного корпуса. Водитель вышел и отправился в приемный покой. «Какой смешной толстяк» — подумала Алька, глядя на его мешковатую одежду.
— Теть Жень, а меня-то зачем к врачу? — наконец догадалась спросить девочка.
— А ты разве ничего не помнишь?
Алина только покачала головой.
— У тебя был сильный нервный срыв и ты потеряла сознание, когда подумала, что папы нет в живых. Мы вызвали врача, он сделал тебе укол и ты уснула. Но Марьяна решила, что тебе обязательно надо пройти обследование и позвонила своему знакомому доктору.
— Что-то много у Марины знакомых мужчин объявилось в последнее время. — недовольно буркнула себе под нос Алька.
— Ты что-то сказала? — повернулась Евгения Сергеевна.
— Да нет, просто мысли вслух. — Алине почему-то не захотелось обсуждать Марининых знакомых с тетей Женей.
Очень вовремя на крыльце появился водитель и махнул им рукой. Алина вполне бодро спрыгнула на землю и вместе с тетушкой они направились к больничному корпусу. Девочка еще ни разу в своей жизни не лежала в больнице, поэтому с интересом рассматривала крашеные в белый цвет стены приемного покоя, небольшую очередь из тех, кто собирался ложиться на лечение, а особенно ее заинтересовал молодой человек с большой профессиональной видеокамерой на плече. Пожилая медсестра сердито выговаривала ему, показывая рукой на выход.
— Ну все, хватит уже, поснимали и хватит. Нам работать надо.
Молодой человек задорно улыбался, пятясь к двери, а когда увидел, что Алина на него смотрит, лукаво подмигнул и в последний раз широко обвел объективом камеры помещение приемного покоя.
— Беда с этими репортерами. — продолжала ворчать медсестра. — Ну чего интересного в том, что кандидату в депутаты в кафе набили морду. Нет, нужно тут же соваться в отделение с камерой.
«Чудной какой» — подумала Алька про молодого человека, но тут тетя Женя потянула ее за руку в боковую дверь, потом они прошли по коридору и постучали в другую дверь, на которой было написано ПРОЦЕДУРНАЯ.
В комнате находился врач в светло-зеленом халате и такого же цвета шапочке. Он стоял возле окна и курил в открытую фрамугу. Вид у него был какой-то замученный, а взгляд встревоженный.
— Здравствуйте, Валерий Андреевич, вот и мы. — голос у Евгении Сергеевны стал немного заискивающим.
— Здравствуйте, дверь закройте, пожалуйста. — доктор нервно взмахнул рукой. — Проходите.
Алине вдруг сделалось не по себе. В комнате пахло лекарствами, стояли небольшие столики, прикрытые белыми салфетками, на двух кушетках лежали коричневые клеенки. «А курить здесь точно нельзя» — с раздражением подумала девочка.
Доктор, наконец, выбросил сигарету и прикрыл фрамугу. Встретившись взглядом с Алиной, он понял, что та нервничает и тут же широко улыбнулся.
— Прошу. — показал он на одну из кушеток и, когда Алина села, спросил. — Как нас зовут?
— Алина.
— Это хорошо, что Алина. — протянул Валерий Андреевич, а его мягкие пальцы уже ощупывали Алинину шею, мяли за ушами и оттягивали нижние веки.
— А вы давно знаете Марину? — вдруг спросила Алька.
— Марину? — доктор от неожиданности убрал руки и посмотрел на Евгению Сергеевну. — А, ну конечно! Лет пять уже точно. Давай-ка ложись, я тебя посмотрю.
Алина вытянулась на кушетке и минут десять терпела, пока Валерий Андреевич прощупывал ее живот, простукивал и прослушивал легкие, а под конец даже измерил ей давление. Таким же аппаратом Марина иногда мерила давление соседке бабе Тоне.