Любовь ради любви! (СИ)
— Сыночек, что-то случилось? — спросила Яна через дверь.
Ответа не последовало. Она открыла дверь в комнату сына и вошла. Он лежал на кровати лицом в подушку.
— Артурчик, что с тобой? Ты поссорился с Жанной?
— Мы расстались. Мам, давай не сейчас. У меня сегодня выходной, я высплюсь, а вечером поговорим, папа ведь еще не приедет?! — произнес сын.
— Нет, он завтра должен вернуться. Ладно, вечером поговорим, — растерянно ответила Яна, а потом, испугавшись за эмоциональное состояние сына, уверенно продолжила: — Сын, сейчас тебе трудно поверить в это, но тети Кирина теория о том, что все что ни делается, делается к лучшему, абсолютно верна.
— Рад этой теории, еще бы на практике убедиться. Мам, все, до вечера.
Яна вышла из комнаты сына. Часы показывали семь утра. Пора уже собираться на работу. Она пошла в ванную, наполнила ее водой с душистой пеной. «Десять минут счастья», — подумала она. Потом вспомнила, что может принять только душ, и с сожалением открыла слив, присев на край ванной. Сначала вода уходила незаметно, потом быстрее, а когда в ванне осталось чуть меньше половины, вода вдруг закрутилась воронкой и стала исчезать стремительно.
«Вот так и жизнь, — подумала Яна. — В детстве и юности казалось, что годы тянутся, в молодости, что идут, а сейчас, когда уже тридцать девять, оказалось, что они очень быстро бегут и надо все успеть, пока ты еще не в воронке. Кира права, когда говорила, что мы не знаем, сколько нам отмерено, рожать, может, и не поздно, но где уверенность в том, что Бог нам даст здоровья и позволит вырастить ребенка и поставить его на ноги. Как этому ребенку жить, если нас не станет до того, как он сможет жить самостоятельно. Действительно, всему свое время. Спасибо, Господи, за Артура. С ним переживаний хватит, хотя он уже взрослый, но все равно еще ребенок».
Яна стояла под душем, и струи воды смывали с ее души пережитые вчера сомнения и разочарования. Контрастный душ помог ей вернуть бодрость духа и уверенность в том, что все в ее жизни будет хорошо. Она уложила волосы, сделала макияж. Отражение в зеркале ей понравилось, она улыбнулась.
Выйдя из ванной, Яна прислушалась: в комнате сына было тихо. Она попила кофе и отправилась на работу.
Водитель такси всю дорогу развлекал ее: сначала были анекдоты, потом рассказы, затем пошли в ход песни. Хорошо, что дорога без пробок заняла тридцать минут, Яна не успела устать от него. Она слушала, односложно отвечая на вопросы. Вступать в беседу ей не хотелось. По реакции водителя она видела его разочарование, он явно клеил ее. Ей было и смешно, и грустно. Мужчины все одинаковы, всем нравятся красивые и яркие женщины. Но если бы этот водитель знал, сколько ему нужно работать и зарабатывать, чтобы позволить себе иметь рядом такую женщину, как она, то смешно и грустно стало бы ему. Кстати, в выходные у них с Робертом запланирован новый поход за подарком к свадьбе, удастся ли ювелирам угодить им на этот раз?!
Глава 7
Не успела Яна войти в кабинет, как сотрудники один за другим потянулись кто с документами, кто с предложениями, кто просто так. «Началось, — подумалось ей, — что-то будет дальше».
В перерыве Яна позвонила матери и попросила ее пойти к ним домой и побыть с Артуром, ей не хотелось, чтобы он был один в таком состоянии.
— Мам, ты как будто белье погладить пришла, оно на стуле в комнате лежит, и не знала, что Артур дома. Если он спит, не буди его, проснется, покорми, о чем-нибудь с ним поговори, спроси какого-нибудь совета, ну, придумай что-нибудь, — инструктировала Яна.
— Хорошо, доченька. Мой мальчик, как мне его жаль. Все сделаю, Яночка. Мешать ему не буду, но и без присмотра не оставлю.
После разговора с матерью Яне полегчало. Ее мать, человек тонкий, без лишних слов и движений сможет сделать все, как надо.
Пришла Кира.
— Привет, Яна! Как ты себя чувствуешь? Я думала, ты в больницу с утра пойдешь, зашла ведь просто так, по привычке.
— Привет, Кир. Не поверишь, даже позвонить тебе было некогда, народ толпами валит. В больницу не пошла, чувствую себя нормально, договорились с врачом, что зайду позже. Меня вчера никто не искал?
— Да нет, кроме сотрудников твоего необъятного отдела, никто. Я им сказала, что ты у руководства и будешь только сегодня.
— Ну вот, сегодня аншлаг.
— То ли еще будет, ко мне только ленивый не зашел и не спросил о кадровых перестановках.
— Да ладно… Представляешь, мне Артур сказал, что они расстались с Жанной, такой расстроенный, очень его жалко.
— Ну, мальчик влюблен. Ты же знаешь, в этом возрасте расстаются навсегда, а оказывается, что до завтра. Помирятся, но ты знаешь мое отношение к вашей Жанне, я бы обрадовалась появлению в его жизни лучшей девушки… Уже обед, пошли, поедим.
После обеда и до вечера Яна изучала документы, которые принесли сотрудники в течение дня. Среди предложений были и дельные, что порадовало ее.
Дома Яна обнаружила Артура, все еще лежащим в постели.
— Яночка, он не вставал. Делает вид, что спит, но не спит. Все вздыхает. Я пыталась его растормошить, но он просил не беспокоить, сказал, что устал и хочет выспаться.
— Ладно, мам, не переживай. Сейчас я буду лечить его душевные раны. Иди домой, я позвоню тебе потом, спасибо, извини за беспокойство.
Яна вошла в комнату сына. Он лежал в том же положении, что и утром. Она прилегла к нему на кровать и стала гладить его по голове и спине. Она всегда так делала, когда сыну было плохо. Рядом с ней он успокаивался, и со временем все налаживалось.
— Артурчик, так нельзя. Все ругаются, потом мирятся, ты же знаешь, вы не в первый раз поругались. И мы с папой ругались не раз, но видишь, все же хорошо. И у вас все наладится. Расскажи, что случилось?
— Мам, для чего люди женятся? Мне казалось, что они хотят заботиться друг о друге, быть всегда вместе. А Жанке всего этого не нужно, ее интересуют только ногти, прически, кольца, браслеты и всякая чушь. Ей лень даже мне кофе подать. Пока был у нее, сам готовил для нас еду, сам убирал и мыл посуду. Я только один раз попросил Жанну приготовить кофе, а она мне заявила: «Твой папа за мамой ухаживает?! Вот и у тебя судьба такая». У меня слов не нашлось, чтобы ей ответить. Я собрался и ушел. И больше не вернусь никогда.
— Ну и правильно. Ты все сделал правильно. Семья нужна для того, чтобы быть защищенным от всех. Посмотри на нас с папой. Мы заботимся друг о друге с юности. Мне хорошо, когда ему хорошо. Это и есть любовь, по-моему. Игра в одни ворота здесь неуместна. Ты быстро устанешь быть одиноким в семье, и лучше уж сейчас все остановить, чем потом, когда у вас появятся дети. Знаю: сложно. Влюбленность — это сродни болезни, сразу не лечится, но надо пробовать. Как же я просмотрела… Мне казалось, что Жанна тоже без тебя дышать не может.
— Не может. Названивает беспрерывно со вчерашнего дня, я трубку не беру. У меня вдруг открылись глаза. Мам, она двуличная эгоистка. Со мной ей хочется, чтобы все было только для нее. Она за заботу благодарит, конечно, и поцелуи, и ласковые слова, и все остальное. А когда мы на людях, она вдруг становится заботливой, суетливой, скромной даже. Поэтому ты и не видела ее настоящую. Я раньше тоже не видел, потому что одни-то мы оставались редко. А сейчас, когда мы почти всегда вместе, я рассмотрел.
— Ты, может, драматизируешь? — Яна попыталась успокоить сына. — Она еще молода, насмотрелась современных фильмов, чему они учат, вынь и положи, повзрослеет, — говорила Яна, но сама себе не верила. Она считала, что забота или есть, или ее нет, это врожденное качество, это черта характера. И если сыну так необходима забота как составляющая любви, которой у Жанны не оказалось, перспективы в отношениях нет.
— Нет уж, мам, пусть взрослеет не со мной, — твердо сказал Артур, чему Яна очень обрадовалась. Она переживала, что сын был несчастен.
«Он достоин счастья, он умный, добрый, красивый», — как всякая мать думала Яна о сыночке.