Любовь ради любви! (СИ)

От таких мыслей ее отвлекли грохот и хохот, раздавшиеся рядом. Она повернула голову и увидела на полу куски одной из ваз, стоявших в коридоре и служивших украшением. Около разбитой вазы сотрудник ее отдела Вавилов собирал бумаги с пола и складывал их в папку. Рядом стояли другие сотрудники и прыскали со смеху.
— Что случилось? — спросила его Яна, подойдя к нему.
— Да не заметил эту дурацкую вазу и наткнулся на нее, — с досадой ответил Вавилов.
И снова Яна услышала взрыв хохота.
— В чем дело? — попыталась она выяснить у присутствующих произошедшее, но, посмотрев на их веселые лица, поняла, что это бесполезно. — Помогите ему, — бросила она и пошла дальше.
— Доброе утро, — прощебетала Лилечка, — вас ждут.
По взгляду секретарши она поняла, что выглядит сногсшибательно.
— Можно войти? — открыв дверь, спросила Яна.
В кабинете она увидела Филиппа и его закадычного друга Бориса Щеголева. Они оба встали, когда она вошла в кабинет. Но идти ей навстречу, как это он всегда делал, Филипп не торопился. Возникла немая сцена: Яна у входа в кабинет и остолбеневшие мужчины. Первым отмер Борис.
— Яна Вячеславовна, вы прекрасны, — почти шепотом произнес он.
— Сам себе завидую, — вымолвил Филипп и бросился Яне навстречу, всем своим видом давая понять Борису, чтобы тот оставался на месте.
Подойдя к Яне, Филипп взял ее под локоть и усадил в кресло.
— Доброе утро, красавица, — сказал Борис и, приблизившись к ней, поцеловал ее руку.
— Рада вас видеть, — ответила Яна. — Как ваши дела? Все хорошо, надеюсь?
— Да, все нормально. Как вы? Никто не обижает? — участливо спросил Борис.
— Что вы! У меня муж — десантник, друг — начальник, друг друга — начальник охраны, кому под силу меня обидеть? — отшутилась Яна.
— Это да! Но если что, помните, всегда готов помочь, — начал было Борис, но Филипп перебил его.
— Хватит хвост распускать. Ты же знаешь, это — моя женщина, — шутливо произнес он.
— Вот так всегда. Словом не даст перекинуться, — упрекнул Борис Доброва. — Ладно, мне пора. Позвольте откланяться.
— Была рада вас видеть, — улыбнулась она и взглянула на Филиппа. Он тоже смотрел на нее и улыбался.
— Давай-ка, давай-ка, топай, — подтолкнул Бориса к дверям Филипп.
Они попрощались, и Борис удалился.
— Ты прекрасна! — восхитился Филипп.
В этот момент зазвонил телефон. Он взял трубку.
— Хорошо, — сейчас буду. Положив трубку телефона, он сказал: — Начальников отделов и замов приглашают на совещание к Седову.
— Так неожиданно! Мой сегодняшний наряд не для совещаний, — произнесла Яна, как бы рассуждая.
— Пусть враги лопнут от зависти и злости, а друзья порадуются, — ответил Филипп. — Пойдем.
Они вместе вышли из кабинета. В коридоре встретили Киру, которая, увидев Яну, хохотнула.
— Кира, что с тобой? — спросила Яна.
— Мне рассказали, как Вавилов, увидев тебя, так загляделся, что врезался в вазу, расколотил ее и рассыпал документы. Я это представила, долго смеялась. Тебя увидела, снова вспомнила, — смеясь ответила Кира.
— Вот и я говорю, сногсшибательна, — подтвердил Добров.
В кабинет Седова они вошли, когда почти все уже собрались. Присутствующие смотрели в их сторону, не отрывая взглядов. Первым пришел в себя Седов и пригласил их сесть за стол. Добров усадил сначала Яну, потом Киру и сел около Седова. Яна стала разглядывать сидевших. Кто-то уткнулся в бумаги. Некоторые искоса рассматривали ее прелести. Она посмотрела на Доброва, который все это тоже наблюдал и улыбался. Она улыбнулась ему в ответ…
— Я пригласил вас для того, чтобы сообщить новость. Для кого-то радостную, для кого-то не очень, — начал он, когда все были на месте. — Я покидаю свой пост. Скоро приедет новый руководитель, он из другой области, назвать его имя пока не могу, его назначение в проекте. Благодарю вас всех за честный труд. Желаю вам успехов в работе.
В кабинете стояла гробовая тишина.
— Руководство не смогло оставить без внимания инцидент с Подгорновым? — вырвалось у Яны.
И все снова посмотрели на нее.
 
— Не могу сказать, не знаю, — после небольшой паузы ответил Борис Борисович, — мне толсто намекнули. Предложили другие должности, но я выбрал увольнение. Устал.
— Очень жаль, — сказал кто-то из присутствующих.
— Да, да… — гул пошел по кабинету.
— Ну, все, коллеги, свято место не бывает пусто. Долгие проводы — лишние слезы. Исполняющим обязанности руководителя Управления назначен Добров Филипп Максимович. На новогоднем корпоративе еще поднимем бокалы, будет время попрощаться. Все свободны, Филипп Максимович, останься, пожалуйста.
— Вот это новости, — удивленно проговорила Кира, когда они пришли в кабинет к Яне.
— Так все неожиданно! А ты, главный по кадрам, не знала ничего? — обратилась к ней Яна.
— Я думаю, никто не знал, — заключила Кира. — Что теперь будет? Новая метла по-новому метет, многое выметает.
— Да, неприятная новость. Седов был хорошим руководителем. Возраст, правда. Зато мудрость и опыт.
— Кому они сейчас нужны? — вопрошала Кира.
— Достаточно пессимизма. Будем надеяться на лучшее, — отрезала Яна…
— Ты была права, — сказал ей Филипп Максимович по телефону. — Именно это и послужило основанием к смещению. У тебя чутье, девочка!
Домой Яна возвращалась в плохом настроении.
— Что-то случилось? — спросил ее Роберт, когда они ехали в машине домой.
Она рассказала ему о новостях.
— Ну, ничего, будем думать, что перемены к лучшему. Старые перечники, правда, должны дома сидеть, — не без намека сказал муж.
Яна промолчала…
— Давай помогу тебе раздеться, — предложил Роберт, взявшись за пальто.
Яна сняла пальто.
— Ну ничего себе! Это так теперь на госслужбу принято одеваться? — изумился муж, увидев ее откровенный наряд.
— А что в этом такого? Все достойно, на мой взгляд, — ответила Яна, попытавшись не заметить раздражение Роберта.
— Ну да, ну да. Очень достойно, — с издевкой сказал Роберт. — Надеюсь, ты по этому достоинству была оценена всеми.
— Ты, пожалуй, единственный, кто не оценил, — вступила в перепалку Яна.
— Ты понимаешь, что ты творишь? Яна, опомнись. Я твой муж. Мне не все равно, как выглядит моя жена, что о ней говорят. Ты вырядилась на работу, как в ресторан. Ты всех решила соблазнить разом?
— Ты опять начинаешь нести какую-то чушь! — запротестовала Яна.
— Это не чушь, милая. Я ведь понимаю, для кого ты так стараешься. Неужели ты не понимаешь, что он тебя поимеет и все. Таких как ты, дурочек, у него за всю его долгую жизнь перебывало, небось, немало. Что ты будешь делать, когда все это произойдет? Неужели ты можешь мою любовь к тебе поставить на одну ступень с мечтами о нем? Как можно двадцатилетие счастливой жизни смести полугодом воздушных замков? — почти прокричал Роберт.
— Прекрати, пожалуйста. Я в сотый раз тебе повторяю, я тебе не изменяла и не собираюсь изменять, — прокричала в ответ Яна.
— Как-то неуверенно звучит! Твоя душа мне уже, я чувствую, не принадлежит. А мне для счастья одного твоего тела мало! Приди в себя, спустись с небес на землю. Твое счастье — это наша семья, — продолжил муж.
— А знаешь, давай разведемся, — вдруг прокричала Яна.
Роберт замолчал. Он обескураженно посмотрел на нее и сказал:
— Разведемся? А давай!
— Тогда завтра после работы мы поедем в ЗАГС и подадим заявление на развод! — воскликнула Яна.
Роберт ушел в спальню, хлопнув дверью.
Яна прошла на кухню.
«Каким сложным оказался сегодняшний день!».
В дверь позвонили. Это был Артур.
— Все, мам. Я ушел от Жанны. Это окончательно, — твердо сказал сын, бросив сумку с вещами на полу своей комнаты.
 
— Ну, сегодня, видимо, — день расставаний, — устало произнесла Яна.
— А кто еще? — удивился сын.
— Мы с папой решили развестись, — сказала она.
— Вы с папой? Вы что, сошли с ума? — поразился Артур. — А папа где?