Любовь ради любви! (СИ)
Глава 22
День прошел быстро. Работы было, как всегда, много. А когда ее много, и она интересная, время летит незаметно. Наступал конец рабочего дня. Яна ждала звонка от Доброва, но он не звонил.
«Опять! Сколько можно? Хватит! Остановись! — прокричала Яна себе. — Хорошо, что не звонит. Что ты будешь делать, если не сможешь остановиться? Ведь вся жизнь полетит под откос, и не только твоя, но и его. Две семьи будут несчастны. А ты? А он? А есть ли у вас будущее?»
Яна посмотрела на часы. Шесть. Пора вызывать такси. Она взяла в руки телефон, и в это время раздался звонок. Это был Добров.
— Жду тебя через два дома, — сказал он и отключился.
Яна поняла, что он не стал дожидаться ответа специально. Он не хотел слышать ее препирательства. «А они были бы?!» — усмехнулась Яна, глядя в зеркало.
Его машину она увидела сразу, как только вышла из здания Управления. Она медленно пошла в сторону автомобиля.
«Пусть Филипп разглядывает меня во все зеркала», — подумала она.
Когда она приблизилась, он вышел из машины, открыл перед ней дверь.
— Не стоило, нас ведь могут увидеть, — заметила она, когда они оказались в машине.
— Я думаю, что именно скрытность и может породить слухи. А так, ты идешь, я тебя увидел и предложил подвезти. Ты не отказалась. Кому какое дело, — рассуждал он.
— Слухи могут появиться даже от взгляда, надо быть осторожнее, — попросила Яна.
Филипп взял ее руку и, поцеловав, сказал «хорошо».
Он сам вел машину, и по всему было видно, что водитель он отличный. Его манера езды полностью устраивала ее. По дороге она вспомнила, что не подкрасила губы. Она достала помаду и зеркало и решила поправить макияж. Получилось! Этот тест она проводила нередко, и ни один водитель его не прошел, даже Роберт. Филипп оказался первым, с кем ей удалось подкрасить губы на ходу, не размазав помаду по лицу. Она одобрительно посмотрела на него. «Даже в этом он превосходен», — подумала Яна.
Через несколько минут они въехали в ворота большого дома.
— А вот и мой дом, — сказал Филипп, пригласив Яну подойти к входу в дом. — Ты первая женщина, которая переступит его порог. Он тебе нравится?
— Он великолепен. — Яна восхищенно смотрела на дом, построенный в дворцовом стиле. Он не был очень большим, как это показалось сначала, не был он и маленьким.
— Проходи, — пригласил он ее в дом.
Яна прошла в холл. Он был достаточно просторным.
— Пойдем, я тебе все покажу, — обняв ее, сказал Филипп.
— Пойдем, — ответила ему Яна.
В холле было четыре двери, за которыми располагались гараж, санузел, гостиная и кухня. Лестница вела в цокольный и на второй этажи. На нижнем этаже Яна обнаружила бассейн, комнату отдыха, где стоял бильярд, и спортивный зал с тренажерами. На втором этаже располагались еще один санузел, спальня и две комнаты.
Внутренняя отделка комнат и кухни была выполнена в классическом стиле. В цветовой палитре преобладали белый, бежевый и золотистый цвета.
Глянцевая плитка на полу и зеркала на стенах в гостиной придавали помещению торжественность. Мебели в доме почти не было. Лишь большой диван стоял перед камином в гостиной, и только спальный гарнитур необыкновенной красоты цвета слоновой кости в спальне.
Они разместились в гостиной на диване. Филипп затопил камин. Подкатил к дивану столик, на котором стояла бутылка «Мертеля», фужеры, коробка конфет, тарелка с дольками лимона, тарелки с мясным, сырным и овощным ассорти.
— Надеюсь, ты не откажешься поужинать со мной. — Он откупорил бутылку и наполнил фужеры. Один он подал Яне, другой взял себе. — Давай выпьем за тебя. За твою красоту и твой ум, которые давно пленили меня. За твою смелость и решительность, ты не побоялась ответить на мои чувства, человека немолодого, переступила порог этого дома, не зная, что будет впереди. Я восхищен и ослеплен тобой.
Он протянул к ней руку с бокалом, и она подставила ему свой бокал. Раздался красивый мелодичный звон. Они сделали по глотку.
— А теперь выпьем за тебя, — предложила Яна. — Я рада, что ты появился в моей жизни. Мне интересно с тобой. Мне нравятся твои поступки, твои мысли. И даже желания твои меня восхищают. Хочу, чтобы это продолжалось как можно дольше. — Она подставила бокал.
— Ты имеешь в виду мой возраст? Мало осталось? — грустно спросил он, заглянув ей в глаза.
— Я боюсь тебе быстро надоесть, — улыбнулась она и, ударив своим бокалом о его бокал, залпом осушила свой. Филипп же, сделав глоток, забрал из ее рук бокал и поставил бокалы на столик. Потом он повернулся к ней и поцеловал в губы долгим страстным и очень сладким поцелуем. У нее закружилась голова то ли от его всегда пьянящего поцелуя, то ли от выпитого напитка. Яне было хорошо! Они сидели рядом и смотрели на веселые огоньки в камине, разговаривали, смеялись, потягивая «Мертель».
Филипп рассказал, что земля и кое-какие сбережения достались ему в наследство от матери. Дом он строил долгие десять лет. Никому ничего о доме не рассказывал. Его семья и не подозревает о его существовании. Знает только его друг Борис, но он умеет хранить чужие секреты. Мысль строить дом возникла у Филиппа задолго до открытия наследства. Он начал размышлять о доме, когда был вынужден перевезти в квартиру, где он жил с женой и дочкой, маму и тещу, которым из-за болезней стало трудно жить самостоятельно. Он привык либо делать все хорошо, либо не делать никак. На «хорошо» средств было недостаточно. Пока работали вместе с женой, купили машину, дачу, квартиру для дочери. Потом жена вышла на пенсию по выслуге лет, она врач, и стала ухаживать за больными мамами. У мам денег не брали, их пенсии перечислялись на счет в банке. Дочь выросла, окончила институт, сходила замуж, родила девочку. Мамы покинули этот мир одна за другой. Теперь в квартире они проживают вдвоем с женой. Дочь и внучка живут отдельно, но бывают у них почти каждый день, поскольку живут рядом.
Яна заметила, что обо всех женщинах он говорит с любовью и теплотой, и ей стало приятно.
«Надо же, жить почти пятнадцать лет вместе с двумя старушками, одна из которых твоя теща, а потом с теплотой вспоминать то время, это просто подвиг, — восхищалась про себя Яна, — он единственный в мире, кто на это способен».
— Филипп, я думаю, что ты любишь женщин. Ты относишься к ним с большим уважением, именно как к чему-то прекрасному, как если слово «женщина» писалось бы с большой буквы, — вдруг подметила Яна.
— Да, милая моя. Ты права. Я считаю, что женщины достойны любви, большего уважения, чем мы, мужики. Сколько им бедным приходится терпеть от нас, бестолковых мужланов. Женщины такие тонкие, ранимые, нежные, беззащитные. Не выношу, когда вижу плохое и безответственное отношение к женщине. Поэтому, наверное, и зять сбежал. Не от дочери он ушел, а от меня.
— Если бы любил, не ушел бы, — заключила Яна.
Она почувствовала, что Филипп, считающий себя виноватым в распаде семьи дочери, загрустил.
— Меня очень впечатлил бассейн, — решила она сменить тему разговора. — Какая голубая вода! Она теплая?
— Да, бассейн с подогревом. А хочешь искупаться? — вдруг предложил он.
— Искупаться? — изумилась Яна. — Я бы с удовольствием, но вот купальник дома забыла, — отшутилась было она.
— Купальник? Какие мелочи. Здесь только ты и я! Кто тебе может помешать? — Филипп призывно смотрел на нее.
— И белья нет, — залепетала Яна. — Ну и ладно. Нет, так нет. Купаться, так купаться. Только смотри, не ослепни, — с вызовом сказала она.
Они спустились в бассейн.
— Я пойду, принесу тебе халат. После купания может быть прохладно, — сказал Филипп и вышел.
Яна, воспользовавшись тем, что он ушел, быстро разделась и вошла в воду. Вода оказалась не слишком теплой, но и не холодной. Яна поплыла. Вода освежала и расслабляла. Она почувствовала, как ее тело сразу подобралось, стало легким. Она доплыла до конца бассейна и повернула, чтобы плыть назад. Филипп сидел на шезлонге с бокалом. Ее бокал стоял на столике.