Элиза Браден (ЛП)

До сих пор она и не подозревала о его существовании.
Она почувствовала, как с её плеча сползло пальто, но мистер Фаррингтон тут же натянул его обратно.
У неё перехватило дыхание.
– Ну что, девонька? – нетерпеливо спросила Хенни Макгилливрей. – Берёшь в мужья этого красавца?
– Мои намерения были совсем другими, – прошептала ему Юфимия. – Я лишь хотела завершить то, что начала. Мы можем попытаться ещё раз им заплатить. Возможно, более высокая сумма их убедит.
На его изящной челюсти заходили желваки.
– Отвечайте на вопрос.
– Вы и так рисковали, наняв женщину своим личным секретарём. Развод нанесёт вам гораздо больший ущерб.
– Развода не будет.
Она вздохнула.
– Тогда признание брака недействительным. Как бы сильно мне ни хотелось доставить ларец Артуру, я не могу просить вас о таком.
– Произносите клятвы, – процедил он сквозь зубы. – Или ищите новую работу.
По её телу пробежал озноб. Если ставить вопрос ребром, то ответ был очевиден.
– Хорошо. – Она сглотнула. Повернулась к своим кузинам-близнецам и выпрямила спину. – Я, Юфимия Изобель Синклер, беру Эндрю Эдварда Фаррингтона в мужья.
Оставшаяся часть церемонии пролетела как одно мгновение. Кольцо её матери оказалось впору. Держа Юфимию за руку, мистер Фаррингтон согревал её пальцы лёгкими поглаживаниями. В какой-то момент миссис Макбин обернула их руки отрезом клетчатой ткани с узором клана Синклеров. Её глаз с бельмом поймал луч света и странно засветился.
– Теперь ты замужем, девочка, – проговорила старуха с хрипотцой. – Пусть узел, что связывает вас, никогда не развяжется.
У Юфимии помутилось в голове, вероятно, из-за того, что она стояла в мокрой одежде в продуваемом сквозняками коттедже в разгар зимы. Её согревало плотное шерстяное пальто мистера Фаррингтона, которое пахло им. Юфимию окутывал тёплый аромат ванили, свежесть лимона и пряные нотки розмарина. К сожалению, её зубы всё равно не переставали стучать.
Дрожащей рукой она подписала письмо, которое должно было послужить доказательством брака. Пока она наблюдала за тем, как трактирщик и паренёк из клана Россов ставят крестики, а затем поправляют свои кепки в пугающе похожей манере, у неё закружилась голова.
Когда она осознала, что стала женой, её сердце бешено заколотилось.
Жена.
Её взгляд метнулся к мистеру Фаррингтону, красивому, обаятельному мужчине, который ни разу не посмотрел на неё с вожделением. Потому что не испытывал к ней вожделения. Никогда. Тем не менее, он засовывал письмо в карман жилета, как будто это была купчая.
Сердце забилось ещё сильнее. Её охватила паника.
К ней подошла кузина Мэри, чтобы отдать отрез зелёно-голубой ткани в клетку, который участвовал в церемонии.
– Зря ты переживаешь, девонька. Брак свершился много лет назад. Он был предначертан судьбой.
Юфимия вцепилась в мягкую шерстяную ткань и поморщилась.
– Предначертан судьбой? Не говорите глупостей. Он никогда не хотел на мне жениться.
– Я бы не была в этом так уверена.
– Я совсем не в его вкусе.
– Быть не может. Ты прекрасная девушка. – Мэри прищурила здоровый глаз и оглядела бледное лицо, белокурые волосы и неряшливую одежду Юфимии. – О ресницах и говорить нечего, да и грудь маловата. Но вот родишь пару малышей и сразу округлишься.
Борясь с желанием проворчать, что у них никогда не будет детей, а её грудь не предмет для всеобщего обсуждения, Юфимия водрузила на место очки.
– Он предпочитает брюнеток. Красивых, утончённых. – Она вздохнула. – Вам не понять.
Мэри пожала плечами.
– Возможно, мужчина в юности очарован тёмным небом и светом звёзд. И, когда впервые восходит луна, он замечает лишь отличия, а не достоинства. Но со временем звёзды теряют свой блеск в сравнении с ней. И вскоре он уже не знает, как мог обходиться без своей луны, которая освещает ему путь.
Юфимия нахмурилась, слушая откровенную чушь. Кузина утверждала, что обладает даром предвиденья, который передавался из поколения в поколение по материнской линии. Но то, что она приняла трактирщика за златодела, а подмастерье кузнеца за его сына, говорило само за себя.
 
– Мэри.
Кузина моргнула поочерёдно одним глазом потом другим и глупо улыбнулась.
– Да, девонька?
Юфимия открыла было рот, чтобы объяснить, что если принуждать мужчину жениться на женщине, которая полностью не в его вкусе, это закончится плохо для всех, особенно для Юфимии. Но у неё не осталось сил для бесполезных споров.
– Мне кажется, вы запутались.
– Неужели? – Старуха почесала затылок. – Ну, не впервой.
– Я отдам его Юфимии, парень. И никому другому, – сообщила миссис Макгилливрей мистеру Фаррингтону у камина, взмахнув кинжалом перед его носом.
Юфимия подошла к ним.
– Я хочу забрать ларец с лебедями, миссис Макгилливрей. Пожалуйста.
Старуха убрала кинжал в ножны.
– Держи. – Она подняла маленький деревянный сундучок и вложила его в руки Юфимии. – Теперь он твой, Юфимия из клана Синклеров. Да приумножишь ты сокровища в нём.
Руки Юфимии, ослабевшие от холода и усталости, начали дрожать. Мистер Фаррингтон забрал у неё ларец, сунул его подмышку, затем взял её под руку и пробормотал, что им необходимо найти ночлег.
Краем уха она услышала, как кузины упомянули о коттедже у моря. Миссис Макгилливрей было поручено присматривать за домом в течение зимы, и она предложила им остановиться там, пока не закончится метель.
– За небольшое вознаграждение, естественно.
Мысли в голове разбежались. Мистер Фаррингтон снова сунул руку под пальто, которое было на ней надето, чтобы достать и бросить сёстрам монетку. Он забрал ключ и корзинку с едой. Затем вывел Юфимию на улицу. В лицо ей полетели снежинки, а ветер растрепал полы пальто.
В нескольких ярдах от них стояла почтовая карета, которую она наняла для себя и мистера Гиббса. Мистер Фаррингтон поставил внутрь корзину и ларец. Пока Юфимия ждала своей очереди забраться в карету, её внимание привлекли трактирщик и подмастерье кузнеца. Стоя бок о бок, мужчины готовили своих лошадей для отъезда. Они двигались практически одинаково. У обоих были одинаковые походка и долговязое телосложение. Глядя на них со своего ракурса, сквозь снег, Юфимия могла поклясться, что смотрит на отца и сына.
Она моргнула и оглянулась через плечо. В дверях коттеджа стояла миссис Макбин. Она медленно улыбнулась, кивнула и подмигнула ей.
Глава 2
Эндрю Фаррингтон ожидал увидеть холодную лачугу, но коттедж оказался уютным каменным домиком в тридцати ярдах от морских утёсов. В нём было три комнаты и уже горел камин, окна дружелюбно светились, а из трубы в вихре снежинок клубился дым.
Женщина в его объятиях пошевелилась.
– Я н-не утратила способности ходить, знаете ли.
Держа Юфимию на руках, он приподнял её повыше и подошёл к выкрашенной в красный цвет двери, и только тогда отпустил свою драгоценную ношу.
– Стой, – пробормотал Эндрю, пока доставал ключ из кармана. Открывая дверь, он почувствовал, что Юфимия изучает его сквозь свои погнутые очки. – И перестань на меня так смотреть.
– Как?
Он провёл Юфимию внутрь. Коттедж был небольшим, но тёплым, а это сейчас имело единственное значение.
– Словно моё место в сумасшедшем доме.
– Ну, вы только что женились на своей секретарше.
Домик был убран и на удивление хорошо обставлен. Дощатый пол главной комнаты устилали мягкие ковры. По обе стороны от каменного очага расположились диван и два кресла с зёленой обивкой. У самой длинной стены под парой квадратных окон – стол с четырьмя стульями. В центре стола стояли корзинка с хлебом, чайник, фонарь и бутылка виски.
Быстро осмотрев остальную часть коттеджа, Эндрю обнаружил простую кухню и спальню с единственным окном, умывальником и двуспальной деревянной кроватью, которая была застелена тёмно-синим шерстяным покрывалом, на полу лежал ещё один ковёр. Очевидно, коттедж подготовили к их приезду. Или, по меньшей мере, к приезду Юфимии с Гиббсом.