Я сам похороню своих мертвых. Реквием для убийцы. Проходная пешка

— Сэм! — неожиданно заорал он. — Тут к тебе пришел какой-то тип!
— Послушай, ты, обезьяна, я не тип, а такой же американец, как и ты!
— Да? Ну, значит, я не заметил. А что ты хочешь от Сэма?
— Я об этом скажу ему лично, если ты ничего не имеешь против.
— А мне наплевать на тебя и на то, что ты скажешь. Просто я здесь хозяин и мне не нравится тип с рожей полицейского. Ясно?
Неожиданно из-за большого «крайслера» метнулась какая-то тень, а затем послышался топот ног бегущего человека. Не раздумывая ни секунды, я бросился за ним и вскоре настиг негра в замасленной робе.
— Сэм Берроу? Я хотел бы поболтать с вами пару минут. Не понимаю, почему вы удираете?
Негр был достаточно крепким парнем с довольно-таки симпатичными чертами лица.
— Для начала отпустите мою руку, а то вам придется пожалеть.
— Хорошо, Сэм! А сейчас ответьте мне на пару вопросов.
— А кто вы такой?
— Мое имя Ник Бакстер. Я частный детектив. Но прежде всего, я хочу, чтобы вы знали, я друг Джорджа. Бывший друг, так как его сейчас нет в живых. Но это отнюдь не значит, что я, как друг поплачу и оставлю все так, как есть. Нет! Я приехал сюда с твердым намерением, чтобы…
Но негр не стал дослушивать о цели моего визита и, толкнув меня, помчался по лестнице, расположенной в глубине гаража. Он перескакивал через три ступеньки, а я через четыре, так что расстояние между нами быстро сокращалось, и я уже собирался наброситься на него, как вдруг на третьей или четвертой лестничной площадке раскрылась дверь лифта и из него вышел человек со шрамом, а за ним еще трое. У двоих в руках были большие гаечные ключи, а у одного велосипедная цепь. Красавец со шрамом небрежно играл ломиком в руке.
— Это что, официальная встреча, ребята? — спросил я, переведя дух.
Четверка приближалась ко мне в молчании, не предвещавшем ничего хорошего. Я замер, ожидая дальнейшего развития событий. Красавец со шрамом подошел достаточно близко, и я, сделав обманное движение правой рукой, как бы пытаясь ударить его, левой ногой изо всех сил двинул его в пах.
Удар был настолько силен, что, буквально подлетев, он упал на своих дружков.
Я не стал дожидаться, пока они придут в себя, и снова ударил — на сей раз типа с гаечным ключом — по ребрам и по горлу. Двое оставшихся решили быть со мной похитрее и бросились на меня одновременно. Я ждал этого момента и, успев приготовиться, провел в ответ свой любимый контратакующий удар каратэ «хвост ласточки», от которого редко кто остается в живых. Не успел я перевести дух, как на ноги поднялся тип, получивший удар по горлу. На сей раз я ударил его в область солнечного сплетения.
В сознании было только красавец со шрамом. Он лежал и с ненавистью смотрел на меня.
— Где Сэм? — В ответ ни слова. Только горящие ненавистью глаза. — Последний раз спрашиваю: где Сэм?
Не получив ответа, я молча взял валявшуюся цепь, обмотал ее вокруг руки лежащего, наступил на один конец, взял в руки другой — и потянул.
На лестничной площадке раздался душераздирающий крик. Ни слова не говоря, я снял с обезображенной руки цепь и начал обматывать другую, здоровую.
— Итак, тот же вопрос: где Сэм?
— Довольно! Сейчас скажу!
Я слегка ослабил напряжение цепи. Посмотрел на него. В его глазах появился страх, панический, животный страх. Да, таких людей, как он, трудно запугать, они понимают только силу, да и то не всегда. Кроме того, я знал, что если бы он одержал верх в этой схватке, меня бы уже не было в живых.
— Я тебе скажу номер телефона и пароль, а когда придет мой человек, то отведет тебя к Сэму.
— Смотри, не шути! — предупредил я, — а то ты никогда больше не сможешь красоваться своим шрамом. Ясно?
* * *
Не успел я выкурить сигарету, как появился тип, вызванный мною по телефону паролем. Он с любопытством посмотрел на меня и спросил:
— Ты новичок? Что-то я тебя раньше не видел!
— Твое счастье! — сказал я и добавил: — У меня совсем нет времени. Пошли, и я объясню, что мне нужно.
 
Поняв, что я от него хочу, он тут же повел меня на место. Вскоре мы стояли перед многоэтажным домом, а затем, пройдя дворик, очутились перед лифтом. Войдя в него, мой провожатый нажал на кнопку десятого этажа. Когда мы вышли из лифта, то попали на большую террасу, с которой открывался вид на город.
— Где Сэм?
— Там! — показал тот пальцем на балюстраду террасы.
— Ты что? — спросил я его недоверчиво — Сэм действительно там?
— Да, говорю же, что там, а вы не верите. Он сам выбрал эту мышеловку.
— А как он туда попадает? Он, что, может летать?
Мой провожатый подвел меня к концу террасы, где под выступом находилось нечто вроде переключателя. Он нажал его и моментально часть балюстрады выдвинулась наружу, образуя что-то наподобие подъемного мостика, соединяющего нашу террасу с террасой рядом стоящего дома. Мостик был длиной всего метра три, но когда я взглянул вниз, то у меня закружилась голова. Далеко внизу бегали крошечные автобусы и машины. Но отступать было уже поздно.
— Только после тебя! — сказал я учтиво, сопроводив фразу низким поклоном.
— Я не… — начал он со страхом.
Смертельная бледность покрыла его лицо.
— Мне не хотелось бы, — сказал я, — чтобы ты нажал тайную кнопку, когда я вступлю на этот проклятый мостик. Я совсем не умею летать.
Видя, что тот не шевелится, я сделал неуловимое движение, и в то же мгновение в руке у меня появился кольт.
— Слушай меня внимательно, — обратился я к провожатому — твой шеф со шрамом назвал меня серьезным человеком. Мне не хочется доказывать тебе, почему он так считает. Я думаю, что у тебя хватит здравого смысла поверить ему на слово. У тебя есть выбор: или ты не идешь и я тебя убиваю. В живых я тебя у себя в тылу не оставлю! Или ты идешь по мостику первым. В этом случае ты остаешься жив. Выбирай!
Он секунду смотрел на меня, а затем направился к мостику. К счастью, он не страдал головокружением, а я старался смотреть в сторону и благополучно спрыгнул на крышу, когда мы перебрались на другую сторону. Молодой человек, криво улыбаясь, указал пальцем:
— Сэм находится там!
— А теперь, дружок, повернись! — сказал я.
Он посмотрел на меня с испугом.
— Я сказал тебе повернуться — второй раз повторять не буду!
Не успел он повернуться, как рукоятка моего пистолета опустилась ему на голову. Он мешком рухнул на бетон. Теперь мои тылы были в безопасности.
Я направился к постройке, одиноко стоящей на краю крыши дома, посматривая при этом на кокетливые занавески, закрывающие маленькие окна и раздумывая, чем встретит меня Сэм: пистолетным или ружейным выстрелом. Подойдя к двери, я увидел Сэма, спокойно сидящего на диване.
— Так вот где ты скрываешься! — воскликнул я, переступая порог.
В это время мне показалось, что на меня свалилась вселенная. Я попался на самый дешевый трюк, как последний фраер! В то время, когда Сэм спокойно сидел на диване, его сообщник, спрятавшись за дверью, ударил меня чем-то тяжелым по голове.
Я пришел в себя с трудом. Жуткий холод, окружающий меня, казалось, проникал до костей. К моему удивлению, я не был связан. Я лежал на щебенке в кромешной тьме. Кольт исчез, зато спички и сигареты были на месте. Я чиркнул спичку и осмотрелся вокруг. Это была старая заброшенная шахта с низкими сводами и узким проходом. На старых проржавленных рельсах стояли искореженные вагонетки.
Я осторожно встал, сначала на четвереньки, а затем на ноги. При слабом свете зажженной спички я начал продвигаться вперед, пока не наткнулся на кучу полусгнивших бревен. Я порылся в этой куче и нашел приличный кусок дерева, который не без труда поджег. Конечно, это был не настоящий факел, но он освещал мне путь, и я направился по рельсам, шарахаясь от летучих мышей, которые со зловещим писком носились над моей головой. Время от времени, в колеблющемся отблеске моего факела я различал здоровенных крыс, которые прятались при моем приближении. Вначале я не замечал ни холода, ни сырости, но вскоре у меня зуб на зуб не попадал от холода. Если я не выберусь отсюда в ближайшие полчаса, то пневмония мне обеспечена. А если мне придется пробыть здесь несколько дней?