Всё разрушающий прибой (ЛП)

— В готовке Мэри всегда хорошим является то, — произнес он мне из-за плеча, — что всегда в холодильнике есть остатки.
— На второй день ягненок намного лучше. Разве ты так не думаешь, Оуэн?
— Конечно думаю.
Мэри взяла приборы, но ей не хватало силы разрезать мясо. Нож двигался вперед-назад без толку. Она подняла приборы с тарелки и сжала их сильнее в руках.
Оуэн нежно положил свои руки поверх её.
— Позвольте мне.
— Если джентльмен настаивает…
— Настаиваю. — Он взял приборы и порезал её еду.
Она была слабой и беспомощной, оболочкой той независимой и полной сил женщины, которой она когда-то была. Я отвела взгляд. Было слишком сложно наблюдать за ней. Я уже скучала по женщине, которую я знала ребенком.
Новый порыв ветра ударил по окнам, и странное чувство осело во мне. У бабули было мало времени. У неё не было месяцев или недель. Скорее дни.
Прямо, как и у меня.
Мой взгляд обвел комнату, останавливаясь на дверном проеме, когда мои мысли последовали к Кэсси. Очень вероятно, что она может потерять нас обеих в течении очень короткого времени.
Я не могла позволить этому произойти.
Оуэн отошел от кровати и положил руку мне на плечо, уговаривая меня посмотреть на него, его выражение лица было озабоченным.
— Ты в порядке?
— Я не знаю, — нахмурилась я.
— Иди поешь. Внизу для тебя стоит тарелка.
Я кивнула и встала с кресла. У меня не было сил спорить.
Он быстро меня обнял и прошептал на ухо:
— Я останусь с Мэри, пока она ест.
Я снова кивнула и покинула комнату.
Глава 25
Среда, вечер.
Каждый мускул в моем теле болел, когда я спускалась вниз. Перила удерживали меня в вертикальном положении, но, когда я достигла низа, я опустилась на последнюю ступеньку и уронила голову на колени. Дождь стучал по крыльцу по ту сторону входной двери. Ритмичное постукивание успокаивало меня, и мои веки отяжелели, мысли в моём утомленном мозгу возвращались к бабуле. Я почувствовала, что её рак развился сильнее за эти дни, чем она показывала. Она перенапрягла себя за эти дни, развлекая друзей и наставляя Кэсси. Она не хотела выглядеть или вести себя как больная и умирающая женщина.
Пол в коридоре скрипнул, и воздух зашевелился вокруг меня. Я подняла голову. Кэсси стояла со мной лицом к лицу. Она положила руки на мои щеки, её теплые ладони коснулись моего лица.
— Почему твои цвета грустные?
Я спорила с собой о том, сказать ли ей о бабушке, но она и так уже слишком боялась за меня. Ей не нужно было знать, пока нет.
— Я в порядке, сладкая. Просто устала. — Я накрутила локон, что лежал на её груди на палец.
— Тебе нужно поужинать и пойти в постель, — похлопала она меня по плечу.
Улыбка появилась на моём лице.
— Да, мэм. — Я медленно встала и заметила свою сумку на полу у вешалки. — Может нам стоит позвонить сейчас Грейс?
— Да! — Она хлопнула в ладоши и покачалась на носках.
Я схватила сумку, достала телефон и снова села. Было два пропущенных звонка и одна голосовое сообщение от Джейн. Я проигнорировала их и набрала на информацию, чтобы получить номер больницы Грейс.
— Алло? — Элис Калинг ответила после того, как оператор в больнице перенаправил меня в палату Грейс.
— Элис, это Молли. Мама Кэсси.
— Это так странно. — Элис неловко рассмеялась. — Я только взяла телефон, чтобы позвонить вам.
— Директор Харрисон сказала мне, что вы хотели поговорить со мной, — начала я. Я потерла висок своим указательным пальцем. — Как Грейс?
— Невероятно хорошо, несмотря на обстоятельства. Мы не знали… — Она остановилась и прочистила горло. — Мы не знали о её шлеме. Кэсси напугала её, заставив надеть его. Если бы не она… — Она сделала глубокий вздох. В трубке послышался шум воздуха. — Прошу прощения.
— Вам не стоит извиняться. Я понимаю.
— Грейс завтра выписывают. Сканирование головы пришло отрицательным. Она вернется назад в школу в понедельник с несколькими царапинами, синяками и ярко-розовой повязкой. — Элис сдавленно рассмеялась.
 
— Я рада слышать это. — Я поставила локоть на колено и подперла лоб рукой.
— Молли, я…
Элис замолчала, и я представила, как она остановилась в середине палаты, по которой ходила туда-сюда, посмотрела на свою дочь, радуясь, что она пережила аварию.
— Вам ничего не нужно говорить мне.
— Нет, нужно. Ваша дочь… Кэсси спасла Грейс. Она спасла её, — повторила она низким голосом, полным эмоций. — Ума не приложу, откуда Кэсси узнала о аварии. Ей всегда рады в моём доме. Грейс скучает по ней, и я… я думаю, что я сейчас понимаю, почему Кэсси так поступила. Это трудный возраст. Ты не можешь найти правильных слов или не знаешь, как общаться с ними. Люди не прислушиваются к тебе, или хуже, они не верят тебе. Я клянусь, Молли, мы прислушаемся, если Кэсси снова увидит будущее Грейс.
— Спасибо вам, — прошептала я, пока проводила пальцем под глазом. Кэсси погладила моё плече. Я сжала её руку и не отпускала.
— Кэсси с вами? — спросила Элис. — Грейс хочет сказать привет.
— Она прямо здесь. — Я попрощалась с Элис и передала телефон Кэсси.
Она взвизгнула и прошла в гостиную.
— Привет, Грейс! — Она бродила вокруг дивана, пока они говорили обо всем, от сумасшедших больших собак Оуэна до её навыков су-шефа и мерзкой домашки, которую им нужно было сделать на следующую неделю, до создания новых одежд для их кукол.
Мне не хватило смелости сказать ей, что её может не быть в её старой школе в понедельник. Бабушка нуждалась в нас.
Ступеньки заскрипели позади меня. Оуэн сел рядом со мной и поставил поднос на пол у наших ног.
— Бабуля спит? — спросила я.
— Ага.
— У неё осталось не много времени.
— Да, это так. — В его тоне не было эмоций. Он знал её с того времени, как был мальчиком. Для него её смерть тоже будет тяжелой.
— Думаю, что она быстро умрет.
— Думаю, ты права. — Он приобнял меня за плечи.
Пронзительный смех Кэсси привлек наше внимание. Улыбка растянула мои губы.
— Она это сделала. Она использовала свои способности, чтобы спасти кого-то.
Меня осенило, что бабуля была права: обучение Кэсси управлять её виденьями дало ей навыки, которые помогают ей фокусироваться на тех предсказаниях, что помогают людям.
Ей нужен был хороший пример, кто-то, кто сошёл бы со своего пути, чтобы помогать людям.
Оуэн потёр мою шею.
— Кэсси хороший ребенок.
— Хотела бы я, что бы у меня была уверенность Кэсси в её возрасте.
Он наклонил голову и посмотрел на меня.
— Смешно, я думал как раз об обратном. Она очень напоминает мне тебя. — Он подобрал поднос и встал. — Я разогрею тебе еду. Иди поешь.
***
Оуэн зашел на кухню, чтобы приготовить ужин. Я вернула сумку на место на полу у вешалки. Моя рука задела пальто бабули.
Я уставилась на пальто и щелкнула языком. Десять щелчков, прежде чем я схватила пальто за отвороты и подняла на расстоянии вытянутой руки. Инстинкты говорили мне оставить пальто здесь, чтобы избежать шкафа в холе. Бабуля убрала б его сама позже.
Но я все-таки решилась, длинными шагами двигаясь по коридору.
Ранее я заглядывала внутрь шкафа во время поиска Кэсси. Никто не толкнул меня вовнутрь и не запер дверь. Я распахнула дверь, повесила пальто на вешалку и засунула рукава между дождевиком и толстым свитером, думая о Кэсси, о её смелости и решительности на этой неделе, даже когда она была напугана. Потом я стояла, смотря вниз на маленькое тесное пространство. Тогда-то я и заметила светильник на потолке.
Проводя рукой по стенке и под рукавом пальто, я нашла выключатель. Светодиодный свет заполонил шкаф. Здесь больше никогда не будет темно.
 
Я рассеяно поглаживала большим пальцем дверную ручку. Я осмотрела ручку. На ней не было замка.
Войдя в шкаф, я закрыла за собой дверь. Пол собрался под моей грудью, и холодок прошелся по моей коже. Но стены не давили. Не было кромешной тьмы. Я не паниковала, потому что я могла выбраться в любой момент, когда бы мне этого захотелось.