Секс-опекун по соседству (СИ)

У меня же почти получилось. То есть, могло получиться. Но все эти проклятые эротические сны с его участием. Мысли, что постоянно кружились в голове. А теперь эта неожиданная встреча. Я была не готова. Была не готова к жёстким, порочным словам, которые словно вернули меня в то время, когда я по нему умирала. Я сразу вспомнила, как просыпалась в поту, после снов с его участием, с ноющей болью внизу живота и жаждой отомстить. Использовать, влюбить и бросить!
Ненавижу.
Его. Себя.
Особенно себя. За слабость. Но мне это нужно. Нужно перешагнуть через свои чувства и понять, что все мечты глупы и бессмысленны, а он просто неотесанное животное.
Одна ночь. И все встанет на свои места. Я отпущу его и начну строить новые отношения. Может быть, даже соглашусь сходить с Петечкой на свидание. Он такой милый, ласковый, не в пример этому грубияну.
Теряю нить мысли, когда вижу отель, к которому мы подъехали. Не в пример тому, куда он повел два года назад проститутку. А в самый элитный, где номер стоит месячную зарплату интерна. Можно, конечно, не придавать этому значение. Но приятно, черт возьми, пусть он и снял меня на ночь. Хотя, кто кого еще снял, мы посмотрим.
— Номер люкс, — требует он у стойки, пока я рассматриваю огромную люстру под потолком. Было бы неплохо, если она свалилась на Тамерлана. Но чудо не случается, и нам подают карточку, а Тамерлан заказывает. — Виски и шампанское.
Хмыкаю. Ну прям как на свидание.
Только мне этого больше не нужно. Это раньше я мечтала о его внимании, о белом платье и детях. А сейчас я эгоистично возьму все, что мне нужно. Трахну его и брошу, а завтра сделаю вид, что не знаю.
Останется только спросить себя. А кого я этим накажу?
До номера идём в полной тишине. Тамерлан кладет огромную ладонь мне на зад, обжигая и заставляя предвкушать неизбежное. Ведет, куда следует. По дороге к аморальности и пороку, где я давно плаваю как рыба.
Каблуки цокают по кафелю так же громко, как стучит мое сердце. Волнуюсь так, словно лезу по отвесной скале без страховки. Одно неверное движение, и я стремительно упаду. Без шанса на выживание.
Вот и сейчас не подаю вида, чтобы Тамерлан не понял, насколько все мое существо трепещет рядом с ним. Он не должен этого знать. Все давно изменилось.
И вот дверь, а за ней шикарный люкс, где посреди комнаты стоит огромная кровать с резными колонами и балдахином. Именно за них я буду держаться, когда он будет рвать мое тело на части своим членом.
Но мы не торопимся. Словно два животных перед схваткой за власть. Я смотрю на него, а он прищуривается, словно заподозрив подставу.
— Алла, если ты… — грубит он, но я вскидываю руку. Лучше заткнись. Мое имя от тебя звучит, как скрежет вилки по стеклу. Я все ещё помню, как ты кончал. И хрипел, растягивая последнюю гласную.
Иду по номеру, чтобы осмотреться. Да... Чувствуется уровень, ни то что та занюханная ночлежка.
Кидаю пальто с сумочкой прямо на пол возле кровати, так, чтобы в случае чего можно было дотянуться. И только затем присаживаюсь на постель. При этом не спуская пристального взгляда с сексуального противника.
Разглядываю.
Ни капли не изменился. Огромный мужлан с тугими мышцами, которые никак не может скрыть одежда. Я прекрасно помню, что под ней. Да и вид у него такой же, как два года назад.
Властный. Чёрствый. Без души и с куском камня вместо сердца.
Он отвечает тяжелым взглядом, разглядывая ноги, что я чуть раздвинула. Именно так, чтобы он понял, чулки мое тайное оружие. Чтобы осознал, девочка выросла и готова это доказать, никем не притворяясь.
Веду плечом, наслаждаясь его пристальным вниманием, его взгляд словно выжигает на моей коже клеймо. Особенно воодушевляюсь, когда на виске начинает пульсировать венка, стоит бретельке платья упасть, а моим пальчикам вернуть ее обратно.
Молчание затягивается, и я вижу по взгляду, что он тоже вспоминает. Все. Каждую мелочь. Свой член внутри меня. Мои визги и мольбы. Свои стоны и мое юное тело, которое он превратил в инструмент утоления собственной похоти, мало заботясь о моем удовольствии.
 
Вскоре нам приносят алкоголь.
Тамерлан закрывает дверь за официантом и сразу идет откупоривать бутылку. Тогда он влил в меня половину, а я думала, что он заботится обо мне. Дура!
Не дам ему выпить. Сразу вскакиваю, подхожу как можно ближе. Почти теку от того, каким плотоядным взглядом он меня облизывает. И я не остаюсь в долгу.
— А ты здоровяк, — медленно снимаю с него куртку, следом расстегиваю чёрную рубашку, открывая мир мужского совершенства. — Люблю таких.
Его глаза недобро загораются.
Правильно... Думай, что ты не первый в моей постели. Думай, что я шлюха.
Тамерлан помогает мне стянуть с себя рубашку. Смотрит как на зверька, любопытствуя, что я затеяла. Вглядывается в лицо и молчит. И только кадык его поднимается, опускается. И я не удерживаюсь, высовываю язычок и провожу, чувствую солоноватый вкус.
Тамерлан дергается, но не останавливает, когда я тянусь к пряжке ремня. Вытягиваю ремень и кидаю у своих ног. Мысленно обворачиваю им толстую шею и сдавливаю.
Ублюдок.
Пришёл меня поиметь. Вот так просто, словно и не было ничего между нами.
Словно не забыл про меня на два года, убедив отца, что я наркоманка. Словно не по его вине, я провела неделю в клинике, сходя с ума.
В моей душе тьма. И жажда его крови борется с похотью. Это борьба не на жизнь, а на смерть. И кажется, вместо победы, будет только мой труп. Но похоть проигрывает. Вот сейчас, когда он в моей власти, я хочу мести.
Но для начала я тобой, ублюдок, полюбуюсь. Все же это самый красивый мужик, что я встречала.
Облизываю губы и, взяв за язычок, опускаю молнию ширинки. Одним резким движением спускаю брюки вместе с боксерами.
О да, я осмелела. Настолько, что, когда огромный, упругий член выскакивает наружу, обхватываю его рукой. Кожу обжигает. Меня бросает из жара в холод и обратно. Во рту образуется вязкая слюна.
Боже.
Я уже и забыла, какой у него большой.
Неудивительно, что после той ночи между ног болело ещё с неделю. Женщина-гинеколог позже сообщила, что ещё немного и пришлось бы зашивать.
Он же не жалел меня ни капли. Драл как суку. Пользовался моей любовью. Втаптывая в грязь.
Настала моя очередь.
Сама судьба свела нас вместе этой ночью, чтобы все исправить.
— Ляг на кровать, — грациозно приподнимаюсь на носочки. Одной рукой поглаживаю влажную головку. Потом поднимаю руку и облизываю пальцы, чувствуя его вкус. Каждый, по очереди, пока он наблюдает с бешеным взглядом.
— Что? — уточняет он. Значит, не у меня одной звон в ушах. Влажной ладонью веду по его горячему торсу, сверху вниз. Идеальный.
— Я хочу быть сверху.
Неожиданно Тамерлан хватает меня за волосы и силой притягивает к своему лицу, которое искажено сексуальной агрессией и похотью.
Вот он настоящий. Чудовище. Ещё немного и силой поставит на колени. Использует. Уйдёт. Нет, нет. Не в этот раз. В этот раз уйду я.
— Играть вздумала? — безотрывно смотря своими черными, бездонными глазами в мои. Пугает. Возбуждает. — Я не один из твоих мальчиков-дебилов. Все будет так, как скажу я.
Его рык сносит последние барьеры, но он может говорить все, что угодно. Потому что скалюсь и кусаю его за губу, тут же чувствуя кровь.
  
Глава 3. Алла
 
Вкус его крови только на мгновение удовлетворяет жажду мести, но радость отмщения вмиг испаряется, стоит его пятерне схватить мой хвост и оттянуть назад. Посмотреть буквально долю секунды и ужалить красными от укуса губами.
Впиться в мои и начать пить душу.
Перед глазами мутнеет, но, если я их закрою, его победа будет безоговорочной. Поэтому жадно целую в ответ. Остервенело, словно мы противники, а это жестокая война. Никто не отступает. Хорошо, что на этот случай у меня есть тайное оружие. Мои ногти царапают головку пульсирующего в моей руке члена, от чего Тамерлан резко дергается.