Повелительница интерьеров и генералов (СИ)

Конечно же, меня это расстраивало и заставляло вздыхать ночами, но очень выручали дети. Дочь и сын — да-да, я не заметила, как сама начала их даже про себя так называть — напоминали мне, для чего я вообще появилась в этом мире. И это явно не для того, чтобы крутить любовь со всякими умопомрачительными генералами. Строгий Родитель переселил меня в тело Абигаль, чтобы я вырастила Марка и Софи сильными и независимыми личностями, способными поменять законы этого мира в лучшую сторону и принести на Мелзу прогресс. Поэтому я гнала от себя мысли о генерале, а думать старалась только о будущем визите короля.
Тем более наш великолепный ремонт подходил к концу, и буквально на днях мне станет предельно ясно, что делать дальше: бежать или готовиться к выходу в свет обновлённой Абигаль Иниго — уникальной пряхой и главой рода Лианор.
Да-да, вариант с экстренным бегством я не отметала, несмотря на то, что Доминга был переполнен оптимизмом. Я потихоньку копила деньги. Гресия нашла прекрасный рынок сбыта наших украшений. Оказывается, у няни в столице имелась родня — тётка, которая удачно вышла замуж за торговца посудой, а у того имелся приятель-галантерейщик. И вот в его магазине с перчатками, шляпками и чулками нашли свое место наши с сыном волшебные изделия.
Сделав партию кулонов и колец, мы перешли на броши, гребни и шпильки, которые раскупали, как горячие пирожки. Галантерейщик в своём деле оказался профи и создал вокруг новых диковинных украшений ауру таинственности — уникальный товар, доставляемый ему якобы с островов Отверженных, раскупали по записи. Благородные дамы натурально получали номерки и выстраивались в очередь. Мы поставили дело на поток и за прошедший месяц смогли отложить кругленькую сумму. В шкатулке Консуэло теперь хранились алмазы — их мы пока не сбыли — и целых двенадцать тысяч гербовых велсов так нужных нам для бегства.
— Гааль, я думаю назначить приём по поводу окончания ремонта особняка на следующие выходные, — сказал мне вчера Доминга, когда провожал до дома после работы. — Как раз останется ещё две недели до совета. Королю хватит времени принять правильное решение.
Я не спешила радоваться и верить, потому что жизнь меня научила: нельзя расслабляться, иначе можешь получить знатную оплеуху. Например, придёт откуда ни возьмись молоденькая практикантка, и отправишься ты жить из своей квартиры в родительский дом. Однако слыть в глазах Доминги скептиком, пессимистом и вообще демонстрировать недоверие мне не хотелось, поэтому я одобрила его план.
— Положусь в этом деле на вас, — сказала с улыбкой. — Но вы меня должны научить нужным манерам. Я, конечно, уже обтесалась в вашем мире, но где-то могу допустить прокол.
— На этот счёт даже не волнуйтесь, — успокоил Доминга, — с завтрашнего дня я лично займусь вашей подготовкой к приёму. Рабочие вполне справятся без вас, и материалов им хватает. Так что пройдём все новые комнаты одну за другой и отработаем ваше в них поведение.
Уверена, что генерал не имел в виду, что мы будем отрабатывать моё поведение в будуаре, бассейне и в спальнях для гостей, но я подумала исключительно о них! И всю ночь мне снилось всякое разное томное.
А наутро я шла в сопровождении охраны из двух воронов в поместье генерала, не в силах сдержать предвкушение чего-то будоражащего все внутри меня так, что хотелось краснеть и вздыхать. Я даже детей дома оставила с Гресией, питая непонятную надежду. Дожилась!
Доминга встретил меня в холле. Он всегда встречал нас лично, не перекладывая это на Карлоса. Но сегодня генерал надел парадный мундир, собрал волосы в низкий хвост — от одного его строгого вида дух захватывало — и галантно протянул мне руку, будто прямо с порога приглашал на танец.
— Доброе утро, прекрасная госпожа Гааль, — проворковал он пробирающим до мурашек голосом, — я решил, что самым правильным и быстрым способом подготовить вас к приёму, будет наглядная демонстрация официального поведения аристократов. Сделаем так: вы реагируете на мои реплики и действия, повторяете, а я поправлю, если ошибетесь. Начнём?
 
Я ослепительно улыбнулась и слегка склонила голову — копировала оставшееся на подсознании воспоминания о фильмах из жизни всяких придворных особ.
— Доброе утро, генерал Элмо, — ответила и вложила руку в большую мужскую ладонь.
Он легонечко её сжал, даже скорее погладил, и потянул меня внутрь дома, мягко поправив:
— Доминга. На приёме называйте меня Доминга. Вполне допустимо в нашем с вами случае обращение по имени даже на официальных приемах. Также по имени вы должны будете при встрече обращаться к Донато Иниго и Антонио Лианор.
Мы вошли в гостевое крыло рука об руку.
Все комнаты первого этажа уже были готовы. Маги-строители колдовали на третьем, доделывая спальни, и мы оказались в развлекательной зоне совсем одни. Сердце трепетало, пока я пыталась угадать, с какой комнаты мы начнём репетицию. Со столовой? С бара? С зала для рукопашных поединков? А вдруг Доминга сейчас скинет с себя мундир и, забравшись на ринг, будет изображать бой, а я должна буду правильно реагировать на это? Хоть бы! Я бы не отказалась на него посмотреть, делая вид, что совершенно равнодушна.
Но нет! Мы вошли в бальный зал. Генерал взмахнул рукой, и по огромному помещению полилась музыка. Что ж, потанцевать в объятьях Доминги — тоже впечатляющий опыт. Тем более я ни одного местного танца не знаю.
Мы встали в классическую стойку для вальса на приличном друг от друга расстоянии, и Доминга сказал:
— Я уверен, что с танцами у вас проблем не возникнет, потому что все они пришли к нам от правзамов. Как и музыка, которую исполняют на светских приёмах.
И правда, звучавшая мелодия напоминала «Венский вальс».
— Признаться, у нас давненько нет светских приёмов, а вальс я последний раз танцевала… — … на свадьбе. Припомнила, но выдала другую версию: — На школьном выпускном. Надо попробовать.
Доминга сделал шаг, я отступила — и понеслось! Генерал вёл уверенно и твёрдо, а мои ноги мигом вспомнили, что нужно делать. Я испытала восторг и облегчение от того, что не выгляжу, как коряга, и полностью отдалась музыке и доверилась партнёру.
— Танцы — обязательная, можно сказать, открывающая часть приёма, хотя музыка в зале смолкает лишь во время перерыва на ужин, — не забывал пояснять Доминга, кружа меня по гранитным плитам. — Прибывшие гости первым делом попадают в бальный зал, общаются друг с другом, им подают напитки.
— Во время танцев?
— О, нет. Некоторое время центр зала пустует. До тех пор, пока бал не откроет хозяин или король. В нашем случае это будет король, который обязательно опоздает и не успеет оценить дизайн, поэтому я планирую представить вас Бартеломью после ужина, когда он пройдёт по комнатам и впечатлится.
Музыка стихла, и Доминга, выпустив меня из рук, поклонился. Я же присела в реверансе и уточнила:
— Мне нужно будет появиться после ужина?
Заиграла новая мелодия, в этот раз очень напоминавшая «Аргентинское» танго. Ой! Кровь побежала по венам быстрее. Ели что, этот горячий танец я точно танцевать не умею!
— Ни в коем случае! Являться позже короля нельзя. Вы будете на вечере с самого начала, но под отводом глаз. К слову, я пригласил на завтра модистку. Она прибудет к вам в поместье, чтобы снять мерки для платья и плаща. Мадам Фильдеперс самая лучшая в своём деле, потому что тоже пряха, хоть и слабая.
Сообщив мне такое важное известие, Доминга опять решительно шагнул ко мне и притиснул к себе в стойке танго. Резкий выпад, я почти падаю спиной на пол, а потом стремительно лечу вверх! Ма-мо-чки! Надеюсь, никому не придёт в голову приглашать меня на этот танец на балу!
У них тут явно побывал кто-то из земных чемпионов мира по бальным танцам. А вдруг и самбы-румбы всякие с пасодоблями придётся танцевать? Я за неделю ни за что их все не осилю!
Юбка моего платья колыхалась, грозясь задраться на голову. Она закручивалась вокруг щиколоток и страшно мешала. Но генерал с лёгкостью мной жонглировал и не давал упасть. Наши тела постоянно контактировали: сплетались, скользили, прижимались. Дыхания смешивались, и губы Доминги пару раз скользнули по моей щеке и шее. И я бы сто процентов уже вся трепетала от возбуждения, если бы расслабилась и перестала бояться. А так…